Диктатура Гурова - Алексей Макеев

– Ну и как? – прищурился Орлов.

– Пока никак. В больницу он загремел, – Стас безнадежно махнул рукой. – В коматозном состоянии. Когда оклемается – неизвестно.

– Это он туда попал после встречи с тобой? – глаза Петра теперь – напротив – расширились, и довольно заметно.

– Ну, ты уж совсем принимаешь меня не знаю за кого!.. – Крячко укоризненно покрутил головой. – Нет, сказать по совести, я мог бы, конечно, отделать эту тварь так, чтобы он даже боялся смотреть в сторону детей. Но не довелось. Так уж совпало, что вчерашним вечером он надумал приставать к девочке из этого же подъезда, а это увидел ее отец. Они сцепились, и тот дал Крыкелу в морду. Педофил кувырком по лестнице слетел и грохнулся башкой о батарею. Его при мне увезли. А отца девочки с подачи дружка Крыкела, тамошнего старшего по подъезду, чуть не увезли в полицию. Пришлось вмешаться и восстановить справедливость.

– Ну, молодец! – Петр облокотился о стол и подпер голову рукой. – Кстати, а что там твой новый информатор? От него пока ничего?

– Ну, я ему дал три дня сроку. Хотя не факт, что ему вообще удастся найти этого Короткова в одном из притонов, – Стас развел руками.

– Ладно, давайте теперь о наших планах на ближайшие дни.

В ходе дальнейшего разговора собеседники обсудили варианты того, как, не затягивая ситуацию, своевременно уличить верхушку «Пламя-Дельты» в двойной игре. Причем провести эту работу так, чтобы раньше времени никто из менеджмента предприятия не заподозрил, что оно уже заинтересовало отечественные спецслужбы. По мнению Орлова, в ходе расследования весь упор, как и прежде, следует делать на якобы проверку версии о случайной гибели инженера Вертянина.

На ближайшие пару дней Гуров взял на себя задачу выявления пока никому не известного уголовника, которого Суконцева в разговоре с Гвоздикиным поименовала «Чупой». Кроме того, он решил докопаться до полной ясности в вопросе о том, кто же погиб во время ДТП – сам Вертянин или кто-то другой. Стас взял на себя отработку Короткова, Суконцевой и Гвоздикина. Вольнов сообщил, что займется маршрутами отправки изделий «Пламя-Дельты», предназначенных для американских получателей. По поводу намерения Льва прояснить подлинность факта гибели Вертянина он выразил недоумение – неужели тот считает, что двадцать седьмого марта все же мог погибнуть кто-то другой?

– …Лев Иванович, вы себе можете представить, насколько это непросто – найти похожего человека, убедить его промчаться по МКАДу на бешеной скорости, да еще где-то вылететь с дороги, чтобы разбиться и сгореть?!.. – с иронией в голосе перечислил Вольнов. – Что-то уж очень громоздко получается. Мне думается, Вертянина убили действительно в интересах «Пламя-Дельты». Но и только лишь…

– Не убедили, Александр Николаевич! И на йоту не убедили… – столь же иронично парировал Гуров. – Знаете, сейчас я предположу нечто и вовсе, с вашей точки зрения, фантастичное. Учитывая значимость дарований Вертянина, в данный момент он вполне может находиться в каком-нибудь секретном боксе «Пламя-Дельты», где его принудили работать по своей прямой специальности – разрабатывать военное оборудование самого разного профиля. Причем он пребывает под постоянной угрозой физического уничтожения. Случись нагрянуть туда опергруппе с обыском, в тот же миг он захлебнется в заливших его бокс тоннах какого-нибудь химиката. Например, раствора каустика или соляной кислоты. Труп гарантированно исчезает.

– Ле-о-о-ва! – Петр укоризненно покачал головой. – Ну, уж это – явный перебор! Прямо кадр из голливудского фильма ужасов. Ты о чем это? Уж какие бы ни были там отморозки, но учудить такое… Нет, не согласен! Это уже из области твоих фантазий. Согласись, о его пребывании на «Пламя-Дельте» могли бы знать слишком многие. А это – риск утечки информации с соответствующими последствиями.

– Да? – Лев саркастично рассмеялся. – Во-первых, напрямую с ним контактировать смогут всего лишь несколько человек. А прочие о нем вообще ничего могут и не знать. Ну, допустим, кто-то что-то и узнал. Сообщил нам. Как это проверить? Обыск? О его последствиях я уже говорил. Стебалин от всего откажется и открестится. Ну и?

– Хорошо! – Орлов хлопнул ладонью по столу. – Если сможешь найти доказательства того, что в «Форде» сгорел вовсе не Вертянин, эту твою версию принимаю как безоговорочную.

– Знаешь, мне отчего-то кажется, что Лева все-таки прав… – глядя в потолок, неожиданно объявил Крячко.

– Это тебе твой волшебный камень подсказал? Он сейчас с тобой? – Петр рассмеялся.

– Что за «волшебный камень? – Вольнов с удивлением поглядел на Стаса.

Тот, сердито посмотрев на Орлова, отмахнулся и в нескольких словах рассказал о подарке шаманки. Он ожидал, что Александр начнет язвить по поводу амулетов и всех прочих суеверий, но Вольнов отреагировал совсем иначе.

– Та-а-ак… – он озабоченно потер ладонью лоб. – Шутки шутками, но в такой ситуации лучше перестраховаться. И что же у нас теперь? Получается так, что на «Пламя-Дельту» соваться пока нельзя. А я собирался навести там маленький «шорох», чтобы взять прямо из контейнеров с отгружаемой продукцией несколько образцов для проверки. Добро, этот вариант отпадает, придумаем что-нибудь еще…

Петр, немного поразмыслив, предположил, что свою продукцию «Пламя-Дельта», скорее всего, отправляет через терминал питерского грузового порта. Вот там-то и можно было бы провести подобную операцию, причем в негласном порядке. К тому же, припомнил он, замначальника тамошней таможенной службы – его старый знакомый.

– …Лева, ты его, наверное, помнишь… – Орлов наморщил лоб. – Он работал в таможне Шереметьево, помог нам… По-моему…

– …Помог перехватить партию контрабандного оружия, – Гуров утвердительно кивнул головой. – Зовут его Фоминов… Анатолий…

– …Анатольевич, – докончил Петр. – Давайте-ка, мужики, я с ним созвонюсь и, если общий язык найдем, отправлю я вас в Питер. А вы, Александр Николаевич, по косвенным каналам попробуйте выяснить, когда у «Пламя-Дельты» отправка очередного контейнера с товаром, чтобы его без проблем можно было встретить и досконально проверить в терминале, до погрузки на судно.

Когда опера, и с ними Вольнов, вышли из кабинета Орлова, зазвонил телефон Стаса. Выслушав своего собеседника, Крячко, выдержав паузу, негромко сообщил:

– Ну, вот и информатор отзвонился! Это Маклер. Вчера вечером он был в одном подпольном катране, где шла крупная игра. И там он видел известного нам господина Короткова, который в какой-то по счету очередной раз проигрался до нитки. Ходил за каким-то «крутым», ныл и пускал сопли, обещая, что на днях расплатится. Дескать, ему такая «маза катит», что бабла хватит даже на выплату процентов по просрочке долга.

– О-о-чень интересный момент! – согласился Гуров. – Думаешь встретиться с ним?

– А почему бы нет? В приватной обстановке, чтобы там взять его за жабры и…

– Тут надо хорошенько подумать! – Лев несогласно качнул головой. – А вдруг расколоть его не удастся, и тогда хозяевам Короткова сразу же уйдет информация о том, что мы уже добрались и до него?