Гарем без проблем - Наталья Александрова

– Ты считаешь? – Лола пожала плечами. – Кому могло прийти в голову шарить в этом доисторическом вазоне? По-моему, я в том зале была первой посетительницей лет этак за пятнадцать…

– Всякие случайности бывают… – пробормотал Маркиз. – В конце концов, за тобой могли следить. Раз уж заказчик так старается сохранить свое инкогнито, вероятно, у него есть к тому причины… Давай лучше подумаем, какой может быть пароль?

– А я откуда знаю? – Лола зевнула. – Твой пароль я знаю, а какой пароль у этого заказчика…

– Он должен был выбрать какое-то слово, которое известно мне, но неизвестно случайному человеку… – продолжал Леня рассуждать вслух. – А какое это может быть слово…

– У тебя пароль – Аскольд, это все в доме знают, даже Пу И и Перришон…

– Молодец, Лолка! – Маркиз оживился. – Как я сразу не догадался! Ведь это же очевидно!

– Не догадался о чем? – удивленно переспросила Лола.

– Как – о чем? Ведь этот заказчик сослался на Левако! Значит, это – то самое слово, которое точно придет мне в голову!

– А чем я-то тебе помогла? – недоумевала Лола.

Но компаньон уже не слушал ее: он набирал на клавиатуре фамилию адвоката.

На экране появилась надпись: «Пароль принят», и тут же по нему побежали ровные строчки текста.

Таинственный заказчик подробно излагал задачу, которую предстояло решить Лоле и Маркизу.

Но прежде, чем изложить саму задачу, он поведал ее предысторию, которая выглядела как приключенческий роман.

Если верить этому самому заказчику, вот что предшествовало сегодняшним событиям.

Много лет назад, еще в позапрошлом девятнадцатом веке, его прапрадед (а может быть, и более отдаленный предок), богатый и образованный человек, который увлекался филателией, купил на аукционе в Лондоне редкую марку, выпущенную на острове Реюньон. С тех пор в России произошли три революции, две войны и множество более мелких неприятностей. Сам дореволюционный филателист не дожил до этих трагических событий: он умер в самом начале двадцатого века и давно похоронен на Смоленском кладбище. Многие его потомки также похоронены на разных кладбищах России и Европы. От прежнего богатства почти ничего не сохранилось. Драгоценная мебель красного дерева и карельской березы, чудом уцелевшая в революцию, сгорела в печке-буржуйке в суровую блокадную зиму, фамильное серебро сменяли на хлеб и крупу, и только старинная марка непостижимым образом сохранилась в семье. Скорее всего, просто потому, что на барахолке она никому не была нужна.

А тем временем ее цена неимоверно выросла.

И вот теперь, в наше время, потомок старого филателиста решил реализовать семейную драгоценность.

Первым делом он пригласил известного эксперта-филателиста, который в его присутствии тщательно осмотрел марку и ответственно заявил, что она подлинная и цена ее выражается шестизначной суммой в долларах или евро. Сам эксперт такими большими деньгами не располагал, но назвал двух-трех богатых коллекционеров, которые могли заинтересоваться маркой.

Владелец марки пригласил к себе обоих коллекционеров, чтобы они могли взглянуть на сокровище своими глазами и договориться о цене. То есть он хотел устроить что-то вроде аукциона – кто больше даст, тот и получит марку.

Богатенькие филателисты живо откликнулись на приглашение, посетили нашего героя и ознакомились с его сокровищем.

Оба проявили необыкновенный энтузиазм, оба сказали, что готовы приобрести марку за любые деньги… но только не сегодня, потому что такие большие деньги нужно еще собрать.

Покупатели ушли, и от них не было ни слуху ни духу.

А через несколько дней после несостоявшегося аукциона с владельцем марки случилась странная история.

Он уже несколько лет пользовался услугами фирмы «Серебряный ключ», которая доставляла на дом родниковую воду в бутылках. Ему привезли очередную партию воды, но, как только он выпил несколько глотков, комната поплыла перед его глазами, и владелец злополучной марки потерял сознание.

Придя в себя, он заметил в своей квартире следы тщательного и планомерного обыска.

Само собой, первым делом он бросился к тайнику, в котором хранил марку.

Марка была на прежнем месте, но какие-то смутные подозрения все же остались в душе владельца. Во-первых, ничего ценного из квартиры не пропало. Для чего же тогда была задумана и осуществлена такая сложная и опасная операция? Во-вторых, в самом тайнике тоже были следы постороннего вмешательства.

В общем, он снова пригласил эксперта-филателиста. Тот пришел, взглянул на марку… и развел руками: это была подделка. Хорошая, но подделка…

А через некоторое время до бывшего владельца дошли слухи о том, что некий бизнесмен планирует приобрести у некоего лица чрезвычайно ценную марку, известную среди коллекционеров под названием «Розовый Реюньон».

Таких марок всего две, причем одна из них находится в коллекции английского филателиста лорда Пламмера. Вряд ли появился новый, неизвестный «Реюньон». Так что у бывшего владельца марки не осталось сомнений в том, что на продажу выставлена украденная у него марка.

Тот самый эксперт, с которым он имел дело в процессе переговоров, чувствовал себя виноватым и под страшным секретом назвал бывшему владельцу имя продавца.

И вот теперь этот самый владелец просил Маркиза вернуть ему украденное, причем вернуть как можно быстрее, пока не состоялась сделка и марка не перешла к новому владельцу: ведь он ни в чем не виноват, и красть марку у него будет аморально. Кроме того, если украсть марку у вора, тот не посмеет обращаться в полицию или в другие силовые структуры, потому что у него самого рыльце в пушку.

Далее сообщался адрес продавца марки, а также краткие сведения о нем. Лене предлагалось выкрасть марку в кратчайшие сроки, не затягивая время, и если все пройдет благополучно, то сообщить об этом заказчику, купив в антикварном магазине на улице Некрасова большого фаянсового слона, стоящего в витрине.

– Дурдом! – невежливо высказалась Лола и энергично покрутила пальцем у виска.

– Да, – вздохнул Маркиз, – со слоном, пожалуй, перебор. Хотя… обычный шпионский способ, как раньше на явочной квартире на окно цветок ставили, так здесь вместо цветка – слон в витрине. Ладно, Лолка, раз уж мы взялись за это дело, то нужно работать. Два дня на предварительную подготовку – и вперед!

Ангелина Глебовна Новоселова в прошлой жизни была конструктором первой категории. Она проектировала источники питания для разнообразной электронной техники: от крошечных батареек, которые должны были поместиться в карманный датчик, до огромных шкафов, размещавшихся на океанских кораблях.

Когда наступили новые времена, институт, в котором работала Ангелина Глебовна, закрыли, и конструкторы как первой, так и всех остальных категорий остались не у дел.

Многие бывшие коллеги Новоселовой влились в армию «челноков» – вооружившись огромными клетчатыми сумками под кодовым названием «мечта оккупанта», они хлынули в соседние государства, где покупали все, что потом можно было выгодно перепродать на родных просторах.