Сыщик и вор - братья навек - Владимир Колычев

И ведь все без отца, без кормильца. Сорок один год ей уже. И все одна да одна. Только несчастной ее никак не назовешь. Она не стареет с годами, как другие, только молодеет. Одевается стильно, дорогая косметика, идеальный макияж. Косметический салон — это для нее второй дом. Дима вспоминал ее фотографии двадцатилетней давности. Небо и земля. Сейчас она намного красивее. Только ради кого она старается, если ни одного мужчину к себе и близко не подпускает? Разве что только для себя самой…

Где же все-таки его отец? Что за странные секреты? Но мама твердо хранит молчание. Ничем ее не сдвинешь…

«Изумруд-Банкъ» размещался в новом высотном здании в Сокольниках. Миллионов десять долларов только в один офис вбухали. Всюду мрамор, окна во всю стену, все блестит, сияет. И сотрудники банка как с картинок сошедшие. Улыбаются, вежливость из них так и лучится. Что ж, имидж банка вещь важная.

И престиж был на высоте. Всего два года, как банк зарегистрирован в Москве, а уже успел стать для важных клиентов гарантом честности и постоянства. Огромные суммы бюджетных денег здесь прокручиваются. А это высокие и стабильные доходы… Впрочем, Дима еще не во всем успел разобраться. Всего вторую неделю он здесь работает. С раннего утра до позднего вечера сидит за своим компьютером, не разгибая спины. Слишком много нужно успеть постичь за короткое время. Ведь в академии их учили без учета специфики отдельных банков. Но ничего, еще неделя — и он будет разбираться в своем деле не хуже других.

Сегодня ему позвонила Катя, его подружка. Серьезный разговор у нее к нему. Просила подъехать к девяти в кафе «Жемчуг», это неподалеку от ее дома. Они там часто встречались.

Ровно в девять он уже сидел за столиком в просторном зале. Катя подошла минут через десять. Черные джинсы, обтягивающие ноги невероятной длины, кофточка, которая вот-вот, казалось, может не выдержать натиска груди. Роскошные волосы с платиновым отливом. Зеленые глаза. Мужики от нее балдеют. Балдел от нее и Дима. Только недолго. Она уже успела ему поднадоесть.

С важным видом она прошествовала через зал, присела к столику, виновато ему улыбнулась. Сейчас извиняться начнет. Но только не за свое опоздание.

— Ты извини, Дима… Но я встретила другого мужчину… Он «новый русский», у него вилла в Испании, «шестисотый» «Мерседес»…

И потянулись бесчисленные перечисления собственности какого-то там «нового русского». Катя явно гордилась, что сумела заснять такую важную птицу. И сюда она пришла не для того, чтобы извиняться. А для того, чтобы похвастаться. За месяц он уже достаточно хорошо успел изучить ее бабскую натуру. Обыкновенная дешевка, каких в Москве бессчетно.

— Ну и что? — с кислым видом остановил он ее.

— У нас через месяц свадьба… Да ты не расстраивайся, Димочка, — наигранно забеспокоилась она.

Ей бы в дешевых «мыльных операх» сниматься… Как же, расстроился он! Сейчас крокодильи слезы лить начнет…

— Поздравляю!

Скорее бы она смылась…

— Спасибо, Димочка…

— На свадьбу пригласишь? — с беспечным видом спросил он.

— Ты это серьезно? — картинно удивилась она.

— Что, боишься, жениха застрелю?

— Ну, сам знаешь, всякое бывает, — наигранно засмущалась она.

Только не с ним. И не из-за нее…

— Хорошо, меня ты больше не увидишь… Кому первому отсюда уйти, тебе или мне?

— Да я и не собиралась уходить от тебя… Сегодня, — в ее глазах зажглись похотливые огоньки, — мой Игорек в командировку уехал. Я сегодня свободна…

Что, не стоит у ее Игорька?.. Диме стало смешно…

— Чего ты скалишься? — Катя догадалась о причине его улыбки. — Димочка, давай иногда встречаться?

Что ж, если женщина просит, почему бы ее не удовлетворить. Тем более он привык к своему амплуа героя-любовника. Сколько женщин сменилось у него за последние пять лет, всех и не вспомнишь… Сегодня у него никого нет, кроме Кати. Так почему бы не провести ночь в ее обществе? Ведь она сама его об этом просит. А в постели она заводная юла. Такое вытворяет…

Дима уже хотел открыть рот, чтобы сказать «да». Но тут он увидел, что в зал входит девушка. Это было что-то! Идеально красивое лицо, большие выразительные глаза. Распущенные по всей спине пшеничные волосы. Фигура — само совершенство… Сексуальное очарование мощными волнами исходило от нее.

Но она шла к другому. К высокому брюнету с атлетической фигурой. Безупречная внешность, манера держаться. Он казался этаким хозяином жизни, которому подвластно все… Дима почувствовал, как начинает задыхаться от ревности. Наваждение какое-то…

— Что с тобой? — забеспокоилась Катя.

— Да ничего, — словно бы пробуждаясь ото сна, встряхнул головой Дима.

— Ну что, пойдем к тебе? — Она уже ерзала на стуле от нетерпения.

Но Дима о ней уже и думать не хотел.

— С чужими невестами я любовью не занимаюсь, — отрезал он.

— А с этой? — Она показала взглядом на красавицу с пшеничными волосами. — Ведь она тоже чужая невеста.

— А вот этого я не знаю… И любовью, кстати, я с ней не занимаюсь…

— Да ты уже раз десять оттрахал ее взглядом…

— Попрошу не выражаться… Шла бы ты к своему герою, а?

Он готов был послать Катю и в гораздо более грубой форме, лишь бы только она исчезла.

— Ах вот ты как? — Она вздернула голову и с видом обиженной леди поднялась из-за стола.

«Ты меня больше не увидишь!» Примерно в этом духе он ожидал услышать от нее. Но услышал он совершенно другое.

— Я позвоню тебе завтра. И не думай, что ты отвяжешься от меня…

С высоко задранным носом она направилась к выходу из зала, но почему-то не по прямой, а мимо столика, куда села прелестная незнакомка со своим кавалером. Проходя мимо нее, она окатила ее презрительным взглядом, не опуская головы, и хмыкнула. И только после этого исчезла за дверью.

Наконец-то Дима остался в одиночестве. Хотя, конечно, ему очень хотелось оказаться в обществе диковинной красавицы. Но она была занята. Только это вовсе не значило, что он собирается отказываться от нее. Кавалер — это еще не муж. Да и мужа, бывает, можно подвинуть…

Ближе к одиннадцати в кафе ввалилась компания бравых молодчиков. Спортивные брюки, майки-безрукавки, золотые цепи на бычьих шеях, накачанные мышцы. Их было четверо. И все они явно косили под крутых бандитов. Они-то, может, и были бандитами, но только уличными. Там кого-нибудь изобьют в темной подворотне, бумажник отберут. Там шапку зимой у богатого прохожего стянут. Хотя, возможно, они и рэкетом занимаются. Два-три ларя под собой держат. На большее они вряд ли способны…

Сейчас бандиты больше в модных костюмах ходят, черные брюки, галстук, белая рубаха. Стилизация под американских гангстеров тридцатых годов. И рэкет уже не в такой грубой форме, как раньше. Сейчас бандиты больше бизнесом совместным занимаются, чем грубым вымогательством… Или ему так только кажется?