А жизнь так коротка! - Владимир Колычев

– Леон! Дружище! Это Жорж!

Леон любил Жоржа. Не зря же заехал к нему, перед тем как отправиться на сход. Но сейчас его вовсе не обрадовало появление друга в эфире.

– Извиняй, братан, не до тебя!

– Я понимаю, в оборот тебя взяли... Я за тобой еду...

Леон уже собирался захлопнуть крышку телефона, но последняя фраза удержала его от этого.

– Что?!.

– Глянь, джип у тебя на «хвосте». «Линкольн»... Это я за тобой трясусь...

– Ты чо, блин, рехнулся на хрен? – заорал Леон. – Ты хоть врубаешь, в какое дерьмо лезешь?..

– Я все понимаю, Леон... – Голос Жоржа звучал на удивление спокойно. – Но мы должны быть вместе... Вспомни Афган!

– Жорж! – почти застонал Леон. – Тут тебе не Афган, тут круче, поверь мне...

– И все же я еду с тобой...

– Ехал бы ты на хрен, Жорж...

– Туда пусть твои враги едут... Леон, я держусь за тобой. На этом точка...

Жорж «спрыгнул» со связи.

И тут же мобильник запиликал снова.

– Булат, ты чо, в натуре, кинул нас? – послышался хрип Бекаса. – Чо, волк позорный, ссышь по понятиям перед братвой ответить...

– А не пошел бы ты в жопу!..

Оправдываться и что-то объяснять этому ублюдку бесполезно.

– Я тебя, падла, достану. На краю света, слышь, достану... Граф тебе с рук не сойдет, кровью, гад, умоешься...

Бекас и дальше продолжал бы сыпать угрозами, но Леон опустил боковое стекло и вышвырнул телефон на улицу. Все, больше никто ему не будет звонить. Задолбали!

Настроение хуже некуда. Жизнь-то он себе сохранил. Но потерял при этом все. Нет у него теперь никакой власти над задворской братвой. Враг он для нее. Своим бегством он окончательно скомпрометировал себя. Но у него просто не было иного выхода.

Бекас и Алыча сейчас в бешенстве, налево и направо сыплют отмашками достать его и на части разорвать. Всю братву на уши поставят. И ментов ведь могут к этому делу подключить. Как волка его со всех сторон обложат. И еще неизвестно, надолго ли он жизнь себе сохранил...

– В леса надо уходить, – сказал Андрон, когда машина на полной скорости выехала за город.

Гаишники даже не пытались ее остановить. И две машины сзади также прошли мимо поста беспрепятственно.

– За синие леса, за высокие горы...

Леон уже знал, куда ехать. Далеко-далеко за городом, в лесных глубинах стоял заброшенный монастырь. Тот самый, куда он с Олесей когда-то ездил.

Ничего ценного в монастыре давно уже не осталось. Дочиста разграблен. Даже бревна из стен народные умельцы повытянули на хозяйственные нужны. И для жилья он уже не пригоден. Но за его стенами можно спрятать джипы – и то хорошо. А потом, на случай боя, монастырь неплохо расположен. На возвышении, на краю обрыва с почти отвесным скатом. Метров на пятьсот в обе стороны открытая местность, затем стеной лес. Прямо открытое пространство километра на два, сужаясь, оно переходит в лес. Плохо только одно: местность неровная, в одном месте с небольшим, но резким перепадом высоты. Для осажденных это плохо, для осаждающих – хорошо. Впрочем, вряд ли кто станет его там искать. Значит, и боя никакого не будет.

Джипы под завязку были забиты людьми, оружием и боеприпасами. Но по лесным дорогам они проходили без особого труда. Когда стемнело, включились мощные фары, они легко пробивали непроглядную тьму...

Леон напрягал память, чтобы не сбиться с пути. И ранним утром следующего дня все три машины выехали к монастырю.

В пути Жорж узнал о том, что вместе с Леоном едут Андрон и Боб, и возрадовался.

– Это что, монастырь? – сразу определил Андрон.

– Точно... Здесь спрячемся, – объяснил Леон. – Выждем, когда все уляжется...

Выждать-то они выждут, а что дальше?..

– Как скажешь...

Как ни странно, вход в монастырь закрывали новые ворота. И вообще святая обитель имела обжитой вид. Полуразрушенные стены были восстановлены, особенно дряхлые бревна сменили новые.

Навстречу машинам вышел какой-то странный тип в черном одеянии.

– Во, блин, да это ж монах! – усмехнулся Андрон.

С настоятелем возрожденного монастыря вопрос решился не сразу, но положительно. И, главное, без всякого насилия. Маленькому мужику с крупным носом и заторможенным взглядом дали денег – тысячу долларов.

– Это тебе, отец, на братию твою, – сказал Леон, едва не назвав братию братвой.

Игумен в ответ одобрительно кивнул.

В следующий раз за бумажником полез Жорж. Это случилось, когда машины загнали во двор и из них показались люди в камуфляже, бронежилетах и при оружии. Настоятель пришел в ужас, но еще десять стодолларовых купюр привели его в чувство.

– Ты, отец, не волнуйся: если мы здесь что-то порушим, я пожертвую тебе в сто раз больше, – добавил Жорж. – Отстроишь новый монастырь... Впрочем, я и так пожертвую. Святое ведь дело...

– Ты, отец, молись за него, чтобы жив остался, – обнимая его за плечи, вроде бы в шутку сказал Андрон.

Но глаза его при этом оставались серьезными.

– А порушить нам у тебя кое-что придется...

Взгляд Боба изучающе скользил по стенам.

– Не бери грех на душу, мил человек... – опешил игумен.

– Да уже сколько этих грехов... Ты бы мне их все разом отпустил...

Боб и не думал шутить.

– Исповедаться надо, причаститься... Если крещеный...

– Да крещеный... Исповедуюсь, причащусь... Только чуть позже, хорошо?..

Как и всех, в настоящий момент Боба волновали дела более приземленные.

Вряд ли сыщут их здесь. Но все может быть. Поэтому к встрече с братками нужно быть готовыми.

Андрон и Боб провели рекогносцировку местности, наметили сектора обстрела, рассчитали плотность огня. На стенах им делать было нечего – не древние они воины и не из луков их будут обстреливать. Братья приказали своим бойцам окапываться по внешнему периметру монастыря. Причем окоп должен быть в длину метра два-три – это называлось пространством для маневра. Хорошо бы траншеями окопы соединить. Но и без того работы до самого вечера...

Бойцы личной гвардии со знанием дела оборудовали боевые позиции. Уж больно не хотелось им умирать за здорово живешь в этой таежной глухомани...

* * *

Она исполнила заказ. Как сгнивший арбуз, разлетелась от разрывной пули голова Графа. Спокойно, без всякой суеты Олеся и ее помощницы снялись со своих насиженных мест и растворились в лесной тишине. Винтовки, разумеется, забрали с собой. А на следующий день она отправилась покупать билеты до Москвы. И нарвалась на Жоржа.