Финли Донован избавляется от проблем - Эль Косимано

Может быть, Ника права, и мне нужно выговориться. Я заглушила двигатель, перебросила сумочку через плечо и быстро пересекла парковку, пока не передумала.

Очереди у прилавка почти не было, и, когда я вошла, все кассиры дружно подняли головы.

Честно говоря, меня уже не беспокоило, что Минди – администратор – узнает меня. Худшее, что она могла сделать – попросить меня уйти или вызвать полицию. Пусть попробует. С гордо поднятой головой я вошла в обеденный зал уверенной походкой женщины, которая провела ночь с потрясающе привлекательным адвокатом.

Я пробежалась по лицам, высматривая Патрисию Миклер, и резко затормозила, увидев Ирину Боровкову, которая махнула мне рукой из-за столика.

Она сидела с чашкой кофе одна за отдельным столиком в дальнем углу; когда я посмотрела на нее, ее пунцовые губы раздвинулись в улыбке. Она показала на свободное сиденье напротив себя. Поправив сумочку на плече, я напряженно пересекла зал.

– Мисс Донован, – поприветствовала она меня, когда я проскользнула за столик, – я рада, что вы получили мою записку.

Струйка холодного пота побежала по моей спине. То, как она произнесла мое имя – тонко дав понять, что она точно знает, как меня зовут и где меня найти, – слишком живо напомнило мне разговор с Феликсом в гараже Рамона.

Ирина провела длинным ногтем по краешку своей чашки. Другую руку она держала под столом, и я напряглась при мысли, что она может быть вооружена.

– Я думала, что встречусь с Патрисией, – сказала я.

Ирина кивнула, задумчиво наклонив голову.

– Патрисия дала показания. Сейчас она со своим юным другом летит в Бразилию, начать новую жизнь в теплом климате.

– Вы рады за нее?

– Конечно, – сказала она; блестящие черные волосы упали на глаза. – Иначе я бы не устроила ее отъезд.

– А что насчет вас? – спросила я. – Что вы будете делать теперь, когда… – Я вздрогнула, вспомнив окровавленное лицо Андрея. Тяжелый, глухой стук, с которым он упал, когда мы с Никой толкнули его в яму.

– Теперь, когда моего мужа больше нет? – Ирина красиво повела плечами. – Кто-то должен остаться и убедиться, что Феликс оказался там, где положено. Он не обрадуется, когда узнает, как умер Андрей. Мы с тобой слишком дорого обошлись ему, и Феликс не дурак. Ему не понадобится много времени, чтобы выяснить, что произошло.

Это была здравая мысль.

– Вы думаете, есть шанс, что он выскользнет?

Она подняла идеально выщипанную бровь и отпила кофе. Ее рука не дрожала, когда она вернула чашку на стол.

– Полагаю, такой шанс есть всегда. Но твой друг-детектив настроен решительно. И, как и говорила Патрисия, ты все сделала очень аккуратно. – Она окинула меня тем же заинтересованным, оценивающим взглядом, как прежде в фитнес-клубе после занятия. – Должна признаться, я приятно удивлена. – Вынув руку из-под стола, она положила на стол конверт и пододвинула его ко мне.

– Что это?

Удушающее чувство déjà vu охватило меня.

– Остаток суммы, которую я тебе должна. Работа выполнена целиком так, как мы договаривались. – Я постаралась не смотреть на конверт. – Не переживай, все чисто, деньги не отследить.

Я чувствовала что-то неправильное в том, чтобы брать деньги Андрея. Деньги, которые, скорее всего, отмыл Харрис Миклер, а Феликс заплатил Андрею Боровкову за работу.

Что-то жесткое появилось в слабой улыбке Ирины.

– Если ты не примешь плату, меня могут заинтересовать причины. Может, ты слишком сблизилась с детективом Энтони? Или переживаешь, что сестра узнает? – Она снова подтолкнула ко мне конверт. – Джорджина, кажется?

Я схватила конверт, сканируя обеденный зал, чтобы убедиться, что никто не смотрит на нас. Тощий парнишка в униформе «Панеры», опустив голову, смахивал крошки с коврика, а седовласая женщина, сидевшая неподалеку, склонилась над супом. Никому не было дела до того, как я запихиваю конверт с грязными деньгами в свою сумочку.

Никому, кроме меня.

Ирина промокнула рот салфеткой и сунула свою сумочку от «Прада» под мышку.

– Отлично. Рада, что работа выполнена, к нашему обоюдному удовлетворению. Буду на связи, если мне снова понадобятся твои услуги.

– Нет, я не… – Ирина достала из кармана и протянула мне через стол тонкий белый конверт.

– Письмо от Патрисии. Я не стала открывать его, но, думаю, не ошибусь, если предположу, что это новое предложение. Прежде чем найти тебя, Патрисия провела некоторое время на закрытом форуме – на сайте для женщин, таких же, как мы. – Видя непонимание на моем лице, она пояснила: – Женщин, попавших в трудные ситуации, которые ищут специалиста с определенными навыками. – Ирина заговорщицки подмигнула, и мне немедленно захотелось принять душ. – Патрисии кажется, что конкретно эта работа может тебя заинтересовать. Она просила проследить, чтобы ты получила этот конверт.

Ирина положила конверт на стол. Затем протянула мне руку. Возникла долгая неловкая пауза. Каждая клеточка моего тела содрогнулась, когда я все-таки быстро пожала и тут же отпустила ее руку.

Жуткая усталость навалилась на меня, когда я смотрела ей вслед, легкость, которую я обрела прошлым вечером после исповеди Джулиану, неожиданно оказалась погребена под горой новой вины. Письмо Патрисии казалось таким же тяжелым, как и пухлая пачка наличных от Ирины. Я покрутила конверт в руках, с благодарностью убедившись, что он запечатан. Раз он запечатан, у меня не возникнет искушение заглянуть внутрь. И тогда никто не сможет обвинить меня в том, что я знаю, чье имя там написано. Или сколько стоит его жизнь.

Я сунула письмо Патрисии в сумочку и вышла из «Панеры» – я была благодарна, что никто не остановил меня. Садясь в машину, я была благодарна, что она завелась. Я была благодарна за ночь, проведенную с Джулианом.

Я была благодарна, что Патрисия жива, что Ирина ушла из моей жизни и что Феликс сидит за решеткой. Но особенно я была благодарна, что еду домой к Веронике и детям и что кошмар последних недель закончился.