И целый мир против! - Татьяна Луганцева

В приёмном покое врач диагностировал возможные переломы рёбер, трещину в ноге и многочисленные ссадины и ушибы.

Стефания Сергеевна, которая чувствовала свою вину, умоляла дежурного врача:

– Положите его в лучшую палату! Я обо всем договорюсь. Очень вас прошу! Я знакома с заместителем главного врача Любовью Петровной!..

– Успокойтесь, дамочка, не надо так волноваться. Уложим, вылечим… – отвечали ей.

Лебедева осторожно посадили в кресло-каталку, чтобы отвезти на рентген. Но он явно не терял присутствия духа и даже шутил:

– Слушай, Янка, я навернулся с балкона, как могла бы ночью рухнуть Джульетта, внимавшая сладким словам Ромео. Похож я на Джульетту?

– На Франкенштейна ты будешь похож, когда тебя в гипс закуют и бинтами укрутят, – ответила Яна.

– Ты навестишь меня? Или ты только к Мартину приходишь?

– Не морочь мне голову, – строго ответила Яна. – Конечно, навещу. Давай, выздоравливай скорее, у нас тут дел полно.

Санитар выкатил коляску с Лебедевым в коридор.

– Нехорошо получилось, – покачала головой Стефания Сергеевна. – Знаешь, в нашей больнице врачи хорошие, а вот кормят здесь… мягко говоря, не очень. Пойдём домой, блинков напечём. Любишь готовить?

– Я? – растерялась Цветкова. – Наверное, люблю…

На самом деле кулинария была не её стихией. Вершиной кулинарного творчества Яны могли быть только подгоревшая яичница, переваренные сосиски или превратившиеся в крутом кипятке в комки теста, развалившиеся пельмени.

Стефания Сергеевна как-то странно посмотрела на Яну.

– А как же ты выходишь из положения? У тебя же ребенок есть…

Яна смутилась, но решила не сдаваться.

– Да, ребёнок у меня есть. Но также есть домработница Агриппина Павловна, которая божественно готовит. Сын просто обожает её стряпню, а она балует его разнообразными кушаньями. Может показаться странным, но отец Володи тоже неплохо готовит, когда сын гостит у него. Так что для меня этот вопрос неактуальный…

– Я тебя ни в коей мере не осуждаю, я так… удивляюсь. Все женщины хоть как-то, но готовят. Всё! Забыли! – ответила Стефания Сергеевна. – Я, кстати, хотела тебя предупредить, чтобы сильно ночами ты не шумела.

– А почему я должна шуметь ночами? – не поняла Яна.

– Ну, мало ли… Дело молодое… Подруги, друзья… Пятое… десятое…

– Не волнуйтесь, пожалуйста. Я не вампирша, по ночам привыкла спать. Будьте спокойны.

– Ты не обижайся, не обижайся… Под твоим номером находится комната Насти, а ей покой необходим, – пояснила Стефания Сергеевна. – Ладно, пошли домой. Надо передачку собрать нашим больным.

Через два часа, нагруженные сумками с разнообразной едой и соками, они постучались в кабинет заместителя главного врача больницы Любови Петровны.

– Как там наши пострадавшие? – спросила мама Мартина.

– Ваш сын и больной Лебедев? Гражданин, упавший с балкона? – спросила Любовь Петровна.

– Вернее, вместе с балконом, – уточнила Яна.

– Состояние стабильное. Обоим прописан полный покой. Слава богу, у Лебедева рёбра целы, только сильные ушибы. Нога, правда, повреждена, надели на голеностоп лангету. Парень с юмором, шутит, что до свадьбы заживёт, – улыбаясь, ответила Любовь Петровна.

Яна ее восторга не разделяла.

– А увидеть его можно?

– Он в десятой палате.

– Это палата моего сына, – встрепенулась Стефания Сергеевна.

– Это наша вип-палата. Вы же просили лучшую койку. Но, кстати, ваш сын Мартин был не против, что к нему подселили соседа. Сейчас тихий час, но вы можете навестить пациентов, – предложила Любовь Петровна.

Стефания Сергеевна и Яна прошли в нужную палату и увидели интересную картину. На двух сдвинутых кроватях сидели двое забинтованных мужчин. Между ними лежала доска с шашками.

– Она со мной будет… раз, два, – приговаривал Мартин, стуча шашками по игровому полю.

– Врёшь, не возьмёшь! Моя будет! – отвечал Виталий Николаевич и стучал шашками в ответ.

– Турнир на международное первенство? Вы на что играете? – спросила Стефания Сергеевна, подходя к игрокам.

– Он покушается на мою невесту, а я говорю, что Яна будет со мной! – ответил Виталий Николаевич, поворачиваясь к вошедшим и замирая на месте. – Яна? Яночка! Я…

– Эй, парни! – Яна подошла к столу и стала выкладывать продукты. – Вы что, меня в шашки разыгрываете? У вас что, у обоих травма головы? Я – почётный приз?

– Янка, я всё объясню, – встрепенулся Мартин.

– А не надо ничего объяснять! Всё понятно! Это же шутка такая? Правильно? Очень смешно! И кто ведет в счете? И ведь, что обидно: разыгрывают меня не в карты, ни в шахматы, а в шашки… Тьфу на вас!

Она собрала сумки и с гордо вскинутой головой покинула палату.

Выйдя из дверей больницы, она на лестнице столкнулась с каким-то мужчиной, хотела извиниться и проскочить мимо, но тот остановил её.

– Яна? Простите, я спрашивал о вас, хотел найти…

Яна мгновенно узнала Григория Васильевича, за которого так яростно боролась в морге с двумя негодяями.

– Здравствуйте, Григорий Васильевич! Рада вас видеть. Как ваше здоровье?

– Я хотел ещё раз поблагодарить вас за спасение. Вы такая смелая женщина! Если бы не вы, меня бы сейчас и не было…

– Пустяки! Живите, пожалуйста! А что вы здесь делаете? Вас выписали?

– Домой собрался. Вот дали кучу рецептов на обезболивающие препараты. Их можно и дома колоть. Попросили особо не распространяться о том, что здесь творилось. Ну, я пообещал. Понимаю, городок небольшой, конечно, все всё рано или поздно узнают, но не хочется, чтобы главный врач пострадал. Я с ним в дружбе, – пояснил Григорий Васильевич. – А вы куда? Что-то вид у вас неважнецкий. Как ваш друг? Поправляется?

– Да, спасибо! Простите, у меня настроение плохое. Не обращайте на меня внимания. Я спешу.

Но Григорий Васильевич не отставал.

– И куда же вы спешите, можно поинтересоваться?

– Мне надо для себя жильё подыскать. В том доме, где я остановилась, балкон с человеком рухнул, и вообще… – Яна полезла в карман за носовым платком.

– Ну, ну, не надо так, детка, расстраиваться, – погладил её по плечу Григорий Васильевич. – Услуга за услугу: вы мне жизнь спасли, а я вам могу предложить прекрасную комнату для проживания. И живу я один, места много. Яна, соглашайтесь. Идём?

Яна шмыгнула носом.

– А пойдёмте! – согласилась она, не собираясь обижать человека. – Хотя вы не думайте, что я могу легко принять любое предложение. Я не такая легкомысленная. Просто… Просто я вам доверяю, хотя и вижу второй раз в жизни. Знакомство наше было интересным!