Японистка. Книга первая. Хищная Сакура - Полина Кацуро

Речь полицейского произвела сильное впечатление: парни переглядывались и кивали головами, а многие девушки начали плакать. Тамура-сан продолжал:

– Я специально пришёл сюда, чтобы рассказать вам всю правду об этой истории, преследуя две цели. Во-первых, чтобы восстановить честное имя Кояма Масахиро. А во-вторых, чтобы вы запомнили эту историю и, когда у вас появятся дети, рассказали её им. Ведь если бы у всех родителей были доверительные отношения со своими детьми, трагедии можно было бы избежать. Благодарю вас за внимание и ещё раз поздравляю с успешным выпуском из университета!

Тамура-сан закончил речь и поклонился аудитории. В зале стояла гробовая тишина. И действительно, как реагировать на такую речь? Хлопать – не к месту. Но вроде бы хлопать принято, и оратор старался. Но Тамура-сан, видимо, был готов к такому финалу. Он поклонился профессорам, ректору и ушёл со сцены быстрым деловым шагом. На сцене появился ведущий и объявил, что через пять минут будут выдаваться дипломы всем выпускникам, поэтому всем необходимо собраться группами рядом со своими научными руководителями. Пёстрая толпа зашевелилась и начала растекаться, собираясь в группы возле сэнсэев. Дана провела в этом университете всего год, а все однокурсники казались такими родными и близким.

Токунага-сэнсэй тоже произнёс небольшую поздравительную речь и начал раздавать дипломы своим студентам. Некоторым он давал небольшие напутствия. Дане же сказал: «А с тобой мы не прощаемся». Дана была обескуражена, но потом до неё дошло: значит, он с ней не прощается и они смогут общаться и с ним и его прелестной женой и дальше. Дана почувствовала себя так, как будто её приняли в семью, и теперь у неё есть родители не только в Москве, но и здесь, в Японии.

Каждому выпускнику вместе с дипломом подарили по красной розочке. Бывшие студенты выходили из зала, а в холле их ждали родственники, кохаи из спортивных секций и кружков по интересам и просто знакомые. Все были с цветами. Даже Мастер из «Джэки и бобовое зёрнышко» стоял в общей толпе и приветствовал своих постоянных клиентов. Было приятно, что почти весь город собрался здесь специально, чтобы поздравить бывших студентов.

В этом году выпускники поступили не так, как всегда. Обычно они долго общаются со знакомыми, принимают поздравления и фотографируются, плавно перетекая в банкетный зал здания мэрии. А в этом году все выпускники, не сговариваясь, пошли вместе со своими знакомыми и кохаями в сторону городского кладбища. Красиво одетые девушки и парни прошли полгорода к могилам Аски и Масахиро, которые находились на одном кладбище, но в разных концах. Девушки оставляли цветы на могиле Аски, а парни – на могиле Масахиро, и вскоре обе они были усыпаны цветами.

Проходя мимо ворот кладбища, Дана заметила небольшую группу людей, среди которых были полицейские в форме. Присмотревшись, Дана узнала Джунко – она стояла в середине этой группы. Но в этот раз Джунко была без макияжа и без великолепной причёски волосок к волоску. Она стояла в простых джинсах, чёрной водолазке и джинсовой куртке, а на голове у неё был простой низкий хвостик. Обычная ничем не приметная девчонка. Одна из толпы. От писаной красавицы остался только стройный стан и колючий недобрый, но какой-то загнанный взгляд, которым она осматривала всех окружающих, как тогда на распродаже в отделе молодёжной одежды. «Надо же, – подумала Дана, – а она ведь совсем обыкновенная. Как сакура без нежно розовых цветов – простое дерево с кривым стволом».

Потом был банкет, переодевание в светскую одежду, вечеринка со спасателями. Много веселья, тёплых слов и даже слёз расставания.

* * *

Следующие несколько дней Дана провела в сборах к грядущему переезду в Токио. Они с Мару были постоянно вместе, поэтому все хлопоты казались приятными и весёлыми. Дане очень хотелось домой. Повидать маму, папу, поесть чёрного хлеба и посмотреть телевизор, который умеет говорить по-русски, но совсем не хотелось расставаться с Мару, ведь им было так хорошо вместе.

И снова аэропорт Нарита. Как быстро пролетел этот год. Вместе с ним будто прошла целая жизнь, и в Москве, наверное, всё изменилось. Сидя у иллюминатора, Дана смотрела на Японию, которая теперь не казалась чужой. Ровно через три недели она вернётся в эту загадочную и неизвестную, но уже такую родную и любимую страну.

Москва, апрель 2013 г.