Bye-bye, baby!.. - Виктория Платова

С мира, окружающего Джей-Джея, совсем другой спрос: он-токак раз не стоит на месте, он постоянно обновляется. Он пережил несколькодесятков локальных войн, несколько сотен террористических актов, несколькотысяч природных и техногенных катастроф, два глобальных расширения Евросоюза,расцвет и закат поп-групп «Roxette» и «Dr.Alban», распад Югославии, 11-есентября, тотальное усыновление младенцев из неблагополучных стран звездамикино и шоу-бизнеса, смерть Рея Чарльза, Франсуазы Саган, папы римского ипринцессы Дианы.

Больше всего Джей-Джей скорбит о Франсуазе Саган.

Франсуаза была писательницей. Это раз.

Франсуаза была хорошей писательницей. Это два.

А Джей-Джей с ума сходит от слов – любых, в любом наборе и влюбой конфигурации. Это три.

Вот про что еще позабыл Джей-Джей в пылу своей вселенскойскорби по Франсуазе: Интернет! За прошедшее десятилетие мир разжилсяИнтернетом, стал использовать его на полную катушку. Вернее, не так: этоИнтернет завоевал мир, опутал (или лучше сказать – попутал) его, облапошил,обчистил, вынул всю мелочь из карманов – абсолютно всю, до последнего гроша.Даже на проезд в автобусе не оставил, подлец!..

Впрочем, до автобусов, равно как и всего остальноготранспорта, Джей-Джею нет никакого дела, он перемещается по городу навелосипеде.

Учитывая это обстоятельство, между Джей-Джеем и Интернетомне существует трений, их можно назвать друзьями. Добрыми друзьями. Именно вИнтернете Джей-Джей нашел девушек, которые украсили его жизнь.

Всех девушек. Без исключения.

Это раньше, когда Джей-Джей был неприлично молод, он пыталсяподцепить их в местах, не слишком приспособленных для интеллектуальногознакомства. На клубных вечеринках, на концертах классической и не очень музыки,в барах, в кафе, у музейных касс, на велосипедных стоянках, в магазинах исупермаркетах.

Не всякие магазины годятся, справедливо полагал неприличноюный Джей-Джей, вычеркивая из списка продуктовые и галантерейные и оставляякнижные. Но ни в одном из книжных магазинов удача ему так и не улыбнулась. Ачто поделаешь, если хорошенькие девушки ищут в книжных лишь любовные романы,пособия по макияжу и коррекции фигуры, а также открытки к многочисленным днямрождения своих многочисленных друзей и поклонников. Подругу хорошеньких девушекне бывает, а если и бывают – то настолько бросовые, что на них и открыткижалко.

Ах да, еще и Валентинов день! Про него тоже не стоитзабывать, именно на преддверие Валентинова дня приходится самый массовый заплывв книжные хорошеньких девушек. Джей-Джей хорошо помнит один из таких дней – тотдень,

когда он познакомился с блондиночкой в стиле Мэрилин.

Блондиночка терлась у стендов, бросая долгие взгляды наДжей-Джея (что несказанно порадовало его) и еще более долгие – на «Философскиеисследования» Людвига Витгенштейна (что вознесло Джей-Джея на седьмое небо).

Витгенштейн – единственный философ, который оказал наДжей-Джея сколько-нибудь ощутимое влияние. Это раз.

Джей-Джей полностью разделяет концепцию Витгенштейна оструктуре языка, которая одновременно является и структурой мира. Это два.

Блондиночка в стиле Мэрилин, положившая глаз на «Философскиеисследования», – самый перспективный, самый захватывающий вариант из всехвозможных. Это три.

Она не купила Витгенштейна, как на секунду показалосьосоловевшему от предчувствий Джей-Джею. Она ограничилась приобретением двухтомов Джекки Коллинз и трех томов Даниэлы Стил (все книги, как и следовалоожидать, – в мягком переплете). Обе макулатурные примадонны – откровеннаямерзость, неприкрытая гадость, пошлость, тягучая, как патока, – но и здесьДжей-Джей не особенно расстроился. В конце концов, он не какой-нибудьсумасшедший лингвист, книжный червь, недорезанный ботаник: он отлично понимает,что ценность женщины заключена не в мозгах. Ценность женщины заключенасовершенно в других частях тела.

Просто…

просто-просто-просто…

Умные женщины относятся к мужчинам философски, они не ставятво главу угла карьеру, деньги или машину за бешеные тысячи евро. Наличие уДжей-Джея велосипеда они сочтут забавным. Его увлечение ребусами –экзотическим. Его работу корректором в микроскопическом non-fictionиздательстве – временной. Его любовь к кошкам – христианской. Они выдадутиндульгенции и всем другим слабостям Джей-Джея, главное – не мешать им и неподсказывать верное решение: громким шепотом с последней парты. И не говорить,что работа корректором вполне устраивает его. И всегда устраивала, и будетустраивать в будущем.

Это не значит, что Джей-Джей лжет. Он просто умалчивает онекоторых (незначительных с его точки зрения) фактах.

Может быть, и умные женщины умалчивают о том, что изредканаведываются на страницы романов Даниэлы Стил?..

…Блондиночка в стиле Мэрилин не отшила его и не сталалицемерно заявлять, что не знакомится с мужчинами нигде, кроме как вфитнес-клубе, на приеме у нигерийского посла и на кушетке у психоаналитика. Онавыглядела вполне демократичной и благосклонно приняла приглашение выпить кофе всоседнем кафе. После того как официант принял заказ, она назвала свое имя(кажется, Хельга, но не исключено, что Кари) и поведала Джей-Джею, что работаетделопроизводителем в нотариальной конторе.

В глазах блондиночки Джей-Джей прочел максимальнуюготовность к большому и светлому чувству, оно и немудрено: где еще мечтать олюбви, как не в скучной и пыльной нотариальной конторе?

До того как рот раскрыл сам Джей-Джей, все вырисовывалосьболее чем лучезарно – блондиночка созрела для чувства, как земляника насолнечной поляне, а Джей-Джей был полон решимости это чувство ей подарить. Ипотому немедля приступил к ретрансляции семи пунктов, составлявших еговнутреннюю сущность.

Известие о ребусах Хельга-Кари восприняла стоически и даже сизвестной долей любопытства. А вот упоминание о не слишком хорошо оплачиваемомтруде корректора ее насторожило. И пассаж об отсутствии автомобиля и наличиивелосипеда заставил сморщиться, как от зубной боли. Кошки тоже не входили вчисло приоритетов блондиночки, она назвала их дрянными животными. В связи с чемДжей-Джей благоразумно пропустил пункт о ногтях и сразу же переключился наиностранные языки. Я в них ни в зуб ногой, честно призналась блондиночка ивыразительно взглянула на часы.

– Вы спешите? – поинтересовался Джей-Джей.

– Совсем забыла об одном документе… Мне нужнонапечатать его до конца дня, а там десять страниц…

– Десять страниц– совсем не так много, как кажется…

– Может быть, для корректора и немного, – съязвилаблондиночка. – А мне придется над ними сто часов кряду корпеть.

– Никто не в состоянии корпеть сто часов кряду. Ни надчем, – заметил Джей-Джей.

– Было приятно познакомиться, – не слишком вежливоперебила его блондиночка. – Но мне и правда пора. Может, еще увидимся.