Хроники загадочного Острова, или Файолеана - Мария Голикова

– Нет. Дала мне его, чтобы я не скучала… Сказала, что уже не раз перечитала сказки по просьбе своих советников, ничего в них не нашла, и ей это надоело.

– И ты стала читать?

– Да, ваше высочество, по порядку… Некоторые сказки, правда, оказались знакомыми. Но таких картинок я раньше не видела.

– Ещё бы!

– А потом я раскрыла книгу на этой…

– …«Серебряной сказке»? – договорила за неё Меигет.

– Да. Хотя на самом деле она ведь называется не так.

– Ну разумеется, не так! – быстро ответила Меигет, и Эльта подумала, что они с королевой очень похожи. – На самом деле она называется «Сказка о доброй и злой принцессе, удивительной птице и волшебном источнике». Недавно я наконец-то выучила это название. А в детстве называла её только «Серебряной сказкой». Я её очень любила… Об этом слышали все – фрейлины, пажи, мой отец. И, конечно же, моя сестра. Если бы кто-нибудь из них соизволил обратить внимание на мои слова, то сразу понял бы, что я имела в виду. Но оказалось, что никто на Файолеане даже предположить не может, что такое «Серебряная сказка»… Вот тогда я поняла, что сказка начала исполняться, и решила освободить её.

– Освободить?

Меигет недовольно закатила глаза.

– Да когда же ты, наконец, отучишься переспрашивать! Дорогая, это просто невыносимо! Если не поняла, надо было спросить: «Что значит освободить?» Тоже не блестящая формулировка, но для начала сгодится… Да, освободить! Представь себе, на Острове существует такая возможность. Ведь здесь живут сказки. О них много говорят, но никто ими серьёзно не занимается. Никто за ними не следит. А между тем любую сказку можно выпустить на свободу.

– Откуда, ваше высочество?

– Из книги, где она заперта. Из мира, где всё ненастоящее. Ведь в книгах всё понарошку. Но сказки – это тебе не какие-нибудь романы, изображающие придуманную, приукрашенную жизнь. Выпускать в реальность романы – то же самое, что ждать от провинциальных актёров хорошего спектакля. Сказки – совсем другое дело! Если дать им возможность воплотиться, они ничуть не обеднеют от этого. Ведь сказки – это и есть жизнь… А ты ещё не нашла свою сказку?

– Нет, ваше высочество.

– Ничего, мы этим займёмся. Я помогу тебе разобраться. А мне повезло, я нашла свою сказку очень рано. Если ты обратила внимание, там всё как у меня. Все обстоятельства. Ты это заметила?

– Да, я сразу обратила внимание на историю о заколдованном озере и волшебном источнике.

– Какой у тебя прозаический склад ума! Ты думаешь не о том! – нетерпеливо возразила Меигет. – Это просто скучные подробности. А думать надо о двух сёстрах и о волшебной птичке! Многое из этой сказки уже сбылось. Исполнится и остальное. Одного я не понимаю: почему птичка до сих пор не появилась. Уже пора бы. Я её жду.

– Я видела её много раз, – сказала Эльта. – Она замечательно поёт.

– Ты?!! – вскрикнула Меигет как ужаленная.

По её тону Эльта не смогла понять, рассердилась Меигет или просто не поверила.

– При чём тут ты?! – продолжала Меигет, всматриваясь в лицо Эльты. – Ты вовсе не должна была её видеть! Это вообще тебя не касается!

– Не знаю, ваше высочество. Но это птичка помогала мне всё время. Она предупреждала об опасностях, и на Остров я в этот раз попала благодаря ей… Она помогла спасти Олле Веруса и Яника, а на необитаемом острове привела нас к источнику серебряной воды…

– А ты не лжёшь?

– Нет, ваше высочество, я не лгу.

Меигет остановилась, прислушиваясь к чему-то.

– Надо же, действительно не лжёшь… Твои мысли так ясны и просты, что даже скучно… Ничего не понимаю. Впрочем… Эта птичка всегда казалась мне странной, какой-то лишней в этой истории… И почему она малиновая? Какой крикливый цвет! Надо будет найти самый первый, изначальный вариант этой сказки. Наверняка там нет никакой птицы… Ну, ступай. И сделай милость, до нашей следующей встречи научись выражать свои мысли яснее. А своему несносному веснушчатому другу передай, что с его нынешними манерами ему вообще нечего делать при дворе.

– Вы уверены, что мы с вами ещё встретимся, ваше высочество?

– Уверена. И ты тоже в этом не сомневаешься… Просто боишься.

Меигет рассмеялась – и Эльта проснулась.

Стояла ещё глубокая ночь. Пятно лунного света на полу отодвинулось от кровати и протянулось в угол комнаты, почти до самого шкафа.

Эльта босиком встала на пол и подошла к окну. Луна блестела яркими бликами на ажурных флюгерах, заливала черепичные крыши, серебрила листву деревьев и гладкие камни мостовой.

Чтобы отвлечься от сна и отогнать тревогу и грусть, Эльта подставила ладонь под лунный свет – и вдруг на неё села малиновая птичка, что-то звонко чирикнула и исчезла.

Осколок пространства

Огненные буквы

Эльта вернулась из летней поездки с необъяснимой уверенностью, что вести с Острова не заставят себя ждать.

Начался учебный год. Школе теперь приходилось отдавать много сил: материал стал сложнее, а домашние задания – объёмнее. У Эльты почти не оставалось свободного времени, порой она даже не успевала разносить заказы в лавке – хотя на то, чтобы лишний раз вспомнить о Файолеане, время находилось всегда. Эльта встречала каждый день с надеждой на письмо от Эймера или на что-нибудь необычное.

Осенние деревья наполнили Гайстун золотым светом и постепенно облетели, отчего город погас и потускнел; после холодных дождей с моря стали приходить низкие рваные тучи, предвестники зимы, и ледяной ветер завыл в каминных трубах, захлопал ставнями и заскрипел флюгерами. Тёмный ноябрь показался очень долгим; нехотя смирившись с тем, что этой осенью уже ничего не случится, Эльта стала ждать первого снега, потому что с ним мог появиться Каус – но снег выпал, а Каус так и не появился.

– Не думаю, что он сейчас прилетит, – прямо сказал Яник, когда Эльта в очередной раз заговорила об этом.

– Почему? – расстроилась она.

– Потому что мы уже сделали всё, что могли. Если королева и Эймер сумели остановить Меигет, то никаких новостей пока не будет. Мы там просто не понадобимся. Я буду рад видеть капитана, надеюсь, «Альбатрос» придёт весной. Но сейчас лучше бы обойтись без Острова. И так дел по горло.

За короткое время Яник заметно вырос и возмужал, у него изменился голос. Теперь он выглядел почти взрослым. Да и Эльта повзрослела. Родители всё чаще заговаривали с ней о будущем, и её подруги вовсю строили планы. Эльту не радовали эти разговоры – она до сих пор не могла понять, чем хотела бы заниматься дальше. Ей казалось, что сначала должно произойти что-то особенное, из ряда вон выходящее, событие, которое поставит всё на свои места, и тогда она наконец-то поймёт, что же ей следует делать. Такое событие могло быть связано только с Файолеаной – поэтому Эльта снова и снова разжигала в себе надежду на встречу с Островом, уже не делясь этой мечтой ни с кем, даже с Яником.