Побег с Лазурного берега - Антон Леонтьев

– Это вы убили ее? – задала Лиза вопрос, на который уже знала ответ. Они вышли на небольшой мыс, на котором росли пальмы.

Грек противно хмыкнул:

– Надеюсь, ты не в обиде на меня? Только, наверное, ты сама хотела отправить мерзавку в преисподнюю. Анабелла поведала мне и о том, что отравила твоего отца. И все ради наследства. Особняк, в котором она жила, картины, которые висят в нем, являются твоей собственностью, Лиза. А Анабелла присвоила все, предварительно отправив старого Кречета при помощи таллия на тот свет.

– Анабелла осталась в прошлом, – вздохнула Лиза. – Я, если бы хотела, могла бы убить ее, но не сделала этого.

– О, я не так разборчив в средствах, как ты, – сказал Костандиллис. – Но с каждой секундой ты удивляешь меня все больше и больше, дочь художника. Сейчас между мной и моей супругой Ирэн возникли кое-какие трения, я подозреваю, что у нее появился любовник. Как только я удостоверюсь, что это так, то стану вдовцом. Да, ты не моя дочь, но могла бы стать женой...

Миллиардер залился чрезвычайно противным смехом.

– Но вначале ты выполнишь мое поручение. Именно для этого я и приказал привезти тебя к себе на остров, Лиза Кречет.

– С чего вы взяли, что я его выполню? – спросила девушка. – Или вы снова щелкнете пальцами и прибегут ваши верные псины?

– У меня имеются и другие, более действенные способы убеждения, – ответил грек. Они подошли к тенту, под которым стояли два плетеных кресла и стол с яствами. Костандиллис указал Лизе на кресло: – Садись!

Девушка не посмела ослушаться миллиардера. С одной стороны, он был ей глубоко неприятен. Но с другой стороны, он и не скрывал, что находится на стороне зла. И наверное, именно его черная аура делала его таким сексуально привлекательным.

– Итак, мне все известно, – наливая себе из хрустального графина жидкость кровавого цвета, произнес Георгиос. – И я могу сделать так, чтобы о том, что ты являешься Лизой Кречет, узнали и власти. Тогда тебе предстоят долгие годы тюрьмы или даже гильотина. Ведь эта милая штука во Франции все еще используется для наказания наиболее отъявленных негодяев. А ты вполне можешь быть причислена к таковым. Подумай сама – ты отравила своего отца...

– Нет! – крикнула Лиза. – Вы же знаете, что это сделала Анабелла...

Грек-миллиардер осушил половину бокала и вздохнул:

– Из-за чертового панкреатита пришлось почти совсем отказаться от спиртного и перейти на соки. Врачи хотят, чтобы я еще и бросил курить, но я лучше умру, чем послушаюсь их. Если выкопать твоего отца и провести экспертизу, то выяснится, что он был отравлен таллием. Тяжелые металлы откладываются в волосах, костях и тканях. А у меня имеется подписанное Анабеллой до ее трагической гибели признание, в котором она сознается, что вы с ней на пару убили Леона Кречета ради его колоссального наследства. Затем Анабелла попыталась избавиться от тебя, своей соперницы и соучастницы. Ты попала в клинику, где устроила пожар. А затем принялась за мошеннические трюки. В итоге ты решила отомстить мачехе и перерезала ей горло. Я использовал свое влияние и сделал так, чтобы ты исчезла из тюрьмы. Считается, что ты бежала, а сегодня утром был обнаружен твой изуродованный труп в реке – беглянка попала под корабельный винт. Но я могу сделать и так, что французские власти узнают: мерзкая убийца все еще жива. Я передам тебя им в руки, и ты будешь приговорена к смертной казни. Вот ведь как все можно повернуть...

Лиза молчала.

