Большое кольцо - Фридрих Незнанский

— Но ты пойми, нельзя без родины! — надо же, сколько пафоса… — Здесь же остается столько людей, с которыми ты… которым ты!..

А в ответ прозвучала спокойная фраза Вики:

— И ты пойми, Славик, нельзя делать вид, что тебе нравится страна, где такой нежный и светлый человек, как Эмка… где она не смогла получить хоть капельку элементарного бабьего счастья!

Видно, у женщин было сугубо личное понимание этого самого счастья, думал Турецкий, спускаясь по лестнице. Поэтому и любые споры на эту тему бессмысленны. Глупы. Безнадежны, в сущности…

И вот теперь Вика улетала, нагруженная чемоданами с любимыми книгами. Часть их перекочевала в квартиру Грязнова, основательно пополнив его библиотеку, которая, собственно, теперь и смогла наконец таковой называться.

Было также известно, что Грязнов уговорил-таки Вику временно отложить продажу квартиры. Это же всегда успеется. Деньги есть, а кончатся, так квартиру ведь и сдавать можно будет. Тем более — под присмотром генерала милиции, это ж кому рассказать! Грязнов точно на что-то надеялся. Да и потом, не так уж часто встречаются посреди земли двое рыжих, тонко воспринимающих звучание душевных струн друг друга.

Это тоже, между прочим, из новых афоризмов Славки… Вряд ли вычитал, скорее всего, сам придумал.

Неизвестно, чем кончился их тот разговор, но Вика улетала, упрямо и возбужденно повторяя: «Все, все, больше никогда не вернусь!» А выглядела так, будто отправлялась в загранкомандировку.

Потом они трогательно целовались и пили шампанское — на дорожку, потом долго махали какому-то взлетающему самолету, может, вовсе и не французскому, потому что за стеклами аэровокзала ни черта уже видно не было — сумерки спускались быстро, а одинокие огоньки на взлетном поле свету не добавляли.

Было немножко горько, как всегда при прощании с хорошим человеком, с которым — вот так, совершенно случайно — переплелась невольно одна из нитей твоей судьбы. И — оборвалась.

Это еще случается, думал Александр Борисович, когда ты неожиданно для себя переделаешь какие-то срочные дела и вот сидишь и думаешь: а что же дальше? И ничего ровным счетом не хочется, и печаль в душе. Вот и занимался ты вроде не тем, чем следовало бы нормальному мужику, и что впереди, тебе тоже неизвестно. Хотя почему же, очень даже известно. К примеру, завтра обиженный Муслим устроит разборку с Джамалом. И к ним, с одной стороны, присоединятся обезглавленные, но недобитые таганские, а с другой — совсем не исключено, какие-нибудь ореховские, либо долгопрудненские, либо вообще не названные еще по месту своего обитания бригады дорожных мародеров. Большое кольцо — слишком заманчивый, жирный кусок, чтобы от него отказались молодые хищники… А они, Саня со Славкой, сядут думать… все о том же: что дальше?

А что, в самом деле, дальше-то?..