Египетский талисман - Штефан Геммель

Заметив Сахли, он запнулся и окинул его взглядом от джинсов и белой футболки до ботинок, которые тоже являлись собственностью Алекса.

– Так?! – сказал господин Шиллер-Пфайффер и широкими шагами подошёл к Сахли. – Тебя я здесь ещё ни разу не видел, – громко объявил учитель. – Кто ты такой и что тебе здесь нужно?

Алекс протиснулся между ними.

– Я вам всё объясню, господин Шиллер-Пфайффер. Это Сахли. Мой друг по переписке и…

– …и он приехал сюда издалека, – прервал его господин Шиллер-Пфайффер. – Я и сам вижу. Но что ему здесь нужно?

– Он приехал в гости.

– Ко мне на урок?

– Нет. Ну, то есть и это тоже. Я думал…

Господин Шиллер-Пфайффер покачал головой.

– Не надо думать, молодой человек. Думать надо на других уроках. Я хочу знать, кто он и что тут делает.

Алекс попытался снова объяснить:

– Я ведь только что собирался вам…

Но господин Шиллер-Пфайффер снова не дал ему договорить, просто отодвинув Алекса в сторону.

– Позволь мне самому разобраться. Я педагог – дипломированный педагог – и лучше других знаю, как общаться с учениками, не так ли? – Он подошёл к Сахли, выставил указательный палец и прижал его к груди мальчика.

– Ты прибыть издалека? – спросил он. – Я есть учитель. Ты меня понимать?

Сахли слегка растерялся.

Господин Шиллер-Пфайффер повторил свою приветственную фразу, продолжая прижимать указательный палец к груди Сахли:

– Я есть учитель, ты – ученик, здесь спортивный стадион. Понял?

Сахли мягко убрал от своей груди палец учителя и дружелюбно ответил:

– Я вас отлично понимаю. Но мне было бы проще, если бы вы изъяснялись полными предложениями, если вам не трудно.

Класс звонко расхохотался.

Лицо господина Шиллер-Пфайффера побагровело. От ярости или от стыда, сказать было трудно. Но хохот прекратился, когда учитель взревел:

– Думаете, это смешно, да? Тогда посмотрим, будете ли вы смеяться во время урока. Для начала пусть каждый сделает по двадцать отжиманий! Затем вы все пробежите километр по стадиону, а потом я буду ждать от каждого из вас пятьдесят приседаний. Ясно? У кого не получится – тому двойка в журнал. – Он с удовлетворением осмотрел своих учеников. Его лицо снова приобрёло нормальный оттенок. – Как странно! Почему больше никто не смеётся?

Затем он повернулся к Сахли.

– А ты, умник, послушай меня внимательно. Я буду говорить полными предложениями, как ты просил: у болтунов и всезнаек нет на моих уроках никаких шансов, усёк? Ты решил погостить в нашей школе? Кто заходит в гости на мои уроки, непременно принимает в них участие. Так что вперёд, гость школы: отжимания, бег на километр, приседания. Я ясно выражаюсь?

Алекс оттащил Сахли в сторону:

– Идём, я покажу, что такое отжимания, – сказал он и встал в нужную позу на руках и мысках. Сахли сделал то же самое.

– Вниз-вверх, вниз-вверх, – объяснил Алекс.

Сахли принялся повторять его движения, но едва господин Шиллер-Пфайффер отвернулся от них, чтобы понаблюдать за другими учениками, Алекс остановился. Он больше не мог удержаться на руках и ногах.

– Хи-хи… – прыснул он. – «Полными предложениями, пожалуйста», – повторил Алекс слова друга. – Это было гениально! Этот Шифер-шафер и понятие «учитель» так далеки друг от друга, как кончик моего носа от Марса!

Сахли понял, что Алекс имеет в виду:

– Такие люди и у нас встречались.

Господин Шиллер-Пфайффер снова обернулся и посмотрел на них:

– Разве я объявлял паузу? – прорычал он на весь стадион, и Алекс поспешно вернулся к отжиманиям.

– Поговорим потом, – предложил он Сахли.

– Согласен, – ответил тот, с таким трудом переводя дух, что Алекс встревожился.

– Всё в порядке, Сахли? – спросил он и повернул голову к своему другу. Только теперь он заметил, что Сахли раскраснелся, а по его лицу струится пот.

Алекс вскочил на ноги.

– Сахли! – воскликнул он, и в этот момент друг рухнул на пол к его ногам.

Господин Шиллер-Пфайффер заметил это и подбежал к мальчикам:

– Что это с ним? – взревел он. – Он что, пару раз отжаться не может? Глотка размером с римский гарнизон, а мышцы как у ленивца!

Алекс ощутил, как в нём просыпается ярость.

– У вас совсем нет сочувствия? – проревел он в ответ учителю, хотя знал, что лучше бы прикусить язык. Как он мог так разговаривать с Шифер-шафером? Но тревога за Сахли взяла верх. Вряд ли его друга вывела из строя жара. Сахли вырос в пустыне и привык к куда более высоким температурам. Но он просидел в шаре несколько столетий и в последнее время почти не двигался. Должно быть, внезапная физическая нагрузка на стадионе лишила его последних сил.

Господин Шиллер-Пфайффер опустился рядом с Сахли на колени и несколькими ловкими движениями уложил его на бок.

– Что стряслось? – прорычал он, и по нему было видно, что теперь и он очень волнуется. – Ещё минуту назад с этим парнем всё было в порядке!

Тем временем к ним подбежали и другие ученики. Они встали в круг и смотрели на Сахли и господина Шиллер-Пфайффера. Некоторые были искренне испуганы за новенького. Двое мальчишек мгновенно выхватили мобильники и принялись фотографировать происходящее и снимать видео. Заметив это, Алексу захотелось вскочить и отнять у одноклассников телефоны, но вдруг раздался звонкий голосок:

– Эй, а что это у вас происходит?

Все обернулись, в том числе и господин Шиллер-Пфайффер, меривший Сахли пульс.

Девочка, которая возникла за их спинами, наслаждалась всеобщим вниманием. Она мотнула головой так, чтобы её белокурые косички разлетелись в стороны, и сказала:

– Я как раз шла домой, потому что забыла часть домашнего задания. И тут заметила, что здесь что-то не так. Чем я могу помочь?

«Помочь!» – пронеслось у Алекса в голове. Как бы не так! Он знал эту девчонку. Её все знали. Анна – и помочь! Он бы с огромным удовольствием ответил ей прямо в лицо: «Ты ведь не помочь хочешь. А узнать, что здесь происходит, чтобы распустить по школе новые сплетни и слухи». Он знал, что Анна – гроза всей школы. Многие дети уже пали жертвами её коварных интриг. Анна успела оболгать и обмануть многих учеников. Она ловко настраивала их друг против друга и в конце всегда выходила сухой из воды – победительницей и лучшей ученицей. Более того: учителя о её проделках и не догадывались. У Анны были отличные оценки, и она была любимицей всего преподавательского состава школы. Потому что действовала так умело, что ни одному учителю и в голову не приходило её в чём-то заподозрить. Однако Алекс был одним из тех, против кого её чары были бессильны. Ни её танцующие косички, ни очаровательные веснушки не могли его обмануть.