Мафия собирается в полночь - Елена Нестерина

– Тебе рассказывали. Если ты такая умная, Анжела, – спокойно проговорила Арина, которая вчера тоже видела, как Анжела крутилась возле теннисного стола, – ты могла бы дослушать разносчика слухов до конца. И он сказал бы тебе, что никаких у нас «зорек» нет, все они оказались у тех, кто играл с нами в хомячков. Только они по-другому распределились.

– То есть?

– То есть у нас полный голяк. А остальное тебе просто примерещилось.

Воспитатель Борис твёрдо сказал:

– Арина, ну что мне с тобой делать? Если так будет продолжаться, мне придётся посадить тебя под арест. Это можно, начальник лагеря дал указание: если что – сажать. Играть так играть. В четвёртом отряде вовсю сажают.

Галя встрепенулась.

– У них там другие порядки, – заметил один из министров. – Там Шаолинь.

– А вы у нас, Боря, министр труда. Вы в тюрьму посадить меня не можете, – хитро улыбнулась Арина.

Боря растерялся. Ведь действительно, в четвёртом, китайском, отряде мальчики выбрали своего тренера настоятелем Шаолиньского монастыря, а воспитателя – его заместителем. Так что он там царь и бог. А в демократической Финляндии теперь так просто и не поруководишь…

– Я тебя как президент сажаю, – быстро заявила Анжела. Ей в голову пришла мысль, что она может сама поймать вора. Поймать и обезвредить, посадив под арест. А начальник лагеря похвалит. – Пусть идёт в комнату отдыха. Под замок.

Комната отдыха пустовала. Там было только два стола и несколько стульев. Да ещё краски, бумага и прочая дребедень. Сегодня утром как раз собрание министров, посоветовавшись, решило, что лучшего места для тюрьмы нет.

– Всё, я, как президент, отдаю распоряжение о твоём аресте. А Шибаю, Шибаю… Подписку о невыезде и срок условно.

– А ты, случайно, не заигралась? – спросила Арина. – В лоб получить не боишься?

– Арина, Арина… – воспитатель Боря почувствовал, что дело заходит слишком далеко.

– Все слышали? Прямая угроза президенту! – радостно крикнула Анжела. – Давай, министр внутренних дел, арестовывай. И пусть сидит там.

Галя поднялась со стула и заявила:

– Арина, ты обвиняешься в нарушении общего режима. За территорию без спроса не надо бегать. А в кражах ты пока только подозреваешься. Так что тебя необходимо изолировать от общества. Президентскими полномочиями.

Галя была очень довольна своими словами. Игра получалась замечательная. И детям, похоже, эта игра нравилась. Вон как у многих глаза загорелись.

«Ого-го! – подумала Галя. – Поднимается мой авторитет! Я отличный педагог! А какой я суперсыщик!»

Арина стояла и ничего не говорила.

– Что, Боря, Анжела, ставим решение на голосование? – обратилась ко всем Галя.

В этот момент она чрезвычайно себе нравилась. Воображение рисовало сейчас Гале саму себя в судейской мантии, с молотком в руке произносящей приговор. Галя даже пожалела, что не пошла учиться в юридический институт. Из задумчивости её вывел голос напарника Бори.

– Что, министр иностранных дел, попалась? – проговорил он, обращаясь к Арине, которая снова ничего не сказала.

Боря понял, что другого выхода нет. Играть так играть. Он не сомневался, что Арина девочка умная и с ней можно будет всё-таки поговорить нормально. В отличие от Гали он не верил в то, что она могла бы непонятно зачем утащить оптом столько «крабовых палочек» и мороженых окорочков. Но сейчас никак нельзя было пускать её экстремальные идеи на самотёк.

Министры проголосовали в основном за арест. Неучтённого министра добывающей промышленности в расчёт не брали – от легкомысленного Антона Мыльченко все равно толку никакого не было.

– Давай, министр внутренних дел, действуй, – произнёс Боря.

– Пойдём в тюрьму, Балованцева, – отличник Серёжа, министр внутренних дел, нерешительно посмотрел на Арину. Та пожала плечами и бодро подмигнула ему.

– Я не согласен! – вскочил Костя Шибай, только что проголосовавший против ареста. – Раз вы считаете, что мы с ней вместе устраивали тотализатор, значит, я тоже сяду к Арине в тюрьму!

– Костя, у нас одиночная камера, – Боря несколько растерялся. – А ты когда-нибудь слышал, чтобы преступников – женщин и мужчин вместе сажали?

– Но мы же типа дети! – крикнул Костя.

– Но игра-то наша типа как по-настоящему, – в тон ему нашёлся Боря.

– А суд будет, раз я преступник? – спросила Арина.

– Представь, что ты сидишь и ждёшь суда! – догадалась Анжела, радостная, что всё идёт так, как она хочет.

Арина усмехнулась, заложила руки за спину и сказала:

– Ну, ведите. Посмотрим, что будет дальше.

– А сколько она там будет сидеть? – робко спросил министр Серёжа, которому было очень неловко. Он уважал Арину и не знал, вор она на самом деле или нет. Ему очень хотелось верить, что она не воровка.

– Там видно будет, – неуверенно проговорил Боря. Он уже сомневался, нужны ли такие строгие меры.

Длинная процессия направилась к комнате отдыха. Арину завели туда и закрыли на ключ. Она уселась в своей тюрьме за стол и принялась рисовать чёртиков на большом чистом листе ватмана.

В окно постучали.

– Арина, Арина, как ты там? – под окном её темницы появились Зоя Редькина и Костя.

– Нормально. Веселье продолжается.

– В смысле? – удивился Костя.

– Я же могу и отсюда руководить.

– Конечно!

– А мы сейчас идём с Галей и Борей за территорию веники заготавливать, – сообщила Зоя Редькина. Ей было жалко Арину, которая так любила ходить за территорию.

– Вот и классно, идите.

– А как же ты тут… Это прямо нарушение прав человека какое-то… – развёл руками Костик.

– Вот об этом должна узнать широкая общественность. Постараетесь?

– А то! – обрадовался Костя. – Сделаем!

– А Гуманоид наш где? – спросила Арина.

– Копает.

– Тогда сейчас я вам расскажу свой план…

– Эй, Арина, хочешь апельсин? – Зоя Редькина протянула вверх руку с апельсином.

– Давай. – Арина попыталась высунуться в узкую форточку в самом верху окна, но у неё туда даже голова не пролезла. Костя вскарабкался как мог высоко, взял у Редькиной апельсин. Арина только хотела его ухватить, как на что-то неосторожно нажала, и на Костю упало выдавленное ею стекло. Стекло упало плашмя, Костю не порезало. Хоть это было хорошо. Зоя Редькина быстро подняла с травы неразбившееся стекло и оттащила его в мусорницу.

– Ну вот, ещё не легче…

Арина собралась было рассказать им о своём плане, но вместо этого отскочила от окна, и ребята уже её не видели. А всё потому, что в «камере» появился Боря.