Город без полиции - Анна Малышева

– В аэропорту он дико дорогой, – ответил он и вдруг остановился. Таня потянула его за руку:

– Не хочешь пить, – просто со мной посидишь. Я без кофе до самолета не дотяну.

– Кажется, нас провожают, – внезапно подтолкнул ее локтем Андрей, понизив голос. – Глянь-ка налево.

И даже не повернув головы, Таня поняла, кого увидит слева от себя, возле газетного киоска. На миг она замерла, сердце сделало лишний удар, ей вдруг показалось, что в зале душно. «Не хочу туда смотреть!»

– Он один? – сквозь зубы проговорила она, не поворачивая головы.

– А с кем ему быть? – удивился Андрей. – Или тебе одного мало?

– Идем. – Она потянула его вперед, чувствуя на себе взгляд Паши. Таня ощущала его кожей, как прикосновение солнечного зайчика, но в этом ощущении не было ничего приятного. От него становилось страшно. – Пусть там стоит.

– Разве не хочешь с ним поговорить? – Андрей поправил повязку, сползающую ему на брови. После бессонной ночи бинты выглядели неряшливо, и на него обращали внимание. – Может, лучше мне сходить?

– Ничего не лучше, – решительно ответила девушка, убыстряя шаги и становясь в очередь к прилавку кафетерия. – Никому не надо с ним говорить. Он – живой труп. Его вообще нет.

– Похоже, этот добрый молодец так не считает, – усомнился ее спутник. – Смотрит на нас... Так, идет сюда. Танька, мне врезать ему, чтобы отвалил? Или полицию позвать? Так и тянет с кем-нибудь обсудить мои ранения!

Вместо ответа девушка вышла из очереди и чуть не силой впихнула на свое место Андрея:

– Только не шуми! Возьми мне кофе и какой-нибудь кекс, я сейчас.

И не слушая, что он ей говорит вдогонку, пошла навстречу Паше. Не дав ему войти в зону кафетерия, Таня перехватила его и отвела в сторону, к запертому по случаю раннего времени газетному киоску. В лицо Паше она смотреть избегала, глядела себе под ноги, словно рассчитывая что-то найти на мраморных плитах пола.

– У тебя хватило наглости прийти? Тут полно полиции!

– Ну и что? Я же не в розыске, – хрипловато ответил тот, и на девушку пахнуло коньячным перегаром. – Я вообще покойник. Где хочу, там хожу.

– Как же ты живешь без документов? – Она решилась взглянуть на него, но тут же снова отвела глаза. Паша смотрел на нее остановившимся тяжелым взглядом, и набрякшие красноватые веки придавали его лицу нечто в самом деле мертвенное.

– Я никак не живу, Танька, – произнес он после паузы, и девушка с ужасом различила в его голосе близкие слезы. «Что я буду делать, если он закатит истерику?!»

– Так почему не вернешься? – торопливо заговорила она, чтобы отвлечь его от приступа жалости к самому себе. – Я все знаю, ты не виноват, это случайность, что ты выстрелил в Михаила! Выстрелил, но не убил же! В любом случае уже отсидел бы и жил нормально! Что ты делаешь? Зачем остаешься с ней?

– Не убил, зато спрятал, – тихо ответил тот. – Ты не представляешь, как я целый день кружил по жаре с трупом в машине, поднимался в горы, спускался к морю, сто раз мог его выкинуть или утопить, но не решался... А вечером вернулся в Мармари и, честное слово, решил отвезти тело в отделение полиции, сдаться, потому что послушался-то я ее от страха, у меня совсем в тот миг крыша съехала... Ты не представляешь, как быстро все случилось! Еще утром я ехал на деловую встречу, мечтал стать крутым дельцом, встретить тебя в собственной машине, и вот вечер того же дня – а я уже убийца, и в багажнике лежит тело моего друга, и все, что у меня впереди, – это тюрьма, здесь или в России...

У него сорвался голос, Паша достал из внутреннего кармана куртки плоскую бутылку коньяка и сделал глоток. Когда он ее прятал, Таня заметила, что бутылка полупуста. Неужели он за рулем? В другое время она встревожилась бы, но сейчас, видя, что Паша нетвердо держится на ногах, не испытала ни малейшего беспокойства, словно тот и впрямь давно был мертв. Это равнодушие яснее всего сказало ей, что с прошлым покончено бесповоротно. Перед ней стоял чужой человек, который рассказывал о том, что случилось давным-давно, словно в другой жизни.

– Я увидел голубой неоновый крест и поехал к церкви, решил помолиться, прежде чем сдаться, может, хотел момент оттянуть... А там оказалось пусто. Ни священника, никого, только гроб посередине, а в гробу старикан в черном костюме. Просто фильм ужасов, меня морозом пробрало, я смотрел на него, как баран на новые ворота, и мне все почему-то казалось, что покойник ненастоящий, иначе почему он один? Меня дико напугало, что он лежит один, даже не знаю, почему.

– В тот вечер был футбол по телевизору, – машинально ответила Таня. – Мужики убежали смотреть, а женщин там не было.

– А я тогда подумал, что это провидение... – протянул Паша. – Что покойник указывает мне, как избавиться от тела. Гроб был такой здоровый, а старик-то не из толстых. Я притащил Мишку, отодвинул старика, минут десять пристраивал их так, чтобы незаметно было, потом цветами заново заложил... И все, думал, если гроб так зароют, считай – навеки спрятал. Танька, если б я не увидел старика в церкви, я бы сдался в полицию!

– В Мармари нет полиции, – так же монотонно произнесла она.

– Что? – опешил парень.

– Там никогда ничего не происходит. – Таня подняла глаза и на этот раз выдержала его взгляд. – Пашка, Пашка, что ты с собой сделал? Как допустил, чтобы убили Ольгу?

– Я не знал! – Он повысил голос, и девушка испуганно шикнула на него, оглядываясь по сторонам. За стеклом кафетерия она увидела Андрея. Тот стоял, поставив локти на столик, и пристально смотрел на нее. По его напряженной позе было видно, что он каждую секунду готов сорваться и броситься на помощь. Таня жестом попросила его успокоиться.

– Танька, я не знал, что она на это пойдет, вообще не подозревал, что этой девушке что-то грозит! Она угрожала тебя убрать, если я буду еще пытаться с тобой встретиться, и я дал слово, что больше этого не будет! Что убьют ту блондинку, у меня в мыслях не было! И ты думаешь, – в его голосе прозвучала горечь, – она бы стала со мной делиться планами?

– Это ты подкинул мне в номер веточку кумари? – перебила Таня. – Зачем?

– Когда она, – Паша упорно избегал называть сожительницу по имени, – сказала, что ты приезжаешь опознавать тело, я сразу решил с тобой встретиться, еще до опознания. Мне необходимо было все рассказать... Конечно, это нужно было сделать втайне, я приехал в Мармари ближе к вечеру, стал следить за отелем. Все окна в номерах было темные, я понял, что ты или спишь, или уехала. Тогда я решил обратиться за помощью к Матильде. Она все знала и не упала бы в обморок, увидев меня. Но ее внизу не было. Зато я увидел доску с ключами и пустую ячейку. Ты увезла ключ с собой, верно? Я понял, в каком номере ты остановилась, поднялся наверх. Дверь была заперта, а вскрывать замки я так и не научился.

Паша печально усмехнулся, словно предлагая оценить свой юмор, но девушка слушала его, сурово сдвинув брови. С его лица сбежала деланная улыбка, и он продолжал: