Кутерьма вокруг хирурга - Татьяна Луганцева

Брови Арнольда Рудольфовича поползли вверх.

– Да, эта дама вчера во второй половине дня приходила ко мне на консультацию, но я не понимаю вашего опасения, вернее, надежду на ее ненормальность. Я дал ей «добро», эта дама нуждается в операции, как никто другой! Ее надо прооперировать в первую очередь.

Теперь настала очередь поползти вверх бровям Венсана, правда, одной из них помешала физическая боль при движении.

– Вы считаете ее нормальной?! – поразился он.

– Абсолютно. А что вас смущает?

– Вы не считаете ее странной, вызывающей, импульсивной?

– Она сама кротость. Я правильно понимаю: мы говорим об одной женщине? Клара Феликсовна – доярка?

– Именно о ней… – Венсан был в недоумении, так как полностью доверял профессионализму своего коллеги.

– Уверяю вас, Венсан Витальевич, все пройдет успешно.

– Ей предстоят такие сложные операции… – задумался хирург.

– Совершенство трудно исправить, я согласен, – кивнул психоневролог.

– Совершенство? Я не совсем понимаю…

– А я не совсем понимаю, что вы собрались делать с этой красавицей.

– С кем?

– Она настолько приятна, что мне не приходит в голову, о каких сложных операциях вы говорите?

Венсан задумался, не получил ли он от вчерашнего удара сотрясение мозга, может, он перестал правильно воспринимать действительность или потерял память? А может быть, вкус у Арнольда Рудольфовича, мягко говоря, странный? Сообразить он не успел, так как в кабинет ворвалась белая как мел Ольга.

– Венсан! Шеф! Я… Я…

– Что случилось?

– Я позвонила домой Михаилу, а там… – Голос Ольги дрогнул. – А там следователь, который спросил, кто я и откуда.

– Следователь? – Венсан ничего не понял.

– Он сообщил, что Михаил застрелен в подъезде собственного дома примерно в два часа ночи. Опера приедут к нам в клинику поговорить о Михаиле, о вечернем происшествии и о той девушке, которую он подвозил.

Из головы Венсана в один миг выветрились мысли о Кларе Феликсовне.

– Это просто невероятно! Ольга! – закричал он секретарше. – Закрой кабинет Михаила до приезда полиции, чтобы никто туда не входил! И еще отмени две операции, запланированные на сегодня.

– Слушаюсь, шеф! – Девушка выбежала из кабинета.

Полиция не заставила себя долго ждать. Невысокого роста, суетливый и шумный майор прямиком направился в кабинет директора медицинского центра. Венсан встал ему навстречу, пожал руку. Майор представился:

– Потапов Денис Игоревич. – Разглядев доктора, он рассмеялся. – Что говорить о других, если у нас пластические хирурги ходят с разукрашенным лицом? Говорят, вы известный человек?

– Говорят.

– Рад с вами познакомиться, Венсан Витальевич, надо же, отчество какое – Витальевич!

– Взаимно, Денис Игоревич, – ответил хирург, не совсем понимая, что именно странного увидел майор в его отчестве, других обычно удивляло скорее уж имя.

– Раньше ваша клиника была у нас на хорошем счету, – прищурился Денис Игоревич, напомнив Венсану лейтенанта Коломбо из американского сериала.

– А что случилось сейчас?

– Сейчас произошло убийство вашего сотрудника, и мне необходимо разобраться в этом вопросе, – почесал темные с проседью волосы Денис Игоревич.

– Разбирайтесь. – Венсан включил кондиционер. – Только откуда такая уверенность, что наша клиника может быть причастна к его убийству?

– Вы правильно сказали – может быть, а может быть, и нет. Хотя убийство вашего доктора тянет на заказное, а такое чаще всего совершается на почве бизнеса, то есть трудовой деятельности пострадавшего.

– Я не думаю, что это так, мы не имеем дело с криминалом.

– У вас дорогая клиника, а где большие деньги, там и преступления.

Венсану нечего было возразить, он-то знал, что они не делают ничего противозаконного, но майор должен убедиться в этом лично.

Сотрудники полиции заполонили клинику, опрашивали всех работников, кто и когда в последний раз видел пострадавшего, не говорил ли он им что-нибудь? Венсан вспомнил, что Миша как раз перед своей смертью хотел с ним о чем-то поговорить.

– О чем? – оживился майор.

– Если бы знать… Я отложил разговор, так как спешил. Накануне я поссорился со своей подругой и собрался ехать к ней. Я же не знал, что больше не увижу Михаила живым.

– Конечно, никто не может знать, когда умрет, – согласился Денис Игоревич. – Вы даже приблизительно не можете сказать, о чем он хотел поговорить?

– Нет, он ни словом не намекнул.

– Очень жаль… А теперь, пожалуйста, поподробнее о вашем ночном происшествии, – попросил следователь.

Венсан рассказал все, что ему было известно.

– Похоже, что эта женщина была последней, кто видел Михаила в живых, – задумался майор. – Как ее звали?

– Она представилась Софьей Карелиной, а документы я не спрашивал.

– Как она выглядела?

– Среднего роста, худощавая, светлые волосы чуть ниже плеч, челка, прямой нос, красивые губы, большие светлые глаза. Да что говорить! Откройте любой глянцевый журнал и найдете там сотню таких лиц. Стандартная, с правильными чертами лица, в ней не было ничего запоминающегося… Вы это называете особыми приметами, я называю это изюминкой.

– Понятно, изюминки в ней не было, но марку машины вы запомнили?

– Да, госпожа Карелина призналась, что припаркованный «Пежо», к которому ее бандиты и прижали, принадлежит ей.

– Цвет, номер?

– Черный или темно-синий, а за номер я не могу ручаться с полной гарантией, – напряг память Венсан, сдвинув брови и снова ощутив боль.

– Постарайтесь, пожалуйста, – попросил майор. – Сердцем чувствую, что здесь не все так чисто. У вас в клинике два ЧП одно за другим, и они могут быть связаны. Вдруг эта женщина замешана в убийстве вашего хирурга или, по крайней мере, имеет об этом какую-то информацию? На нее же напали во время его дежурства, так я понимаю?

– Совершенно верно.

– Вот, надо проверить, нет ли здесь подвоха…

Венсан закрыл глаза и написал на бумаге номер машины. Он протянул листок Денису Игоревичу со словами:

– Я не могу гарантировать на сто процентов, что вспомнил все цифры правильно.

– Спасибо, проверим. Будем надеяться на вашу профессиональную память, – быстро положил записку к себе в карман Денис Игоревич. – Если вспомните еще что-нибудь интересное, сообщите мне, телефон я оставлю.

– Денис Игоревич, – сказал Венсан, задумавшись, – теперь мне кажется это нападение на женщину и на меня несколько странным.