Список приговоренных - Алексей Макеев

Прошло чуть больше получаса, и в кафе больше нечего было делать. Подошел официант и с милой улыбкой протянул счет. Крячко, скрипя зубами, положил туда две бумажные купюры по сто рублей и вопросительно посмотрел на официанта, ожидая сдачи. Но тот лишь еще сильнее улыбнулся и удалился.

– Ну и нравы! – отметил Крячко, грузно поднимаясь и с шумом отодвигая стул.

Настроение ухудшалось с каждой минутой.

Выйдя из кафе, он заметил, что дождь не прекратился. Оставалось только идти в агентство. На входе его вновь встретил охранник, с улыбкой пропустив его вовнутрь и предложив подождать в холле.

– А кроме вас тут никого?

– Ну, тут несколько человек есть. Гримеры, бухгалтеры. А Виола Константиновна должна прибыть через пару минут.

В то же мгновение ко входу подъехала ярко-красная иномарка, из которой вышла женщина средних лет со стильной прической, показавшейся Крячко экстремальной: левая сторона головы была коротко выстрижена, косая длинная челка падала на правую щеку, спускаясь до подбородка, а волосы на затылке были чуть ли не сбриты, образуя разделительную полосу, над которой шапочкой возвышалась макушка. Крячко не одобрял подобных вычурностей, он был сторонником классики и большим консерватором в вопросах моды.

– А вот и она, – тем временем произнес охранник.

Женщина прошла, кивнула охраннику и бросила вопросительный взгляд на Крячко.

– Извините, мы сегодня не работаем и новые кадры нам не нужны.

Охранник немного смутился и, склонившись к женщине, что-то сказал ей на ухо. Виола Константиновна нахмурилась и бросила на Крячко уже иной взгляд.

– У нас все в порядке, – проговорила она негромко. – Только на прошлой неделе я урегулировала вопрос с вашими людьми.

Крячко понял, что полиция этого района снимает дань с директрисы этого агентства и сейчас хозяйка имеет в виду именно этот аспект.

– Вообще-то я из Главного управления МВД, – сказал он. – И пришел всего лишь поговорить с вами об одном из ваших «кадров».

Виола Константиновна на миг застыла, осмысливая услышанное. Затем с облегчением произнесла:

– Хорошо, тогда пройдемте в мой кабинет. Правда, я не знаю, чем смогу вам помочь – я общаюсь со своими сотрудниками только в рамках агентства.

Женщина направилась к лестнице. Следователь направился за ней, и через минуту хождения по лабиринтам они оказались в просторном кабинете.

– Располагайтесь! – проговорила тем временем Виола Константиновна и указала Крячко на кресло. Сев поудобнее, тот решил не терять времени.

– Я хочу спросить у вас про одного человека. Его зовут Алик.

– М-м-м… Алик, Алик… – Виола Константиновна задумчиво прикрыла глаза, делая вид, что старается вспомнить, хотя Крячко сразу догадался, что она тут же поняла, о ком идет речь.

– Его фамилия Веретенников, – подсказал он и, пока женщина продолжала делать вид, что никак не может вспомнить своего сотрудника, положил перед ней фотографию, распечатанную с жесткого диска компьютера, изъятого у Александры.

Виола Константиновна вгляделась в снимок, и на лице ее сквозь искусно наложенный макияж проступили пятна. Она небрежно отодвинула снимок, откинулась на спинку кожаного кресла и произнесла, сцепляя и расцепляя пальцы:

– Да, вспомнила, был такой. Но он давно у нас не работает.

– Четыре месяца, – снова подсказал Крячко, давая понять, что в курсе подробностей жизни Алика Веретенникова.

– Ах, я точно не помню таких мелочей, – поморщилась Виола Константиновна. – Знаете, сколько их у меня? Приходят-уходят…

– Что, такая текучка? – с удивлением поинтересовался Крячко. – А с виду такое представительное агентство!

Виола Константиновна покраснела еще больше, сделав над собой усилие, засмеялась – неестественно, скрывая досаду.

– Разумеется, у меня не только с виду все так хорошо. Работа налажена, дефицита в кадрах нет. Поэтому и требования высокие. Увы, не все их выдерживают.

– Значит, Веретенников не прошел испытания, – кивнул Крячко. – А в чем это выразилось?

– Ну, я уже не помню, – Виола Константиновна перестала сжимать пальцы, но теперь взяла со стола авторучку и стала ее крутить, что выдавало то, что она снова приготовилась врать. – У нас, знаете ли, есть определенные правила: приходить точно к назначенному времени, не употреблять спиртное, не курить на работе, да и желательно после нее тоже. И никаких подработок в других местах без согласования с руководством.

– То есть с вами, – уточнил Крячко.

– А вы думаете, что это противоестественно? – с вызовом спросила директриса.

– Да я вообще об этом не думаю, – честно признался Крячко. – Меня сейчас волнует, почему все-таки он ушел из агентства.

Виола Константиновна, кажется, так и не придумала конкретной версии, поэтому сама задала вопрос:

– А откуда такой интерес к его личности у полковника МВД? Обычный парень, приехал откуда-то из провинции… Таких в Москве – тысячи.

– Он убит. Совсем недавно, – прямо сообщил Крячко, в душе рассчитывая, что это заставит женщину быть более откровенной.

Виола Константиновна замерла. Потом немного недоверчиво посмотрела на Крячко. Ему показалось, что она немного испугалась. Потом она засмеялась каким-то нервным смехом и произнесла в сторону:

– Стоило догадаться!

– Что, простите? – склонился к ней Крячко.

– Что? А, нет, ничего! – спохватилась Виола Константиновна и стала яростно крутить ручку обеими руками. Через пару секунд хрупкий пластик треснул, и в руках у нее остались две половинки. С досадой швырнув их в мусорную корзину, Виола Константиновна выругалась сквозь зубы, затем снова хихикнула и замолчала, мрачно поглядывая на Крячко.

Крячко не нравилось поведение женщины, поэтому он решил надавить на нее:

– Так что вы можете о нем рассказать? Подробнее!

– Да нечего мне рассказывать! – тут же отозвалась та. – Я его и не помню почти! Высокий, красивый, но работал не много, да и халтурил.

– Ага, все-таки халтурил! И где?

– Да в каких-то ночных клубах, стриптиз-барах… Где им еще подрабатывать? У нас у многих тут по нескольку работ. Считают, что мало получают у меня! Как будто рассчитывают, что за кривляния задницей на подиуме я им миллионы буду платить!

Вот сейчас она была искренна, но только не совсем в том вопросе, который интересовал Крячко. А Виола Константиновна продолжала:

– Им кажется, что, попав в модельное агентство, они окунулись в сладкую жизнь! Подиумы, дорогая одежда, порой съемки в рекламе – все это так красиво со стороны, так привлекательно! Сразу самим хочется сладкой жизни. А на нее деньги нужны! А чтобы были деньги, нужно помногу работать, а работать никому не хочется! Все хотят все и сразу. Вот так!