Зеркальный лабиринт мести - Антон Леонтьев

— Значит, она грозила ему всяческими карами? — протянул Егор. Конечно, это меняло расклад, но все же было маловероятно, что такая темпераментная особа, как великая Белла, стала бы писать анонимки и подбрасывать их в кабинет неугодному пластическому хирургу. Она бы подбросила — но бомбу или, скажем, королевскую кобру. Но не туманное и полное неясных намеков письмо…

— А теперь настала пора рассказать все, что вам известно! — произнес не терпящим возражения тоном Егор и надвинулся на Алину. — Потому что мы получили доступ к данным вашего мобильного, Алина, и это позволяет сделать крайне нелицеприятный вывод…

Он блефовал, однако секретарша-то знать об этом не могла! Ибо девица, как совершенно верно отметила Нинель Львовна, была недалекая.

Алина часто задышала и осторожно сказала:

— Но это не моя вина… И вообще… Меня что, теперь уволят?

— В зависимости от того, что я скажу Нинель Львовне и Олегу Петровичу, — проговорил Шубин. — А это напрямую связано с вашими показаниями. Итак…

Девица шмыгнула носом и начала:

— Вчера утром мне пришла эсэмэска от моей хорошей подруги Наточки. Точнее, я думала, что от нее, потому что было подписано ее именем и составлено так, как пишет она. Наточка сообщала, что ее муж-скотина выгнал ее из дома и что ей надо немедленно со мной встретиться. Мужики ведь такие гады, меня вот недавно жених бросил! То вился вокруг меня, то исчез, словно в воду канул… Поэтому я вся на нервах… Получилось удачно, ведь у Олега Петровича была долгая операция, я смогла перекинуть звонки с моего рабочего на мобильный и двинула в кафе, где ждала Наточка. Но там ее не было! Я подождала, но она так и не появилась. А когда я до нее дозвонилась, выяснилось, что это чья-то идиотская шутка. Муж ее хоть и скотина, но пока что никуда не выгнал, а, наоборот, подарил на днях кольцо с рубином.

Она снова шмыгнула носом и сказала:

— Но Нинель я ничего говорить не собиралась, потому что она меня тогда заживо проглотит.

— СМС у вас сохранилась? — спросил Егор, и девица извлекла свой навороченный мобильный, отыскала нужное послание и протянула аппарат Егору.

— Номер-то не Наточки, точнее, не ее обычный, но я ничего такого не подумала, она ведь и сама пишет, что муж-скотина у нее старый телефон отобрал, пришлось срочно купить другой.

Егор переписал номер, сделал своим мобильным фотографию текста СМС и строго произнес:

— Молодец, что рассказали мне об этом занимательном инциденте. Ибо, выманив вас с работы под надуманным предлогом, тот, кто желал подложить письмо вашему шефу, сумел это без проблем осуществить.

— Значит, письмо было? — взвизгнула секретарша. — Ой, как интересно! А что там написано? Неужели Белла в самом деле разбушевалась? Грозилась Олега Петровича убить?

Егор внимательно посмотрел на нее и сказал:

— Об этом позже. Держите язык за зубами и не трепитесь о том, что у вашего шефа неприятности, иначе они будут и у вас. Ценю, что сказали мне правду, однако ведь это часть правды, ведь так?

Девица распахнула рот, а потом быстро его закрыла и, снова шмыгнув носом, пробубнила:

— Не понимаю, о чем это вы. Я и так с вами заболталась, пора работать, а то Нинель Львовна мне выволочку устроит…

— Он устроит вам выволочку, если узнает, что вы в рабочее время бегали в кафе на встречу с подругой, — возразил металлическим голосом Егор.

Алина встрепенулась и устремила на него взор, полный гнева и отчаяния.

— А я-то считала вас порядочным мужчиной! Доверила вам тайну, а вы тут же ею стали меня шантажировать! Тогда уж точно ничего не скажу!

Она надулась, а Егор произнес:

— Вы не так меня поняли. Я хотел сказать, что Нинель Львовна не ценит ваши деловые качества. И это очень и очень жаль.

— И не пытайтесь! — отрезала девица, шелестя бумагами. Она повернулась к нему спиной и всем своим видом выказывала нежелание продолжать беседу. — Мне ничего больше не известно!

— Жаль, — вздохнул Егор Шубин, — придется в таком случае спросить обо всем у Петра Олеговича. Он, конечно, как и вы, будет отпираться. Но ни секунды при этом не сомневаясь, что это вы мне все выложили. Думаю, тогда взбучка от Нинель Львовны покажется вам самой крошечной проблемой…

Он развернулся, чтобы выйти в коридор, но до него донесся отчаянный шепот Алины:

— Откуда вы знаете?

Егор развернулся и заметил, как переменилось лицо девицы — она была на грани истерики.

Что ж, расколоть ее было проще простого. Не требовалось быть Шерлоком Холмсом, чтобы заметить: когда Петя Ирдышин ее увидел, он тотчас под фальшивым предлогом ретировался, явно не желая беседовать с Алиной. Она же, в свою очередь, тоже перепугалась. Их связывает какая-то общая тайна. И Шубин непременно хотел узнать, какая.

— Слухами земля полнится, — выдал Егор очередную стандартную фразу. — Ну так как, Алина Максимовна, вы намерены говорить или мне придется поставить в известность Олега Петровича?

Алина явно боролась с обуревавшими ее противоречивыми чувствами. Наконец она произнесла:

— А вы никому не скажете? Ведь я не хочу, чтобы у него были неприятности!

Егор молчал, что только усиливало эффект. Алина судорожно сглотнула и сказала:

— Когда я вчера вернулась после несостоявшейся встречи с Наточкой, то заметила, что дверь в кабинет Олега Петровича приоткрыта. Я подошла, чтобы закрыть ее, и увидела, что…

Она запнулась и после секундной паузы продолжила:

— Увидела, что Петр Олегович роется в свежей почте, которую Нинель Львовна принесла шефу. Петр Олегович просматривал письма, и создавалось впечатление, что он ищет какое-то определенное… Я хотела выйти, но он, видимо, почувствовал мое присутствие, поднял глаза и заметил, что я за ним наблюдаю. И я видела, как он вытащил из стопки большой такой конверт. И сунул себе под пиджак. Он переменился в лице, хлопнул рукой по письмам и сказал, что не нашел того, которое требовалось отыскать для отца. Но было ясно, что он врет! А потом… Потом он завел со мной такую милую беседу о том, какая я хорошая и умная. И пригласил в ресторан. И просил ничего не говорить о том, что я видела, ни отцу, ни Нинель, потому что тогда они поймут, что он проворонил одну важную сделку, и у него будут неприятности. Ну, я обещала, что не скажу.

Егор несколько мгновений рассматривал девицу. Вроде бы не врет. Хотя кто знает? Во всяком случае, занятно, что Петя Ирдышин так неуклюже пытался его обмануть. Значит, сынок что-то искал в корреспонденции папы — уж не анонимное ли письмо? Во всяком случае, именно такой вопрос задал бы любой работник «Закона и порядка» — и Егор не был исключением.

Или что-то иное?

А вот это было интересно, очень даже интересно. Причем с учетом того, что сынок что-то нашел и что-то унес с собой. Что-то, предназначавшееся для отца-хирурга.