Брат за брата - Владимир Колычев

А потом и так стало ясно, куда его везут. Обратно, в Черноземск.

Значит, все-таки дотянулись до него менты. Высветили его «подвиги». Захомутали. Теперь попробуй докажи, что ты не верблюд. Убеди ментов, что убивал во имя справедливости...

Но как же они все-таки вышли на них?.. Но спрашивать об этом омоновцев он не стал. Все равно не ответят. Даже если знают...

Машины шли быстро. Иногда с включенными сиренами. Менты явно спешили доставить задержанных к месту назначения. Поэтому прибыли в Черноземск еще до темноты.

Все машины въехали во двор какого-то здания. Не успели остановиться, как в салон «Газели» заглянул человек в милицейской форме с погонами майора.

– Доставили? – спросил он у старшего омоновца.

– Само собой...

– Этого в камеру, а сами давайте на выезд...

– Хоть бы отдохнуть немного...

– На том свете отдохнешь...

– А что, есть перспектива?

– Вряд ли. Хорошо братву шарахнули... Добить только осталось...

Все это Андрей дослушивал на ходу. Его отстегнули от сиденья, завели руки за спину, сковали их наручниками. Вывели из машины. Завели со служебного входа в серое двухэтажное здание.

До того, как его впихнули в душную камеру-одиночку, Андрей смог узнать, что здание принадлежит управлению местного РУБОПа. А устроили его в изолятор временного содержания.

Это впечатляло. И даже утешало. Андрею не раз приходилось слышать, что борцы с организованной преступностью, как правило, наименее коррумпированная часть милиции. Хотя, конечно, уроды и среди этой гвардии попадаются.

Где-то в этом же изоляторе разместили и Егора с Данилой. Им повезло меньше. Были у них причины опасаться ментов. Один – беглый зэк. Другой – Андрей уже знал это – бывший киллер. Возможно, после ментовских зачисток правда о его былых делах перестала быть тайной для тех же рубоповцев...

В полной безвестности прошла ночь. И утром никто не потревожил Андрея. Разве что только поесть принесли – пустой чай и кусок хлеба.

Ближе к обеду за ним пришли. Руки за спину, наручники, длинные мрачные коридоры управления и наконец небольшой светлый кабинет. В нем за столом, в гордом одиночестве – человек в штатском. Знакомое лицо. Андрей вспомнил, где он его видел.

Андрея усадили на стул, пристегнули наручниками к специальной скобе на стене.

– Узнал? – спросил мужчина.

– Узнал, капитан...

Это был тот самый капитан, с которым он познакомился после первой своей встречи с Пахомом.

– Капитан Астафьев, – кивнул мужчина. – Вячеслав Григорьевич. Можешь называть просто Вячеславом... Закурим?

Андрей кивнул. Капитан протянул ему сигарету, щелкнул зажигалкой.

– Говорил я тебе: не лезь в это дело. – Астафьев тоже закурил. – Не вороши улей...

– Не послушался я мудрого совета, – скорбно изрек Андрей.

– Не послушался... И правильно сделал... Такую кашу заварил... До сих пор расхлебываем...

– А разве плохо, что мафию в городе прижали? – покосился на него Андрей.

Он все никак не мог понять, кто перед ним – друг или враг.

– Разве говорю, что плохо. Хорошо... Следственный изолятор под завязку братвой забит. Нет больше в городе криминальных группировок. Можно сказать, мечта подполковника Алексеева осуществилась...

– Да-да, ты говорил о таком. Он вроде как под следствие попал...

– Ты с твоими дружками волну поднял. Этой волной Алексеева и вымыло из следственного изолятора. Теперь он на коне. Шашкой машет. Братву на корню рубит. В общем, разошелся начальник – не остановишь...

– Постой, почему начальник? Ты же вроде из уголовного розыска. А тут РУБОП...

– Я и сейчас в уголовке числюсь. Но еще я числюсь на хорошем счету у Алексеева. Вот он меня к себе и взял... План разгрома криминальных группировок у Алексеева давно в голове пылился. Сейчас он просто приводит его в исполнение. Губернатор нам неограниченные полномочия дал, руки развязал... Кстати, о губернаторе. Сейчас ты себя в порядок приведешь. И к нему, вместе со своими дружбанами...

– Зачем? – удивился Андрей.

– Личную благодарность он хочет вам выразить. За то, что бой криминалу дали, что предотвратили вывоз девушек за границу...

– Постой, а про девушек он откуда знает?

– Оттуда, откуда и я... Мы ведь вас уже давно зацепили, «хвост» приставили. Можно было сразу брать, да Алексеев принял решение – вести вас. У вас в машине под задним бампером радиомаяк был, а вы даже не заметили...

– Вот, значит, как...

– А вы думали, что самые крутые... Я, если честно, поражаюсь вашей наглости. Средь бела дня на угнанном джипе разъезжаете, да еще и такие авантюры проворачиваете...

Андрей оторопело посмотрел на Вячеслава:

– Так, может, вы в курсе всего?..

– Ну, не всего – врать не стану. Но кое-что нам известно... Лихо вы Зему сделали... Да ты не робей. Мы-то все знаем, да только информация наша без доказательной базы. И вообще...

– Что вообще?

– Вас честные менты на крючок подцепили. Таких в Черноземске не густо, но есть... В общем, по факту ваших лихих похождений даже уголовное дело заводиться не будет... Если, конечно, Алексеев сумеет задавить гидру... Ладно, я и без того много тебе наговорил. Давай собирайся...

Может, и не врал Вячеслав, что уголовное дело на них заводиться не будет. Но в здание областной администрации их всех троих доставили под конвоем и в наручниках.

«Воронок» подъехал к черному входу. Там их уже ждали. Атлетического вида мужчины в черных отглаженных брюках и белых рубахах с галстуками. Их было шестеро. По двое на каждого конвоируемого. Менты же остались во дворе. Как будто так и надо...

Андрей думал, что его, Данилу и Егора поведут в кабинет к губернатору. А такие кабинеты, как правило, располагаются на верхних этажах административных зданий. Но почему-то они спустились в подвальный этаж. Прошли по светлому коридору, отделанному белым пластиком и с подвесными потолками. В конце коридора – массивные золоченые двери. И за ними – огромный в евростиле кабинет. Окон нет, но в нем дневной свет, свежий, кондиционированный воздух.

В центре зала несколько столов, сведенных в круг. У дальней стены, как трон в королевском зале, стол губернатора. Большое кожаное кресло. Компьютер, принтер, телефон, факс, интерком – все как положено в рабочем кабинете. Сбоку от стола, в стене, дверь. Что-то вроде рабочего входа.

Андрея, Егора и Данилу поставили стоять в центре круга из столов. Сесть им никто не предложил. Шесть атлетов встали позади них. Андрей чувствовал, как его спину сверлят их взгляды-буравчики.