Страх перед страхом - Анна Малышева

– Ира, я прошу тебя! – проглатывая от волнения слова, заговорила Женя. – Не дразни ты его… Я знаю его лучше, чем ты. Может, обойдется и без денег, но в любом случае, с ним так нельзя… Хорошо, что его сейчас нет… О боже мой. Ты должна встретиться с ним еще разок! Только поговорить!

– Ну уж нет, – ответила Ира. – Мне хватит того, что уже было. И вообще, нам пора.

Парочка ушла. А Жене пришлось долго собираться с духом, чтобы передать Петру это послание. Она сделала это только через несколько дней – все откладывала, никак не решаясь навлечь на себя его гнев. Откладывала, пока не позвонила Ира. Та интересовалась – как идут дела? Сказала, что у нее все прекрасно, Леня хорошо ладит с ее родителями и вообще – она ничего не боится. Смеялась. Казалось, что она счастлива.

И в тот же вечер Женя наконец решилась заговорить. Петр, против всяких ожиданий, никак не отреагировал. Не было ни криков, ни оскорблений, ни даже упреков в том, что Женя скрыла этот визит и так долго о нем молчала. Однако через несколько дней парень вернулся домой не один. Под локоть он вел Иру – вел так бережно, будто та была из тонкого фарфора. Но как только девушка переступила порог, он толкнул ее на середину прихожей – та чуть не упала. Женя вскрикнула:

– Ты что, она же беременна!

Петр, не слушая ее, затолкал Иру в комнату и закрыл изнутри дверь. Женя принялась стучаться, но вскоре поняла, что спасать подругу нет нужды, – в комнате было тихо. Никаких криков и признаков драки. Слышался только негромкий разговор, но говорили так тихо, что она не поняла ни слова. Петр вышел через десять минут – чрезвычайно мрачный. Он потребовал свой ужин.

За ужином Петр все больше молчал, но ел с обычным аппетитом. Женя попробовала выяснить – что происходит, но удалось узнать только одно – он подкараулил девушку, когда та выходила из института. Ира была настроена весьма воинственно и сказала, что охотно с ним побеседует, пусть даже у него дома. То ли ее так поддерживало сознание, что жених на ее стороне, то ли это была какая-то детская гордость, нежелание выказать свой страх… Или же она в самом деле не понимала, как ей удалось уязвить Петра.

– Она заплатит, или я не я, – сказал парень, накалывая на вилку кусок жареной картошки. – И ты мне поможешь.

– Да как?

– Поговори с ней. Вдолби этой дуре, что ее женишку лишняя тысяча баксов – не обуза. Его папаша раскошелится, не сомневайся. Он просто слишком гордый. А с чего ему быть гордым, спрашивается?

– Но ты понимаешь, что делаешь? – нерешительно спросила Женя. – Если она расскажет, как ты с ней обошелся, у тебя будут неприятности.

– Не будет никаких неприятностей, – пообещал он.

И отключил телефон. Попросту выдрал шнур из розетки и спрятал аппарат на антресолях. А на другое утро унес его с собой, отправляясь на работу. Женю при этом предупредил: если она позволит подруге выйти из дома – получит так, что вряд ли когда-нибудь кто-то ею соблазнится.

Но Ира на компромиссы не шла. Она сидела, забившись в угол дивана, с уверенным и мрачным видом. Девушка была абсолютно уверена, что дело кончится ничем. Угрозы Петра не производили на нее никакого впечатления. Она бравировала своей отвагой – заявляла ему, что согласна провести тут сколько угодно времени. Ей плевать. Чем дольше она тут сидит, тем больше будет неприятностей у него самого.

Но Петр, несмотря на то что злился все больше, пальцем ее не тронул. Он применил совершенно иную тактику. Он ее напоил.

Женя давно научилась пить вместе с ним. И теперь они сидели в комнате втроем, Петр щедро разливал по рюмкам водку и следил за тем, чтобы Ира тоже пила. Несколько раз ей становилось плохо, приходилось вести ее в туалет. Потом она засыпала – непробудным пьяным сном. Во сне Ира дрожала и плакала. Женя умоляла своего сожителя отпустить девчонку. С ней можно договориться, она не будет на них жаловаться.

Но Петр тоже не шел на компромисс. Заметив пораженческое настроение своей подруги, он отправил ее к родителям. Вероятно боялся, как бы та не выпустила Иру. Вот тогда-то Жене и позвонила Татьяна.

– Я просто не знала, что делать, – затравленно произнесла девушка. – Мне так хотелось сказать вам правду… Но я вдруг подумала – вы же ничего не знаете об Ире. Если бы узнали… Ира сказала, что вы все еще считаете ее школьницей, глупой девочкой… А знаете, как мои родители наказывали меня за каждый пустяк? Я испугалась. Я подумала – нет, лучше пусть все останется в тайне, она ведь все равно от нас уйдет. Ну, соврет вам, что была у кого-нибудь в гостях. Все равно ей будет легче. Она выйдет замуж за своего Леню, родит… И вы будете думать, что все хорошо.

Татьяна качнула головой:

– Я бы предпочла любую правду.

– А вот мои родители – не любую, – запальчиво ответила Женя. – Я просто не хотела ее подставлять. Я ошиблась. Теперь-то понимаю… Но ведь я вам назвала даже его имя, когда рассказала о беременности Иры. Я просто хотела проверить – как вы отреагируете? Вы меня удивили тогда… Вы как будто совсем на нее не разозлились! Я смотрела на вас и просто глазам своим не верила. Мой отец меня бы просто убил… И мать тоже. Это сейчас она стала такая тихая.

…Вернувшись тем вечером домой, Женя прежде всего направилась к Петру. Но в квартиру ее попросту не впустили. Она давила на звонок, но никто так и не ответил. Ночь она провела без сна, утром повторила попытку. Никакого результата. Она попала туда только вечером того дня. Петр открыл ей дверь и молча ушел в комнату.

Ира была в ужасающем состоянии. Мутные глаза, нечленораздельная речь. Она была пьяна в стельку. Петр выглядел трезвым, хотя его остановившийся взгляд и красное лицо говорили о том, что он тоже успел набраться. Парочка сидела в комнате, в абсолютном молчании. Женя остановилась на пороге.

– Я говорила с твоей мамой, – сказала она.

Ира подняла на нее бессмысленный взгляд. Петр повернул голову:

– Кстати, о маме… – Он говорил очень медленно, с трудом произнося слова. Женя в ужасе поняла, что никогда еще не видела его таким пьяным. – Что нам скажет мама, когда узнает, что мы залетели от одного парня, а выходим замуж за другого?

И тут Ира вдруг заплакала. Тихо, жалобно и как-то по-детски. Она сказала, что хочет спать. Очень хочет спать. Легла на диван и закрыла глаза. Всю ночь она ерзала, стонала. Женя то и дело подходила к ней, укрывала ее, давала пить. Но от воды Иру тошнило. К утру обе девушки измучились до беспамятства. Зато Петр держался молодцом – он сидел на кухне и всю ночь пил только чай.

Когда рассвело, он вошел в комнату и неожиданно сказал, что Ира может мотать на все четыре стороны. Та подняла голову, едва ли понимая, что именно ей сказали.

– Иди отсюда, – сказал он. – Надеюсь, до тебя все дошло. Если ты не принесешь денег, твоя мамаша узнает все этим же вечером. Ты поняла? Можешь позвонить своему жениху прямо сейчас, я подключу телефон. И запомни…

Он подошел к дивану и, тряхнув Иру за плечи, заставил ее сесть: