Тигр во фраке - Дарья Калинина

Я же ничего не знаю.

— Но он считает иначе, — сказал Паша. — И не пререкайтесь. Все равно я поеду с вами. Пойдемте. А то опоздаем.

И он буквально выставил деморализованную Колиными словами Серафиму Ильиничну из квартиры и сам вышел следом.

— Машина у подъезда, — донеслись с порога слова. — Не беспокойтесь, все будет хорошо.

— А нам что делать? — спросила Мариша у Коли.

— Будем ждать сведений, — сказал Коля. — Вы не возражаете, если я побуду пока с вами?

Подруги не только не возражали, а, напротив, — жаждали этого всей душой. И тут запищала Колина рация.

— Его машина только что выехала, — сказал мужской голос.

— В ней точно наш объект?

— Трудно сказать, расстояние слишком велико.

— На всякий случай оставь одну бригаду возле консульства, а сам двигайся за ним. Прижми его где-нибудь в тихом месте к обочине и предложи добровольно покинуть машину. Будь готов к тому, что он откроет стрельбу и попытается смыться.

Какое-то время рация молчала. Подруги изнывали от нетерпения. Коля внешне сохранял спокойствие, но побледневшие костяшки пальцев, которыми он сжимал рацию, выдавали его напряжение. Наконец рация ожила.

— Мы задержали владельца «Мерседеса». Это не он.

— Что значит «не он»?

— За рулем служащий консульства. Шофер. Сказал, что господин Редди попросил его проверить машину.

— Немедленно назад! — скомандовал Коля.

— А этого шофера куда?

— Берите с собой.

Коля присел на диван и уставился в одну точку.

— О черт! — сказал он. — Упустили.

— Но может быть, еще не поздно?..

— Поздно, можешь мне поверить, — мрачно сказал Коля. — Он уже давно улизнул.

— Но там ведь у ворот дежурят твои люди.

— Не могут же они проверять каждую машину, которая выезжает из консульства, прямо у ворот. Пока ведут одну машину и выясняют личность водителя, другая может спокойно покинуть здание консульства, — объяснил Коля. — Теперь одна надежда на Пашу.

— Стоило бы выслать ему подкрепление, — предложила Инна.

— Не успеем! — простонал Коля. — До назначенного вашей тетей времени осталось всего десять минут. Вот положение!

В это время запищала его рация.

— Как дела? — послышался голос Паши.

— Паша, они его упустили! — закричал Коля. — Как у вас?

— Мы прибыли на место. Я высадил нашу тетю на улице Комсомола. Она прошла немного вперед и сейчас уже на месте. Стоит возле здания вокзала на ступеньках.

Его пока не видно.

— Сейчас появится, — утешил его Коля. — Смотри не упусти. На тебя теперь вся надежда.

— Понял, не дурак, — буркнул Паша и положил рацию рядом с собой на сиденье.

Сам он внимательно уставился на Серафиму Ильиничну, пытаясь не упустить тот момент, когда появится Редди.

— Что она там торчит, словно тополь на Плющите? — сердито говорил самому себе Паша. — Она что, не соображает, что так ее снять выстрелом легче легкого?

Нет, не понимает, — огорченно сказал он опять же самому себе.

Вдруг он увидел, как Серафима Ильинична встрепенулась и быстро пошла вниз к стоянке машин. Паша проследил за ней глазами и увидел, что она подошла к высокому, элегантно одетому мужчине. Лица его Паша рассмотреть не мог. Видел лишь, что лицо незнакомца обрамлено черной бородой.

Серафима Ильинична и ее спутник сели в фиолетового цвета «девятку». Костюм бородача и его галстук, оценил Паша, стоят дороже, чем сама машина со всем оформлением, сигнализацией и прочими прибамбасами. Все-таки время, проведенное в обществе любившего роскошь Раджи, сделало свое дело, и в дорогих шмотках Паша разбирался теперь досконально.

Похоже, клюнула настоящая рыба. Паша завел машину и тронулся с места, преданно следуя за «девяткой».

Машина, в которой сидела Серафима Ильинична, проехала вдоль Невы, свернула на шоссе Революции и по нему двинулась в сторону лесопарковой зоны. Паша в этом лесопарке бывал и смело мог сказать, что в середине рабочего дня это было на редкость безлюдное и уединенное место.

— Везет ее на природу, — задумчиво пробормотал Паша и потянулся к рации.

«Девятка» и в самом деле въехала на центральную аллею парка. Проехала по ней до речки и остановилась.

Дальше пути машине не было, дорога слишком раскисла, как всегда бывает по весне. Да к тому же принялся накрапывать дождь, что весной тоже не редкость. Только полному кретину могла прийти в голову мысль прогуляться в такую погоду по непросохшему лесопарку. Кретину или человеку, который хотел быть твердо уверен, что его никто не потревожит.

Паша оставил свою машину в овражке, а сам последовал за парочкой. Он увидел, как спутник Серафимы Ильиничны галантно подал ей руку и повел вдоль русла небольшой живописной речушки по хлюпающей грязи в сторону едва зеленеющего леса. По пути он ей что-то втолковывал. Серафима Ильинична, насколько Паша мог судить, была изрядно бледна, но держалась молодцом. То есть не билась в истерике и не звала на помощь милицию.

— Да где же эти обалдуи? — злобно прошептал про себя Паша, имея в виду своих запаздывающих коллег. — Пора бы уже им и появиться.

— Мы тут, — неожиданно подал голос стоящий рядом с Пашиной левой ногой куст. — Через несколько минут закончим окружение и можно будет приступить к задержанию. А ты чего хмуришься?

— Боюсь, как бы он чего с теткой не сделал, — озабоченно пояснил Паша. — Нужно его как-то отвлечь.

А пока силы милиции подходили к конечной стадии операции по задержанию Редди, Серафима Ильинична испытывала довольно сложную гамму чувств. Во-первых, ее душило бешенство при виде Редди, который уже битый час объяснял ей, какая он важная персона и как важно, чтобы его имя не стало известно милиции.

— Ты ведь не хочешь погубить мою карьеру? — спросил он, заглядывая в глаза своей подруге.

Глаза у него стали совсем черные, и их выражение наполнило теткину душу смятением и тревогой. Она подумала, что зря она, пожалуй, поперлась выяснять отношения в такое уединенное место. Впрочем, особого выбора у нее не было. Редди привез ее сюда, не потрудившись узнать ее мнение.

— Ты кому-нибудь сказала, что встречаешься сегодня со мной? — допытывался у нее Редди.

— Нет, — не сморгнув соврала Серафима Ильинична.

Выражение лица Редди стало таким странным, что тетка по-настоящему испугалась.

— Значит, не сказала, — удовлетворенно повторил Редди.

И полез за чем-то в карман. Серафима Ильинична решила, что пришел ее последний час, и приготовилась дорого продать свою жизнь. Она открыла рот и…