Домашние правила - Джоди Пиколт

Генри, это Эмма.

Нет, я не могу перезвонить позже. Речь идет о Тэо.

Он в порядке. То есть я думаю, что он в порядке. Он сбежал из дому.

Конечно, я это знаю. Он летит к тебе.

Да, в Калифорнию. Если ты не переехал куда-нибудь за последнее время.

Нет, извини. Это не было намеренное…

Не знаю я почему. Просто уехал.

Использовал мою кредитную карту. Слушай, давай поговорим об этом, когда я приеду?

Ох. Я разве не упомянула об этом?

Все идет хорошо, я приземлюсь раньше Тэо.

Будет неплохо, если ты встретишь нас в аэропорту. Мы оба летим «Американ эрлайнс».

Потом последовала пауза.

– Джейкоб? – ответила Эмма. – Нет, он не летит со мной.

Мы решили, что я проведу ночь в доме Хантов как взрослый старше двадцати пяти лет и буду присматривать за Джейкобом, пока Эмма тащит Тэо назад через всю страну. Сперва, после ее отъезда, все складывается легко: мы можем поиграть в Wii, мы можем посмотреть телевизор. И слава богу, сегодня Коричневый Четверг, так что с едой никаких проблем: я могу приготовить Джейкобу бургер на ужин. И лишь по прошествии часа после ухода Эммы я вспоминаю о завтрашних слушаниях – тех самых, про которые так и не сказал ей и куда мне придется везти Джейкоба в одиночку.

– Джейкоб… – говорю я своему подопечному, увлеченному просмотром передачи о том, как изготавливают батончики «Милки вей». – Мне нужно поговорить с тобой секунду.

Он не отвечает. Даже не отрывает глаз от экрана, поэтому я встаю перед ним и выключаю телевизор.

– Я просто хочу немного поболтать. – Джейкоб молчит, а я продолжаю говорить: – Суд начнется через месяц, ты это знаешь.

– Через месяц и шесть дней.

– Верно. Так вот, я подумал… тебе может быть трудно проводить в зале суда целый день, и решил: нужно с этим что-то сделать.

– Ох, – вздыхает Джейкоб и качает головой. – Я не могу проводить в суде весь день. Мне нужно выполнять школьные задания. И я должен быть дома к половине пятого, чтобы смотреть «Борцов с преступностью».

– Кажется, ты не понимаешь. Это не ты определяешь. Ты являешься в суд в назначенное судьей время и идешь домой, когда он тебя отпускает.

Джейкоб обдумывает услышанное.

– Мне это не подходит.

– Вот почему мы с тобой завтра едем в суд.

– Но мамы нет.

– Я знаю, Джейкоб. Ее отъезд не был запланирован. Но главное, мы будем в суде из-за того, что ты сказал мне.

– Я?

– Да. Помнишь, что ты говорил, когда разрешил мне ссылаться в защите на невменяемость?

Джейкоб кивает:

– Что акт об американцах с инвалидностью запрещает дискриминацию со стороны штата или местных властей, включая суды, и что некоторые считают аутизм ограничивающим дееспособность, хотя сам я к таким людям не отношусь.

– Верно. Но если ты расцениваешь синдром Аспергера как порок развития, то, в соответствии с упомянутым актом, имеешь право на особые условия, которые облегчат для тебя судебный процесс. – Я позволяю себе слегка улыбнуться, будто выкладываю на стол козырную карту, которую долго держал про запас. – Завтра мы попытаемся обеспечить тебе эти особые условия.