Вечная Золушка, или Красивым жить не запретишь. Свадьба с риском для жизни, или Невеста из коробки - Галина Куликова

– Когда это ты успела?

– Звонила от дяди.

– Знаете, я как чувствовала, – призналась Ира. – Полночи сегодня ревела. Значит, никакой надежды?

– Может, и есть надежда. – Веня вопросительно посмотрел на Женю, но та лишь грустно покачала головой. – Понимаете, версия у нас хромая. Ну, допустим, Кокин покончил с собой сам. Допустим, Нетушкина что-то видела возле дурацкого этого киноклуба или Куницын действительно жил у нее. Но как объяснить «убийство» Веньки? Его тоже можно было бы списать на случай, но того парня, что входил в его квартиру, застрелили из пистолета Яна, бросив его там же, на лестничной площадке. И какой бандиту Машкову был прок убивать Веньку?

– Венька искал Яна в видеоклубе, – напомнила Женя. – Возможно, кто-то из людей Машкова сидел там, на сеансе. Или ошивался в окрестностях. Решил Веньку «зачистить».

– Зачем он там сидел?

– Караулил Катеньку, например.

– Ой, не знаю, не знаю, – пробормотал Мартынов. – Ну да ладно, отступать не стоит. Катеньку так и так необходимо допросить.

– Так куда мы сейчас едем? – спросил нетерпеливый Петя Скобкин.

Судя по всему, ему хотелось если уж не пострелять, то, по крайней мере, поразмахивать пистолетом.

– Решили ехать к Катеньке, – сказал Мартынов.

– Тут мы, кажется, что-то не продумали, – крякнул Веня. – Надо было заранее послать кого-то следить за ней. Откуда мы знаем, где она сейчас?

– Это вы ничего не продумали, – ответила Женя. – А я так продумала.

– Ты отправила с поручением Карпенко! – догадался Мартынов, вспомнив Женин приватный разговор с дядиным помощником. – Но ведь с него тоже окончательно не сняты подозрения!

– Вот и хорошо. Пусть он будет у нас на глазах. Под присмотром. Посмотрим на его реакцию, понаблюдаем за выражением лица… Кроме того, я выяснила, что у видеопроката он оказался случайно: у него там рядом знакомая живет.

– Да он ведь где раньше служил? – охладил ее пыл Мартынов. – По его лицу легче узнать прогноз погоды, чем хоть какую-то даже самую мелкую мыслишку.

– Значит, Пете с его пистолетом надо быть постоянно начеку. Петя, ты усек?

– Угу, – радостно промычал тот.

Женя взяла телефон и начала названивать Карпенко. Через минуту ее лицо приняло огорченное выражение.

– Ах так. Ну ладно, расскажи, как ехать. Сейчас я тебе лоцмана дам, расскажи ему.

Она сунула трубку подоспевшему Лаптеву, а для остальных пояснила:

– Катенька отправилась за город. Одна радость: поехала она вдвоем с мамочкой на ее же дачку. Там мы их можем тепленькими накрыть. Конечно, если они нас пустят. У Эльзы характер!

– Эльза – это кто? – попыталась вспомнить Ира.

– Немка.

– Немка? – заинтересовался Петя Скобкин. – Нацистка, что ли?

– Нет, немка по паспорту, – охотно пояснил Веня. – Фамилия у нее интересная – Унт.

– Унт – это один меховой сапог, – глубокомысленно заметил Скобкин. – Я выучил, пока сканворды разгадывал. В машине долго приходится сидеть, так я, типа, разгадываю по десять-двадцать штук в день.

– У меня есть знакомый кроссвордист, – светло улыбнувшись, сказала Ира. – Если хочешь, могу познакомить!

– Если б то была кроссвордистка! – с сожалением ответил ее брат.

Ира переживала. Характер не позволял ей показывать всем собственную слабость, и она бодрилась изо всех сил. Когда мужчины начали обсуждать маршрут, она отключилась и стала грызть ногти. Петя, обернувшись к ней, заметил:

– Нервная женщина может съесть в неделю полфлакончика лака для ногтей. Статистика!

Пока все рассаживались по машинам, Мартынов взял Женю за руку и отвел в сторону.

– Не хочу быть просто пешкой в твоей игре. Кого ты подозреваешь?

– Того же, кого и ты.

– Врешь.

– Чего вы там возитесь? – разгорячился Петя Скобкин. – Поедем к немке на дачу, вынем ее из тапочек и подвесим…

– Молчи, Петька! – приказала сестра, и тот мгновенно заткнулся.

– А как же озарение? – напомнил Мартынов. – Ты до сих пор так ничего и не объяснила.

– Потом, – увильнула Женя. – Все потом объясню.

Кавалькада из трех машин двинулась с места. Ведущим был Мартынов.

Выехали на Кольцевую, пропилили по ней примерно минут тридцать, потом свернули на шоссе, с него – на менее значимую трассу, поплутали немного по крохотным населенным пунктам и в конце концов въехали под ржавую табличку с едва различимым названием «Рощица».

Рощица была стопроцентно дачным поселком – Жене особенно нравились одноэтажные домики, похожие на те, какие рисуют в мультфильмах. На дороге напротив одного из очаровательных строений стояла машина Кости Карпенко. Сам он дремал за рулем, откинув голову назад и тихонько похрапывая.

– Видишь, он спит, – сказал Веня. – Значит, совесть его чиста.

– А может быть, притворяется? – усомнилась Женя. – Кто его знает, на что он горазд?

Сонный Карпенко, увидев целую ораву народу, слегка опешил:

– Мы так и припремся всей оравой?

– Вот интересно, – озираясь по сторонам, спросил Мартынов, ни к кому конкретно не обращаясь, – почему от Катеньки отстал «хвост»? Именно сегодня? Неужто потому, что она с мамочкой?

– Хочешь сказать, раз Машков мамочке доверяет, то Машков с мамочкой знаком? – подхватил Веня.

– Или кое-кто предупредил Машкова, чтобы его люди здесь сегодня не светились, – вполголоса сказал Мартынов Жене.

– Вы дали мне мало времени на все про все, – заявил Карпенко, насупясь. – Могли бы давно посвятить в ваши планы.

– У нас до последнего времени не было никаких планов, – ответила Женя.

– А что это у твоего ухажера сегодня такое кровожадное лицо? – не отставал Карпенко. – Ему пообещали дать пострелять?

Мартынов и Веня недоуменно переглянулись, а Женя покраснела как флаг. Не время сейчас объяснять, что во время вояжа в дом Хрюкиных Пете пришлось выдать себя за ее ухажера.

– Давайте пустим Петю первым. Ни Катенька, ни Эльза не знают его в лицо! – предложила Женя.

– Меня они тоже не знают в лицо, – возразил Мартынов.

– Ты наш интеллектуальный резерв. Оставайся пока в тылу. Вдруг на Петю сразу обрушится что-нибудь тяжелое?

* * *

На бедного Петю действительно кое-что обрушилось – неземное очарование Катеньки. Когда он отворял калитку и топал по дорожке к крыльцу, лицо у него было решительным, словно у солдата, задумавшего взорвать танк. Однако когда дверь распахнулась и на пороге появилась Белоснежка – влажная и блестящая после душа, обернутая коротеньким полотенцем, – у Пети отказало все сразу: руки, ноги, голос и, самое главное, мозги.