Смотрящий по России - Евгений Сухов

— Суки! — выругался он в бессильной ярости.

Точно такой же шнур захлестнул его горло и не давал дышать. Тарантул явно сожалел, что приходится прибегать к насилию.

— Извини, просто у меня нет времени. Мне нужно срочно получить ответ на интересующие меня вопросы. Для меня всегда важно знать, что за человек находится со мной рядом. — Дверь открылась, и в комнату вошел коренастый мужчина с небольшим чемоданчиком. — Все как обычно, — дал инструкции Друщиц.

Мужчина, блеснув очками, молча и понимающе кивнул. Было видно, что он занимается привычной и порядком поднадоевшей работой, не способной вызвать в его душе даже слабого эмоционального всплеска. Покопавшись малость в чемоданчике, он извлек из него шприц и какие-то ампулы. Лепила был верен себе — никаких эмоций, только работа.

— Не беспокойся, все будет на уровне, — успокоил Макса Тарантул. — В нашей организации все самое лучшее. Укол будет совершенно безболезненный, а на коже не останется даже следа. Так что с эстетической стороны ты не пострадаешь.

За спиной Макса раздался сдержанный смешок. Охрана всегда очень чутко реагировала на юмор Константина Игоревича. Не однажды, точно так же стоя за спиной обреченного, Макс кривил физиономию, слушая остроты начальника службы безопасности. Как все-таки переменчива и капризна судьба. Лепила уже заполнил раствором шприц и шагнул к неподвижно сидящему Максу.

— Нам применить силу или ты все-таки расскажешь все добровольно? — спросил Тарантул. — Ослабьте ему горло, кажется, наш друг пытается что-то сказать.

— Вы напрасно меня подозреваете, я чист, — задыхаясь, произнес Макс.

— Это мы сейчас проверим. Вколи ему раствор! — распорядился Тарантул.

— Чем вы меня дурите? — спросил Макс, глядя на шприц.

— Хм, занятно. Тебя волнуют такие подробности? Чувствуется настоящий профессионал… Барбамил! Если тебя так интересует.

Лепила уверенно ввел иглу в вену и медленно принялся вводить раствор. Укол оказался необычайно болезненным. Казалось, что боль ударила в каждую клетку. Был момент, когда Максу показалось, что он теряет сознание. Стиснув зубы, он постарался противостоять наркотическому воздействию, сосредоточившись на крупной блестящей заколке на галстуке Тарантула. Но неожиданно ее контуры стали размываться, с каждой секундой теряя четкость, пока наконец не превратились в неясное пятно. Так бывает, когда на картину, написанную акварельными красками, попадает вода.

Язык его вдруг отяжелел, сделавшись огромным. Такое впечатление, что во рту переваливалось целое бревно. А вместе с общей слабостью Макса вдруг одолела нестерпимая сухота. Сейчас бы водички, чтобы смочить губы, еще через мгновение Макс мягко провалился в бездну. Он осознавал, что состояние апатии продлится совсем недолго, после чего должна наступить эйфория, а вместе с ней нагрянет безудержная болтливость. Нужно было на чем-то сосредоточиться, только так можно было противостоять «сыворотке правды».

Тарантул доброжелательно улыбнулся:

— Итак, я задаю тебе первый вопрос, что ты за человек?

Голос Тарантула прозвучал незнакомо, будто издалека. Но это было не так, Константин Игоревич Друщиц находился на расстоянии вытянутой руки, имей Макс возможность, так непременно бы потрогал его. Но скоро в сознании Макса произошли какие-то перемены — неприязнь, что он испытывал по отношению к Тарантулу изначально, вдруг неожиданно испарилась, а ее место вдруг заняла доброжелательность и всепоглощающее благодушие. Рядом стоял милейший человек, перед которым хотелось вывернуть душу наизнанку.

Макс поднял голову и увидел на стене пятно, которое по форме напоминало жука-оленя с крупными рогами. Он попытался сосредоточиться именно на этих рогах и постараться не воспринимать все то, что ему вдалбливал Тарантул. Только так можно противостоять действию барбамила. И кажется, у него это получалось.

— Ты меня хорошо слышишь? — спросил Тарантул.

Голос Константина Игоревича прозвучал проникновенно и даже обиженно, во всяком случае, так показалось Максу. В его душе шевельнулись угрызения совести — как же он посмел огорчить такого замечательного человека! Ведь тот к нему со всей душой, а Макс даже не удосужился ответить. Нужно немедленно исправлять ошибку.

— Да, — отвечал Макс, широко улыбнувшись.

— Вот и прекрасно, ты же знаешь, что мы с тобой друзья, — улыбнулся в ответ Тарантул.

Все внимание Макс сосредоточил на рогах чудного животного. Эффект не заставил себя ждать — он смог противостоять бархатному голосу Константина Игоревича. Тарантул прекрасно знал, как следует допрашивать человека, которому вкатили изрядную порцию барбамила, а потому спрашивал до приторности любезно. В прежней обстановке подобной деликатности от него было не дождаться. Наступило самое подходящее время, чтобы попытаться сделать вид, будто бы он поддался на уговоры любезнейшего Константина Игоревича.

Макс поднял глаза и мгновенно попал под обаяние Тарантула. Стыд удушливой волной пробежался по его нутру, остановившись где-то у самого горла. Нужно немедленно соглашаться с Константином Игоревичем, иначе он просто заподозрит его в неискренности.

Сопротивлялась только небольшая часть сознания, не отравленная наркотиком. Максу хотелось ответить бодрым голосом, что не бывает дружбы между волком и лисом, но язык, тяжело шевельнувшись, изрек:

— Да, мы с вами друзья, Константин Игоревич.

Сказанное только на тысячную долю передавало то, что чувствовал Макс.

— Ну вот видишь, — радостно продолжал Константин Игоревич. — Мы с тобой друзья. Сам знаешь, что обманывать друзей не полагается. Я знаю тебя недостаточно близко, а мне бы очень хотелось узнать тебя получше. Понять тебя, чтобы в дальнейшем помогать.

Усилием воли Макс направил взгляд на стену, где ему мерещился жук-олень. Ему потребовалось не больше минуты, чтобы сфокусировать на нем зрение и собрать разбежавшиеся мысли. Так чем они меня там кололи? Ага, вспомнил, барбамилом! Сначала должно наступить замедление речи, на смену которому придет эйфория и появится желание обнять каждого встречного и признаться ему в самых добрых чувствах. Очень опасное состояние. Расслабляться не стоит, нужно держаться до последнего. Макс пытался сконцентрироваться на пятне, по форме напоминающем не то оленя, не то жука. Но неожиданно контуры пятна сделались расплывчатыми, а еще через мгновение он исчез. Теперь жук-олень не помощник, следовало выбрать средство поэффективнее, но вот только какое, подсказал бы кто!

— Это очень хорошо, когда друзья помогают друг другу, — неожиданно для самого себя сделал признание Макс.

— Рад, что ты меня понимаешь, — обрадовался Тарантул. — Теперь ответь мне, ты не случайно оказался в охране Варяга?

— Я приложил к этому усилия, — кивнул Макс и вдруг осознал, что голос его заметно окреп, сделавшись бойчее. — Я знал, что вы собираете надежных людей в охрану Варяга, и попытался попасть в поле вашего зрения.