– Ждешь, к чему я клоню? – поднял на нее глаза Костандиллис. – Ты убедилась, что твоя прежняя жизнь бесповоротно разрушена? Даже если ты сбежишь с острова, что невероятно, ты не сможешь вернуться к прежнему существованию. Тебя будут искать и в итоге обнаружат, бросят в тюрьму и осудят.

– Вы заманили меня в особняк Анабеллы и оповестили полицию, – произнесла девушка, смотря прямо в лицо Костандиллису. – И сделали так, чтобы меня обвинили в убийстве мачехи.

– Дура Анабелла хотела, чтобы я женился на ней, – заявил грек, – но она требовалась мне в качестве постельной забавы, а не жены. Когда я ей это объяснил, она заявила, что продаст сведения обо мне «желтым» изданиям. Анабелла была слишком глупа. Я все равно уничтожил бы ее, но когда узнал, что она – твоя мачеха, то решил использовать ее смерть с большей для себя выгодой.

– Но зачем я вам? – спросила Лиза. – И почему вы решили, что я буду на вас работать? Наверняка вы планируете грязное преступление, господин Костандиллис. Только почему вы не поручите его своим подручным, которые слушаются каждого вашего слова подобно собакам?

Костандиллис взял трубку телефона и произнес в нее:

– Приведите его... Да, я знал, что ты проявишь строптивость. Но я сумею убедить тебя. В моих руках находится человек, который тебе дорог.

– Майкл! – воскликнула Лиза. – Вы использовали мерзавца Виталиуса, чтобы он завлек меня фальшивым письмом в особняк Анабеллы...

– Всегда можно найти нового дружка, а вот семья незаменима, – возразил Костандиллис. – Тот парень, который вместе с тобой был на «Дионисии» и пытался обокрасть меня, мертв. Вначале я думал, что могу использовать его, но, когда узнал, что ты говоришь по-русски, решил отказаться. Мне нужна женщина, это не возбудит подозрений.

«Майкл мертв... – билось в голове у Лизы. – Костандиллису нет причин лгать. Для него убить человека – то же самое, что прихлопнуть муху или раздавить муравья...»

Раздались грубые голоса, около тента появились двое людей Костандиллиса, державшие Карло. Лиза вскрикнула и бросилась к молодому человеку. Миллиардер щелкнул пальцами, и дорогу девушке преградили доги.

– Они убили маму... – прошептал Карло. – Не волнуйся обо мне, я...

Один из слуг ударил юношу в живот. Лиза крикнула Костандиллису:

– Велите им прекратить! Я сделаю все, что вы хотите!

Миллиардер кивнул, и молодого человека утащили.

– Убедилась в том, что я не блефую? – спросил он, наслаждаясь сигарой. – Я выяснил, что мальчишка для тебя как брат. Жаль, что старуху пришлось ликвидировать, но она пыталась стрелять.

– По вашему приказу убили мамашу Валери... – прошептала Лиза.

Воистину, тот, кто сидел перед ней в плетеном кресле с сигарой в руке, не был человеком. То был посланец ада.

– Конечно, два заложника всегда лучше одного... – размышлял вслух грек. – Но ты ведь понимаешь, что, если посмеешь выкинуть какой-либо фокус, мальчишка умрет. Причем чрезвычайно мучительно. Ты же не хочешь взять на свою душу еще один грех, Лиза?

Миллиардер улыбался, но в его темных глаза сверкала злоба.

– Что вам требуется? – покорно произнесла девушка.

Грек щелкнул пальцами, собаки исчезли.

– Такой тон мне нравится, – сказал Костандиллис. – Теперь ты знаешь: Карло находится в заложниках на моем острове, и, чтобы он не умер, ты должна следовать моим приказаниям. Тебе представится возможность сбежать, но тогда мальчишка отправится вслед за матерью. Да и у тебя нет шансов спастись от меня – я, как видишь, позаботился о том, чтобы твоя прежняя жизнь была полностью разрушена. Одного моего слова достаточно, чтобы за тобой начали охоту спецслужбы нескольких европейских стран.