Старосветские убийцы - Валерий Введенский

– Успели спеть серенаду? – словно не заметив смущения собеседника, поинтересовался Угаров.

– Успел, – нехотя ответил Рухнов. – Рискнул предложить руку и сердце.

– Простите, – смутился Угаров. – Мои соболезнования…

– Не стоит! – грустно отмахнулся Михаил Ильич. – Настя лишь спросила, богат ли я? Я промямлил, что нет, но надеюсь когда-нибудь разбогатеть…

– А она?

– Рассмеялась. "Вы как мухи на говно слетелись. Разбогатейте, а потом сватайтесь!" И добавила со смешком: "Поторопитесь, Михаил Ильич, Шулявский обещал через пару недель Крезом стать!".

– Думаете, Митя князя из ревности отравил?

– Думаю, Митя попытался разбогатеть первым.

– Постойте, а Маша Растоцкая? Митя же в нее влюблен.

– Маша для отвода глаз. Разве можно Настю сравнить с этой дурочкой? Митя решил отравить князя с молодой женой. Тогда Носовка досталась бы Анне Михайловне, то есть ему.

– А зачем он так долго ждал? Письмо в феврале написано.

– Про закладную забыли? Имение еще выкупить надо. До женитьбы князя сие было невозможно!

– Верно! – покачал головой Денис, и тут же другое возражение пришло ему на ум. – Так у Берг же сын есть, он ее наследник.

– Ага, подданный Франции, учится в Англии. Что такому мальчику может достаться в России, подумайте сами! Да и надо оно ему?

– Подождите, а как Митя в спальню проник? Что, зашел к новобрачным, яд в руке, шаркнул ножкой. "Я на секундочку, цианистый калий подсыплю и уйду!" Так, что ли?

– Я долго над этим размышлял. Вы хорошо тот вечер помните?

– Отлично! Я пью не пьянея, забыли?

– Ах да. Это я, пардон, напился. Ничего не помню, пришлось слуг опрашивать. Вы рыжую Катерину знаете?

– А как же, наш Данила жениться на ней решил.

– Она ходила за едой для князя на кухню, потом зашла в буфетную, взять шампанское. А бутылка оказалась открытой! Катя решила, что пробку вытащил Гришка, поставила бутылку на поднос и отнесла князю.

– А Гришка вынимал пробку?

– Тоже был пьян, не помнит. Да это и не важно! Митя мог открыть ее и кинуть яд.

Угаров с уважением посмотрел на Рухнова.

– Как просто! Странно, что никому не пришло это в голову, все думали, что яд был подсыпан уже в спальне… Шампанское обычно открывают, когда пить собираются.

– Далее! Утром Митя узнаёт о смерти князя, но второй жертвой оказывается не княгиня, а Настя, ради любви к которой он и замыслил убийства, но забыл ее предупредить! Ситуация хуже не бывает. Любимая мертва, кузен тоже, а Носовка переходит к Елизавете Берг.

– А Шулявский?

– Тоже Митя. Кто князя с Настей отравил, тот и поляка пристрелил. Не забывайте про склянку с цианидом!

– А его зачем?

– Ревность! Настя с Шулявским весь вечер заигрывала. Но вернемся к исчезнувшей княгине. Она поехала прокатиться на Султане. Мерина нашли ближе к вечеру на этой аллее. Так?

– Так.

– Княгиня ехала по лесу, кого-то встретила, остановилась поговорить, спешилась, тут-то ее и убили…

– Кто?

– Думаю, Никодим с Савелием, по приказу Мити. Помните слова конюха: "Княгине – гаплык" и "Мне теперь тут все обязаны"?

– Помню.

– А кто "все"? Князь и Настя убиты, Анна Михайловна при смерти. Только Митя остается.

– Никодим помогал убийце князя? Ерунда, он своими руками обещал его задушить…

– Своими и задушил! Митя его убедил, что виновата Елизавета. А когда Савелий стал болтать, Никодим, опять же по приказу Мити, задушил и его. Только вексель они так и не нашли.

– Откуда вы знаете?

– Вчера Митя тайком пробрался в кабинет князя, перерыл бумаги. Спрятала куда-то вексель Елизавета Петровна перед гибелью. Вот Митя и бегает к Никодиму, подозревает, что тот вексель украл, требует отдать. Пистолетом угрожает.

– Может, еще не прикончили княгиню? Мы когда с генералом на заимку заезжали, Никодим все спрашивал генерала, правда ли, что Елизавета Петровна князя убила!

– Может, и не прикончили. Пока она не скажет, где вексель, убивать ее бессмысленно. Знаете что, в доме Никодима подвал имеется. Покойник князь рассказывал, что он туда девок сажал, которые его ублажать отказывались…

– Надо немедленно осмотреть дом! – Денис подскочил. – У меня нога уже в порядке! Сбегаю, доложу все Киросирову, а потом вместе с исправниками осмотрим.

– Урядник покойников в церковь сопровождает, а исправники вашего Сашку в тюрьму повезли.

– Как в тюрьму?! Уже?! – У Угарова перехватило дыхание. – А я Киросирова так и не подмаслил! Бог мой, что с Тучиным будет?

– Надеюсь, выделят отдельную камеру и начнут сдувать пылинки. Я Павсикакию Павсикакиевичу, – тут Рухнов перешел на шепот, – от вашего имени сотенную сунул. Был крайне доволен-с!

– Вы мой ангел-хранитель! – У Угарова опять перехватило дыхание, и он полез к Рухнову целоваться. – А сотенную я вам сейчас же верну, как только в усадьбу вернемся!

– Пока Никодим отсутствует, предлагаю осмотреть дом самим.

– А как мы туда попадем? Там кабан…

– Я уже говорил, он ручной. За горсть желудей кого хошь в дом пустит. Покойник князь не зря его мздоимцем звал.

– Тогда вперед!

Тайна исчезнувших драгоценностей Северских оказалась столь банальной, что Тоннер отругал себя! Мог бы и без Сочина догадаться. Однако ни имя убийцы, ни судьба княгини, ни местонахождение самих бриллиантов не открылись. Была объяснена важная деталь этой запутанной истории, но главное оставалось под завесой.

– Что-то вас долго не было! – заворчала Анна Михайловна. – Вас моя невестка, царствие ей небесное, наняла?

Илья Андреевич встал как вкопанный. Старуха поправляется на глазах, разговаривает как здоровая! Да еще и знает что-то о судьбе княгини Елизаветы! Откуда?

– Кол осиновый проглотили? – еще громче спросила Северская. – Задорого, спрашиваю, наняла?

– Я здесь проездом. Лечу совершенно бесплатно, можно сказать, из сострадания. Завтра надеюсь уехать в Петербург.

– В столице, стало быть, служите?

– В столице.

– Жаль, что проездом, – продолжала Северская, – может, ко мне на службу поступите? Не обижу, но и златых гор обещать не буду. Пока болела, эта сучка Настька все разворовала! Кстати, где она? Не ее ли исправники в карете увезли?

Старуха болтала, не умолкая, упиваясь вновь обретенной способностью связно говорить. Тоннер от всей души радовался за нее. Редко тяжелобольные поправляются столь стремительно. Интересно, образовалась ли у нее зависимость от опиума? Если да, надо посоветовать Глазьеву продолжить давать его, постепенно снижая дозу.