Женщина с прошлым, или В кольце ночных желаний - Алена Винтер

– Не жалеешь? – спросил Марат, взял Ирину под руку и повел к машине, за рулем которой сидел Гаврила.

– Ни капли! – воскликнула Ирина и попросила: – Давай пройдемся. Такая чудесная погода!

Марат ежился от холода, но, улыбнувшись, кивнул в знак согласия. Ирина показала Гавриле, что они пойдут пешком, тот дал понять, что ему все ясно. Завел машину и, проехав метров пятьсот вперед, остановился.

– Глупо сожалеть о том, что никогда мне не принадлежало, – сказала Ирина.

– Тогда почему ты не отдала им и деньги, которые тебе оставил отец? – усмехнулся Марат. – Только акции.

Ирина толкнула его в плечо и звонко рассмеялась.

– Об этом же спросил Дмитрий, – сказала она.

– Как он?

– Лучше не бывает. Кокетничает с медсестрами, погряз в любовных интригах с молодыми докторами. В общем, выздоравливает. Еще несколько дней, и его выпишут.

– Неужели тебе не холодно?

– Нет! Мне жарко.

Марат взял ее лицо в ладони и с нежностью посмотрел в ее лучистые глаза.

– Счастлива?

– Очень, – прошептала Ирина. – Но я еще ничего не забыла. Я разрываюсь между болью и радостью. Когда я думаю о Таисии, у меня появляется ощущение, будто все мое тело болит и крошится на куски. Открываю глаза – все на месте, ничего не изменилось, лишь в душе – пустота и разочарование. Потом все проходит, я вновь начинаю дышать, чувствовать, как стучит сердце в моей груди, и понимаю, что хочу жить дальше.

Она сделала несколько шагов вперед, вдруг остановилась и, обернувшись, посмотрела на здание «IrVi Group».

– Все-таки ты жалеешь, – сказал Марат, увидев грусть в ее глазах.

– Из-за этой груды стекла и бетона вся моя жизнь полностью изменилась. Если бы отец заранее знал, что произойдет после его смерти, он никогда не вписал бы меня в завещание. И я…

– До сих пор работала бы в банке, – продолжил за нее Марат. – Каждый вечер возвращалась бы в пустую квартиру, плакала бы из-за своей безответной любви к Дмитрию… Правильно?

– Да, – вздохнула Ирина. – Все осталось бы на своих местах.

– И мы никогда не встретились бы. – Марат взял ее за руку и поцеловал в теплую ладошку. – Пора перестать думать о прошлом. Партия разыграна, нужно идти дальше.

* * *

Михаил Андреевич обнял друга за плечи и повел в дом. Гия, как всегда, ворчал из-за слишком высоких ступеней.

– Старею, Миша, – сказал он. – Одышка появилась. Сердце чаще дрожит… Пора на пенсию.

– Тебя не отпустят, – улыбнулся Михаил Андреевич. – Да ты и сам не способен сидеть без дела.

– А что? Займусь розами, как ты. Научусь составлять букеты, открою цветочный магазин! Но еще лучше – уеду туда, где круглый год лето. – Гия недовольно посмотрел на густо сыпавшийся с неба снег и передернул плечами. – Каждый год для меня зима – большая неожиданность.

– Виски?

– Еда! – поправил друга Гия. – Хочу пообедать в кругу семьи.

Михаил Андреевич, улыбаясь, посмотрел на часы.

– Еще полчаса, – сказал он. – А в ожидании можно и стаканчик опрокинуть.

Гия подошел к окну и с легкой грустью в глазах посмотрел на Марата и Ирину, гулявших в побелевшем от снега саду. Ирина что-то сказала Марату, он легонько толкнул ее. Ирина поскользнулась и, падая, увлекла Марата за собой. Громко смеясь, они рухнули на землю, подняв в воздух серебристое облако снега. Гия тихо вздохнул, глядя на эту беззаботную картину любовного счастья. Михаил Андреевич подошел к другу и протянул ему стакан.

– Внуков хочу, – сказал он, отпив глоток из своего бокала. – Переквалифицируемся в дедушек и будем катать детишек на санках. Может, тогда наконец ты полюбишь зиму?

– Полюблю, – сказал Гия и зажмурился от внезапно набежавших на глазах слез. – Черт с ним, с летом!