Плата Харону - Чингиз Абдуллаев

Блумберг пригласил к себе именитых гостей, не забывдобавить, что презентация состоится на даче. И хотя его дачу только условноможно было считать дачей, тем не менее многие были недовольны, предпочитая неуезжать из центра Москвы за пятьдесят километров.

Дача же Блумберга представляла собой ультрасовременнуютрехэтажную виллу, построенную по индивидуальному проекту в одном из новыхпоселков, так быстро возникших вокруг Москвы в начале девяностых, когдапоявившиеся миллиардеры скупали удобные территории, создавая райские кущи наотдельно взятых гектарах земли.

Само пространство дачи являло собой удивительное сочетаниепередовой архитектурной мысли и дерзкого замысла, возможного к реальномувоплощению лишь при сочетании таланта проектировщика и больших денег заказчика.Пространство первого этажа занимала огромная, в сто пятьдесят метров гостиная,к которой примыкали две небольшие комнаты, выходившие на террасу. В одной изних стоял бильярд, в другой — хозяева принимали только близких гостей.Ультрасовременная кухня с полным комплектом положенных приборов примыкала кэтим комнатам и находилась рядом с лестницей, ведущей наверх.

Широкая лестница закручивалась на второй этаж, гденаходились спальни хозяев дома. Пять больших спален выходили на балконы на двухразных уровнях.

Две спальни, находившиеся чуть выше, были расположены надгостиной, имевшей собственную высоту около четырех метров, а три другие, сбалконами на небольшую рощу, разбитую тут еще до постройки поселка, размещалисьна несколько более низком уровне.

На третьем этаже, над тремя спальнями, были еще две комнаты.В одной из них супруга хозяина устроила своеобразный салон искусств. Здесь жерасполагалась библиотека. В другом конце находился кабинет хозяина дома. Рядомс виллой в двух небольших домиках жили охранники, постоянно находившиеся надаче, и работала сауна и бассейн, где стояли тренажеры. Гаражи справа от домамогли одновременно вместить около десяти машин.

С самого утра шла подготовка к торжеству. Как обычно,прибыли повара из модного японского ресторана, заранее подвезли продукты,необходимые для приема.

В доме было много людей и большая суета. Но все обратиливнимание, что хозяин дома неестественно возбужден и взволнован, словно отпоказа картины зависела его дальнейшая судьба в банке.

Первым из гостей приехал Кузнецов. Хозяин уединился с ним вкабинете, они долго о чем-то говорили. Примерно через полтора часа на дачепоявился и Дронго, который уже дважды побывал здесь еще вчера и подготовилсцену для предстоящего спектакля. Он поднимался наверх по лестнице к хозяинудома, навстречу ему спускалась супруга банкира. Она была в строгом голубомкостюме, еще явно не готовая к сегодняшнему приему. Увидев Дронго, онаулыбнулась.

— Я рада, — сказала после приветствия, — чтовы приняли наше предложение.

— А что мне еще оставалось делать? — Дронго пожалплечами. — Судя по всему, на вашего мужа крепко насели, и если бы яотказал, он вполне мог обратиться к дилетанту, который сорвал бы дело и ещебольше озлобил его врагов.

— Спасибо, — поблагодарила женщина, собираясь идтидальше.

— Одну минуту, — остановил ее Дронго, — чтовы собираетесь надеть на вечерний прием? Она усмехнулась:

— Это имеет для вас значение?

— Да, — серьезно ответил Дронго, — мне нужнознать, в каком именно платье вы будете. Белое или светлое не подойдет в любомслучае. И даже такой красивый костюм, что на вас сейчас, тоже не подойдет.

— Вам не кажется, что вы несколько переходите граньприличия? — чуть покраснев, спросила она.

— Не кажется. У вашего мужа на груди будет краска,которая может перейти на ваш костюм, когда вы броситесь помогать ему, —объяснил Дронго. — Я бы попросил вас надеть сегодня темное платье и бытьготовой сыграть свою главную роль в жизни. Она поняла. Она вообще была оченьсообразительной. Это он отметил еще при первой встрече.

— Хорошо, — кивнула хозяйка дома, — я наденутемное платье. Тем более что я все равно собиралась это сделать.

Дронго улыбнулся в ответ и, посторонившись, поспешил вкабинет Блумберга. Когда он вошел, там уже сидел бледный мужчина, довольномолодой, с красиво уложенной шевелюрой тронутых сединой волос. Он был в оченьмодных, немного узких очках. Дронго отметил и элегантность его костюма. В этомсезоне только переходили на мужские костюмы с тремя пуговицами.

— Олег Михайлович, — поднялся незнакомец,протягивая Руку.

Дронго отметил, что гость представился сам, словно Блумбергане было в кабинете.

— Очень приятно. — Он по привычке не назвал себя,просто подошел к банкиру и поздоровался с ним.

— Я уже говорил о вас Олегу Михайловичу, — началБлумберг, когда они уселись в массивные кожаные кресла, — кажется, мыобговорили все детали. Я даже забрал вчера из кабинета часть своих личныхвещей.

— Надеюсь, никто вас не видел? — уточнил Дронго.

— Разумеется, нет. Мне помогала только Лариса. И, каквы просили, я оставил часть личных вещей в кабинете, чтобы все выгляделонатурально. Олег Михайлович потом передаст их супруге. И насчет банка мы тожепочти все обговорили.

— Хорошо, — хмуро кивнул Дронго, — внизуочень много людей. Столько охранников, поваров, горничных. Хорошо еще, что меняузнал ваш Семен Григорьевич, с которым я вчера сюда приезжал. Иначе бы простоне пустили.

— Обычный прием, — пожал плечами Блумберг, —я строил эту дачу три года. Обидно все так оставлять, — он обвел глазамисвой кабинет и чуть слышно вздохнул, — очень обидно.

— Вы могли бы все отменить, — предложилДронго, — вам совсем необязательно так рисковать.

— Нет, уже поздно, — отмахнулся Блумберг, — унас ведь тоже есть своя информация. Сегодня я говорил с прокурором нашегорайона. Он давний друг нашего банка. Говорит, что у него есть конкретноезадание — в любом случае обнаружить на меня компромат и тут же выдать санкциюна арест. А в тюрьму я не хочу. Вы ведь знаете, что при желании в деятельностилюбого банка, тем более нашего, можно обнаружить кучу недостатков, за которыеможно выдать на всю катушку.

Нет-нет, решение уже принято, и дороги назад не может быть.

— Как угодно, — согласился Дронго, — я простообязан вас предупредить.

Мне хотелось бы теперь поговорить с Игорем и братом вашейсупруги. А потом по очереди мы поговорим с вашим секретарем и супругой. С вашимводителем я уже обговорил все детали.

— Да, пожалуйста, — согласился Блумберг, — аОлег Михайлович нам больше не нужен?

— Он скорее нужен вам, чем мне, — улыбнулсяДронго, — учитывая, что с сегодняшнего дня он будет вашим преемником.Поэтому я предлагаю вам спуститься в одну из комнат на втором этаже, апосвященные в тайну пусть по очереди поднимаются ко мне. У нас в запасеосталось около трех часов. Это не так много.