Концерт для Колобка с оркестром - Дарья Донцова

– Соню я беру на себя, – ухмыльнулась сестра, – здорововыйдет. Ты пропишешься в квартире, поживешь с Людкой, а потом, бац, «случайно»откроется, что вы близкие родственники. Знаешь, что получится?

– Ну? – заинтересовался Алексей.

– Сонька от инфаркта помрет, у нее сердце слабое, –захихикала Яна, – а Людмилка с собой покончит. Нам же с тобой все достанется: квартира,мебель, шмотки. Усек? Отомстим им по полной программе и станем богатыми.

И Алексей согласился на аферу. Охмурить наивную, романтичнуюЛюдмилу не составило ему особого труда. Старшая сестра мгновенно влюбилась вмолодого мужчину. Да еще у них обнаружилась общая страсть – книги. Вот тутАлексей не прикидывался, он на самом деле любил литературу, отлично в нейразбирался и мечтал основать собственное издательство.

Соне тоже очень понравился жених. Все в нем кажется ейродным, знакомым: манера щурить глаза, поправлять волосы, улыбаться. На самомделе Алексей безумно похож на своего отца, шофера, короткую, страстную любовьСони, но она не проводит между ними никакой параллели, она просто решила, чтоЛешенька, пусть бедный, отличная партия для Людочки, у которой есть немалыематериальные блага. Здесь следует упомянуть, что Алексей ни словом необмолвился о том, что жил и воспитывался в детдоме. На вопрос о родителях он отвечалпросто:

– Мама была учительницей в школе, папу не помню, онскончался, когда я ходил в садик.

Соня вполне удовлетворилась полученной информацией, несмотряна возраст, она была столь же наивна, как и Людмила. Не сказал Алексей будущейтеще и о том, что большую часть жизни провел в Козюлине. Яна, написавшаясценарий «пьесы», не хотела, чтобы у Сони возникли хоть какие-то воспоминания,плавно перетекающие в подозрения. Поэтому до того, как знакомить Алексея сЛюдмилой, ей пришлось проделать большую подготовительную работу. Свою комнату вкоммуналке Алексей обменял на аналогичную в городке Ленинске. Можно сказать,отдал мыло, а получил шило. Учителя русского языка и литературы с радостьювзяли в местную школу, дефицит педагогов, в особенности мужчин, да еще молодых,сейчас велик. Со стороны поведение Мирского казалось предельно глупым: сорвалсяс насиженного места и уехал в такое же захолустье. Но мы-то знаем, что все былопроделано лишь ради одного. На вопрос Сони: «И где же ты живешь, чем занимаешься?»– Алексей спокойно сообщил: «Преподаю в Ленинске и обитаю там же, увы, вкоммуналке».

Ни о каком Козюлине речи не было.

После свадьбы молодой муж некоторое время не работал, нопотом он сказал теще:

– Выхожу на службу, не могу больше жить за ваш счет.

Соня уже была целиком и полностью очарована зятем.

– И чем думаешь заняться? – улыбнулась она.

– Пойду в школу, – вздохнул Алексей, – куда ж еще?

– Отвратительно, – пожала плечами Соня.

– А что делать? – грустно спросил Мирский.

– Мне Людочка говорила, что ты мечтал основать своеиздательство, – хитро прищурилась Соня.

– Да, – с горящими глазами воскликнул зять, – толькобессмысленно даже начинать этот разговор.

– Почему?

– Господи, Сонечка, – всплеснул руками зять, – вы дажепредставить себе не можете, о каком стартовом капитале идет речь!

– Знаешь, детка, – ласково улыбнулась теща, – деньги вполнеможно найти. У меня кое-что припрятано из старых запасов, есть ценные вещички.И потом, квартира. Если мы продадим эти многокомнатные хоромы, то спокойноприобретем жилье, вполне достойное, на окраине, а разницу вложим в дело.

– Мне, право, неудобно, – забормотал Алексей, испытывавший втот момент и впрямь легкий дискомфорт.

– Ерунда, – отмахнулась Соня, – я хорошо понимаю: ничегопросто так не получается.

– Даже если хватит финансов на основание собственного дела,– зять решил спустить тещу с небес на землю, – то все равно мы не раскрутимся.

– Ты так полагаешь? – удивилась Соня.

– Да, издательств сейчас много, борьба между ними идетнешуточная, – Алексей начал растолковывать теще суть проблемы, – на чем прибыльбудем получать? Нам нужны крепкие, стабильно пишущие авторы. Где их взять?

– Ну…

– То-то и оно! На рынке хорошо идут детективы и фантастика,– разгорячился Алексей, – только таких писателей по пальцам можно пересчитать,и каждый своим контрактом повязан.

– А в магазинах такое разнообразие, – задумчиво протянулаСоня, – кажется, литераторов пруд пруди.

– Верно, – кивнул Алексей, – только они однодневки, наваляюткнижонку и успокоятся. Прибыль издательству приносят стабильно пишущие трудяги,без заморочек и игры в гениальность. А таких наперечет. Вот Смолякова,например. Регулярно выдает книгу в месяц. Пашет баба, аки ломовая лошадь, потелику светится, интервью дает, никакой скандальной славы не имеет. Будь у менятакая авторша…

– Может, ее переманить? – спросила Соня.

Алексей вздохнул.

– Невозможно. Во-первых, Смолякова не дура и из «Марко» неуйдет, во-вторых, «Марко» не потерпит такого хамства и раздавит меня, я дажеголовы поднять не успею…

– Говоришь, фантастика хорошо продается? – неожиданнооживилась Соня.

– Да, – кивнул Алексей.

– Вот что, детка, – усмехнулась теща, – ты меня завтра водно местечко сопроводи, но это секрет. Никому, куда отправимся, говорить ненадо, даже Людочке, потому что твердой уверенности у меня ни в чем нет, однипредположения.

Заинтригованный Алексей привез утром Соню в незнакомый двор.Впрочем, теща удивила его еще раз.

Сев в машину, она сказала:

– Сначала нам надо купить водки, бутылок пять.

– Зачем? – спросил зять, но Соня мягко его остановила:

– Потом поймешь.

Когда «Жигули», подаренные тещей Алексею, припарковались удетской площадки, Соня вышла, взяла пакет с бутылками и велела:

– Ты подожди тут.

Потом она окинула взглядом двор и воскликнула:

– Уму непостижимо! Тут совершенно ничего не изменилось,вообще!

После чего Соня исчезла в одном из подъездов.

Алексей остался сидеть за рулем. Тещи не было долго, часадва, потом она вышла и поманила парня:

– Иди сюда.