Кремлевская пуля - Алексей Макеев

Да, два убийства еще можно было протащить как всего лишь очень похожие. Не серийные! Если этим все ограничится, то бури наверху не будет. А если, не дай бог, случится третье убийство, тогда спросят за все сразу. За то, что не сообщил, не принял все меры. Они там, наверху, очень хорошо умеют соображать задним числом, какие меры следовало принять, знают, как надо назначать виноватых.

Гуров – счастливец, он отвечает лишь за себя самого да за тех людей, работу которых контролирует или направляет. Если в ведомстве генерала Орлова плохо сработал сыщик, то крайним станет начальник. Именно с него спросят, почему он поставил на это дело данного человека.

Если по Подмосковью пронесется серия убийств с расчленением, то с Орлова спросят: а куда глядело твое ведомство, как оно проморгало появление этого нового маньяка, чем вы там занимались после первого и второго убийства?

Так что ошибаться генерал Орлов не имел права. И не столько потому, что от этого пострадает он лично. Беда в том, что работать оперативно-следственной группе будет на порядок сложнее. Начальство будет подгонять ее.

– Хорошо, – глухим голосом согласился Орлов. – Жду тебя через час с поименным списком личного состава группы.

Проводив Гурова в Москву, Крячко собрал в выделенном им кабинете местного ГУВД будущих сотрудников оперативно-следственной группы МВД России. Самым счастливым из всех выглядел лейтенант Рязанцев, который даже не пытался скрывать свой восторг. Кулаков казался равнодушным, но что-то в нем теперь изменилось. Солиднее стал держаться, что ли? Или горд тем, что в подвале его не вырвало? Схитрил ведь старший лейтенант, когда сам пошел в парикмахерскую опрашивать девочек. Наверняка Рязанцев туда рвался.

А вот участковый Сергушенко скорее был недоволен. Особого энтузиазма в глазах капитана Крячко не видел, но с Гуровым он насчет этого назначения был согласен. Все, кто начинал работать по первому трупу, так или иначе уже думали на данную тему. У каждого появились какие-то свои идеи, мнения.

Вводить в дело новых людей было нецелесообразно. Ведь и эти офицеры проявили себя толковыми работниками и расторопными инициативными исполнителями.

Вон Владик Рязанцев. Ему только намекни, а он уже тащит в кабинет из зала для совещаний демонстрационную доску и фломастеры.

Сергушенко недовольно кривит губы, а сам что-то пишет в ежедневнике, при этом ставит номера. Наверняка прикидывает свой план работы, собственное видение розыска. Интересно будет сравнить.

А Кулаков ждет. Своеобразный парень, с первого взгляда непонятный. От него всегда можно получить какой-нибудь сюрприз. Свои идеи он, как правило, не озвучивает, а ждет подходящего случая, чтобы предъявить их на суд матерых сыщиков. Сейчас этот парень тоже, наверное, обдумывает что-то оригинальное.

– Готовы? – спросил Крячко, когда Рязанцев установил доску и уселся на стул рядом с Кулаковым. – Тогда начнем. Первое! Сергушенко, тебе подготовить запрос по Москве и ближнему Подмосковью обо всех зарегистрированных заявлениях о пропаже людей. Описание сочинишь сам: мужчина, примерный возраст, телосложение и так далее. Второй документ с тебя – требование высылать в адрес особой группы МВД России под руководством полковника Гурова все вновь принятые заявления, попадающие под наше описание, а также иные неуточненные сведения о возможной пропаже мужчин.

– Может, наверху еще не утвердят нашу группу, – сказал себе под нос капитан.

– И не мечтай. – Крячко усмехнулся. – Если Лев Иванович сказал, то к нему прислушаются. Третье! Держи постоянную связь с судмедэкспертами, любые новые данные по первому и второму трупу – сразу на доклад. Записал?

– У меня есть предложение, – заканчивая писать и не поднимая головы, сказал Сергушенко. – Надо бы разослать запросы по местам жительства дружков Литвиненко по зоне. Склонность к убийству, особенности поведения, наличие алиби, попытки нападения на кого-то из них. Это я к версии, что, может, наш преступник убивает кого-то по лагерным делам.

– Второй номер не сидел, – веско сказал Кулаков.

– Ничего удивительного, – возразил Сергушенко. – Но общие дела с уголовниками иметь мог.

– Годится. Принято, – закончил спор Крячко, поднялся со стула и принялся рисовать на доске схему расположения домов. – Если больше замечаний и дополнений нет, то идем дальше. Кулаков, тебе собрать все материалы по поквартирному обходу. Ты получаешь полномочия толкать и раскачивать всех, но все до единого жильцы должны быть опрошены в течение двух дней. Более того, надо выявить и охватить всех людей из окрестных домов, которые имеют обыкновение ходить этим маршрутом по вечерам или рано утром. Рязанцеву – все автостоянки и парковки, а также вместе со мной по вечерам дежурить на месте преступления.

– Убийца имеет обыкновение возвращаться туда? – тут же весело спросил Рязанцев, но поймал взгляд полковника, не склонного сегодня шутить, тут же осекся и добавил: – Понял, мы должны оценить ситуацию, понять, как выглядит это место вечером и ночью.

– Молодец, – оценил Крячко. – Быстро соображаешь. Придешь ко мне сюда в девять вечера. С табельным оружием.

Гуров вернулся через пять часов, сосредоточенный и молчаливый. Крячко по его вызову сразу приехал к подвалу, где был найден второй труп.

– Ну и что там у нас в управлении? – полюбопытствовал Стас.

Гуров дернул плечом, долго молчал, потом наконец-то заговорил:

– Понимаешь, Стас, я Петру ситуацию излагал, говорил о плане работы, имеющихся версиях и вдруг четко осознал, что разгадка где-то рядом. Я даже говорил о ней или упоминал. Кажется, вот протяни руку – и ухватишь. Что-то тут есть такое, какая-то зацепка буквально на глазах.

– А в управлении-то как?

– Там все нормально. – Гуров махнул рукой. – Петр недоволен, ворчит. Но ему положено, у него работа такая.

– Приказ он издал? – продолжал упорствовать Крячко.

– Издал, конечно, – недовольно ответил Гуров. – Все сделано как надо. Да что ты все про управление! Вы тут чем занимались все это время? Раздал ребятам задания?

– Естественно! – довольно резко ответил Крячко. – Раздал, конечно. Все как надо сделал.

– Ладно, извини. – Гуров нахмурился и сжал локоть товарища. – Что ты, как девочка, обидчивый?

– Нисколько я не обидчивый. – Крячко улыбнулся. – Я пытался тебя вывести из состояния заторможенности. Если вышел, то давай снова начинать думать. Скажи, почему наш преступник притащил труп именно сюда? Живет в соседнем доме, ходит этой дорогой, бывает тут иногда, знает это место, считает его самым удобным? Или все перечисленное можно отнести не к убийце, а к жертве?

– Не торопился бы ты. Лучше попробуй ответить на вопрос, а почему в подвал, да именно в этот, а не в какой-то другой. Попытайся смоделировать ситуацию. Вот убийца стоит в темноте… Кстати, а тут ночью темно?

– Фонарей я здесь не вижу. У подъездов есть, у входа в парикмахерский салон тоже, на стоянке имеются. Допустим темно, и что?