Никогда не говори: не могу - Сергей Донской

– Меня будут искать, – предупредил Бондарь.

– Но не здесь, – заверил его Кочер. – Никто не знает о твоем походе.

– Ошибаетесь.

– Твоя беда в том, что я никогда не ошибаюсь. Достаточно было сопоставить кое-какие факты, чтобы прийти к выводу, что ты действовал на свой страх и риск. – Кочер самодовольно улыбнулся. – Теперь я тоже действую на свой страх и риск. Думаю, у меня это получится рациональней.

– Глядите, шеф, что я с ним сейчас сделаю!

Ханчев обхватил рукоять меча обеими руками, занеся его над правым плечом. Для того чтобы нанести удар, ему требовалось сделать еще два-три коротких шажка. Стоящие полукругом охранники возбужденно перешептывались. Лишь побледневший автоматчик молчал, зажмурив глаза. Ему было заранее дурно.

– Погибать так с музыкой, – воскликнул Бондарь, изображая отчаянное веселье, которого он вовсе не испытывал. – Предлагаю сделать зрелище более динамичным.

– Как?

– Пусть мне вернут мой нож.

– Не морочь нам голову, – прошипел Ханчев. Его левая туфля выдвинулась вперед.

– Ты ничем не рискуешь, – настаивал Бондарь. – Мое лезвие тридцать два сантиметра. Твой меч раз в пять длиннее. Устроим настоящий рыцарский поединок. Развлечем публику, а?

– Интересная мысль, – оживился Кочер, прихлебывая напиток из бокала. – Почему бы и нет?

– Он надеется перехитрить меня! – ехидно усмехнулся Ханчев. – Нож ему подавай! Видал я штуковины подобной конструкции. Американские. Они снабжены дополнительным лезвием, метательным, верно? Ну-ка!

Он требовательно пошевелил пальцами. Когда принесенный охранником нож лег на его левую ладонь, Ханчев щелкнул рычажком спускового механизма. Молнией промелькнувшее стальное жало пронзило панель стены, издав короткий вибрирующий звук. Пятнадцатисантиметровое, оно вонзилось в дерево на четверть своей длины.

– Вот и весь секрет, – объявил Ханчев притихшим зрителям. – Тебе по-прежнему хочется помериться со мной силами? – Он насмешливо взглянул на Бондаря.

Ответом послужил утвердительный наклон головы.

– Бросишь ему по моей команде! – Передав нож охраннику, Ханчев снова взялся за меч обеими руками. Его пальцы, обвившиеся вокруг рукоятки, шевелились, как щупальца осьминога, предельно усиливающего хватку. – Давай!

Охранник облизнул губы. Переложил пистолет в левую руку, правую отвел назад, пригнулся.

Бросок! Нож ударился о паркет в метре от босых ног Бондаря. Меч взметнулся к потолку. Охранник с пистолетом замер в позе дискобола, боясь пропустить самое интересное.

Ханчев прыгнул вперед. Присевший Бондарь сделал то же самое.

* * *

Роберт Оттович Кочер полагал, что повидал в этой жизни все или почти все. Он полагал также, что его знаний и опыта вполне достаточно для процветания в современном мире, где богатство и власть котируются неизмеримо выше всяких устаревших ценностей, таких, как честь, отвага, мужество. Он прекрасно разбирался в покроях костюмов и сортах коньяка и абсолютно не интересовался боевыми характеристиками оружия. Для этого существовали наемники, которым он исправно платил деньги.

Между тем его главный и лучший наемник уже совершил роковую ошибку, недооценив возможности противника. Ведь в ближнем бою Ханчев привык пользоваться преимущественно американскими тесаками а-ля Рэмбо, которые были прочными и острыми, но не шли ни в какое сравнение с «НРСами» – ножами разведчиков стреляющими.

Не случайно в инструкции по применению утверждается, что «НРС» является «оружием последнего шанса». Стрелковыми возможностями ножа пользуются редко. Объясняется это психологическим барьером, который удается преодолеть не каждому. Трудновато заставить себя произвести выстрел, когда острие клинка направлено в лицо, а ты в суматохе рискуешь перепутать спуск метательного лезвия со спуском ударного механизма. Ошибка может стоить тебе жизни, поскольку пуля, выплюнутая бесшумным патроном «СП-4», пробивает с двадцати пяти метров двухмиллиметровую стальную пластину, сохраняя убойную силу и за преградой. Кому охота, чтобы такой преградой стала собственная лобная кость?

Если же «НРСом» пользуется человек опытный, то техника одиночного выстрела достаточно проста. Разворачиваешь полуторакилограммовый нож лезвием назад, вытягиваешь руку, целишься сквозь прорезь на ограничителе, в качестве мушки используешь специальный выступ на головке рукоятки.

Роберт Оттович Кочер понятия не имел об этих премудростях. Он попивал «Камю» и предвкушал, как безмозглая голова переоценившего свои возможности чекиста покатится по полу каминного зала. Раздетый до трусов, капитан ФСБ не выглядел достойным соперником вооруженному мечом Ханчеву. Ни до начала схватки, когда обдумывал что-то, наклонив голову, как человек, прислушивающийся к голосу, которого никто, кроме него, не воспринимает. Ни в тот момент, когда он буднично присел за брошенным ему ножом.

«Бестолочь, – снисходительно подумал Кочер. – Сам подставил шею под удар. Интересно, сколько времени проживет его обезглавленное тело?»

Однако обычные представления о времени потеряли свое значение, как только капитан Бондарь завладел оружием. Вряд ли он действительно двигался со скоростью света, как померещилось Кочеру, хотя действовал быстро… по-настоящему быстро… чересчур быстро…

То же самое заподозрил занесший тяжелый меч Ханчев…

И стоящий рядом с ним охранник, не успевший сменить нелепую в данной ситуации позу дискобола…

– Хэ-эх!

Опущенный в прыжке меч врезался в пол, перерубив две или даже три полированные дощечки. Кочер, рассчитывавший на совсем другой результат, вымолвил лишь:

– Что за ху…

Эфэсбэшник, проехавшийся по паркету на животе, приподнялся и вытянул руку с ножом.

Ханчев с натугой выдернул меч из пола. Охранник перебросил пистолет из левой руки в правую.

– …йня! – с чувством закончил Кочер.

Лоб охранника от бровей и выше взорвался мелкими брызгами, из пролома в затылке хлестнула алая гуща.

Не успели опасть последние капли крови, как Ханчев нанес повторный удар, гораздо более мощный, однако опять неудачный. Перекатившийся на спину Бондарь пнул его сведенными вместе ногами. Меч так и остался косо торчать в паркете, а Ханчев, всплеснув руками, упал навзничь. Парень с продырявленным черепом рухнул на колени. Метнувшийся к нему Бондарь завладел его пистолетом.

Бокал выскользнул из ослабевших пальцев Кочера.

– Стреляйте! – крикнул он оцепеневшим телохранителям.

Не сводя глаз с полуголого противника, они вразнобой вскинули свое оружие, но открыть огонь первыми не успели. Прикрываясь трупом, Бондарь произвел четыре беглых выстрела, плавно смещая ствол по горизонтали, слева направо.

– Не надо! – взмолился носатый парень по кличке Хоббит. То, что ему удалось произнести эти слова, было настоящим чудом. Его грудина провалилась внутрь, точно в нее ткнули ломом. На его белой рубашке вспыхнул алый мак.