«Коламбия пикчерз» представляет - Татьяна Полякова

– Петух, – и рухнула в кресло, в котором только чтосидел Волков. – Анфиса, ты что-нибудь понимаешь?

– Нам нужна подробная карта области, – рявкнула я.

– Зачем?

– Чтобы знать, как добраться до охотхозяйства «Заречье».

– Слава… – пролепетала Женька. – Ну конечно, проклятыйколдун. Вот тебе и петух. Одна живая душа за другую.

Карту мы купили тут же в гостинице, в туристическом киоске,и сломя голову полетели в соседнюю область. Времени на дорогу ушло достаточно,так что в «Заречье» мы оказались только в третьем часу. Оставили машину возлеворот и пошли к калитке. Рядом с ней была сторожка, откуда, заметив нас,появился мужчина.

– Здравствуйте, – сказала я. – Мы бы хотели видетьВелесова Вячеслава Ивановича.

– Славу? – улыбнулся мужчина, кивнув нам. –Опоздали вы, девушки, отбыл Слава, еще вчера. Часов в двенадцать утра. Сын заним приехал.

– У него есть сын? – ахнула Женька.

– Есть, живет где-то за границей, вот в отпуск приехал,повидаться. У Славы квартира в областном центре, они туда подались, Славаотпуск взял.

– От вас позвонить можно? – нервно кусая губы, спросилая.

– Можно. Только ни адреса Славы, ни его телефона я не знаю.Он говорил, что квартиру сдает, а сам здесь жил постоянно.

– Звони Вере в гостиницу, – сказала я Женьке. –Спроси фамилию Ильи.

Женька отправилась вместе с мужчиной в административноездание, а вернувшись, сообщила:

– Фамилия его Власов. И что?

– В чувстве юмора ему не откажешь, – усмехнулась я.

– Хоть убей, Анфиса, я не понимаю, при чем тут чувствоюмора?

– Святой Власий или Влас – это наш христианский Велес. Тычто, забыла?

– Ах он мерзавец! – заголосила Женька, изрядно напугавегеря. – Провели нас на голубом глазу… А мы-то, дуры, поверили на слововсем его рассказам. Фамилию и ту узнать не потрудились. Ну, аферисты… папуля ссыночком… Надо в милицию звонить, их поймают, обязательно поймают. Объявятрозыск, операцию «перехват» и все такое…

– С какой стати? – вздохнула я

– Анфиса, ты что, с ума сошла? Они у родины горшок украли,органы должны возбудиться…

– Горшок у Волкова, а вот то, что в горшке был клад, ещенадо доказать.

– Докажут. Можно провести специальный анализ, и станет ясно,что в нем лежало.

– Уверена, Волков этим займется. Но пока анализ проведут,эти двое окажутся очень далеко отсюда.

– Звони Ромке, у него же связи…

Женька жалобно посмотрела на меня и замолчала, после чегосела в машину. Я последовала ее примеру, и мы поехали прочь, к большомуоблегчению егеря.

– Нас ограбили, – шмыгнула носом Женька. –Обидно-то как, Анфиса. Ладно ты… ты в мужиках ничего не смыслишь. А я? Ведьзнала же, что с красавцами надо ухо востро держать, не то непременнопроморгаешь пакость, которую они затевают, а они на пакости горазды. И вотрезультат.

– В общем-то все честно, – пожала я плечами. – Онобещал помочь нам разобраться с тайнами и действительно помог. У нас естьответы на все вопросы, у Волкова кости с горшком, а у Ильи…

– Ой, я сейчас с ума сойду… Интересно, горшок-то хотьбольшой? Наверное, большой, какой смысл в маленьком? Но даже если среднихразмеров горшок, прикинь, сколько там ценностей было?

Женька продолжала убиваться, а я подумала, что все не такплохо. Конечно, обидно, что нас провели, но ведь мы в конце концов сюда не закладом приехали.

– Слушай, – помолчав немного, вновь заговорилаЖенька. – А как же эти несчастные случаи? Выходит, проклятие все-такисуществует?

– Несчастные случаи – несчастные случаи и есть. Не забивайсебе голову, – отмахнулась я.

– Вот уж не знаю. И Слава этот, неужто правда в гробуродился?

– Волков сказал, что читал об этом в газете. Хотя, может,родился вовсе не Слава.

– По мне, так они все врали. Но ведь как хитро делопровернули, вот артисты… – Женька хихикнула, помолчала немного и спросила: –Как думаешь, когда они клад уволокли?

– Скорее всего в ту ночь, когда мы Велесово искали. Козловбыл занят, и никто не мешал им возиться в монастыре. А Славе Илья попроступозвонил, здесь же есть телефон, вот он и явился в Рождествено. О кладе намрассказал Слава, логично предположить, что в тот момент он уже был у них и ониконкуренции не опасались.

– А чего ж тогда Илья сразу не уехал?

Я пожала плечами.

– Наверное, хотел помочь нам.

– Да? Выходит, не совсем он пропащий и кое-какую совестьимеет… убила бы его, – сказала она в сердцах и вновь задумалась. – Новедь получается, они знали, где находится гробница? То есть жених Ефросиньидействительно умер в Велесове и перед смертью все рассказал? Или немец, отецСлавы, успел сообщить о кладе его матери, а она… нет, его из монастыря бы невыпустили. Слушай, эти колдовские знаки на руках Ильи… Ты же говорила, онидаруют власть над золотом? И человек обретает способность находить любой кладпод землей?

– Глупость, скорее я поверю в то, что о месте, где находитсяклад, рассказал жених Ефросиньи. И эти сведения по наследству перешли к Славе.

– Так что' здесь правда, а что' эти гады придумали, желаянам мозги запудрить? Слушай, а может, они нас просто разыграли и не было вообщеникакого золота?

Я пожала плечами. Женька опять замолчала, и мои мыслипостепенно перестали занимать горшки, клады и всевозможные загадки, и теперьперед глазами была семнадцатилетняя девочка, что сунула в руки обмороженномунемцу отцовские валенки, и женщина странной, нездешней красоты, рухнувшаязамертво, когда узнала о гибели любимого, и тихая, с поникшей головой,Ефросинья.

– Ты чего молчишь? – спросила Женька.

– Обдумываю сюжет.

– Да? Думай вслух, мне же тоже интересно. О чем будет книга?О родовом проклятии?

– Нет, – покачала я головой. – О любви.