Опасная невеста - Наталья Солнцева

– Нет. Я их просто обожаю, – с этими словами Лариса расплатилась и поспешила скрыться за стеклянной дверью.

– Ага… – опешил таксист. – Чокнутая бабенка…

* * *

Горничная как раз заканчивала уборку в злополучном номере, когда скрипнула входная дверь.

– Кто здесь? – испуганно шарахнулась девушка. Ее рыжие кудряшки чуть не встали дыбом от страха, а круглое личико побледнело.

– Не бойтесь, Тамара. Это я.

Горничная узнала женщину-психолога, но все равно перекрестилась на всякий случай. Лариса сунула ей в кармашек деньги и попросила оставить ее одну.

Тамара опрометью выскочила в коридор, забыв на ковре пылесос и ведро с мыльной водой.

– Вот и славно, – выдохнула Лариса, опускаясь в покрытое простыней кресло, где Краснов пустил себе пулю в висок. Она закрыла глаза и вообразила себя на его месте. Теперь, после того, что она узнала, кончина Краснова предстала перед ней в ином свете.

Мужчина поднес пистолет к голове. Мосты были сожжены, но он… не смог выстрелить!.. Мысли о Варе мешали ему нажать на курок. Варя… Варенька… Варюша… Как же она переживает его обман? Он пообещал ей райские кущи, а сам…

Краснов выпил изрядную порцию виски для храбрости, его сознание помутилось, но решительности не прибавилось. Жгучее раскаяние и чувство вины затопили его. Он не мог проститься с жизнью прямо сейчас… ведь это значило бы проститься со счастьем. Проститься навсегда!..

В тишине отчетливо щелкнул замок, и в номер проскользнула темная тень. Лариса видела ее глазами пьяного вдрызг Краснова. В утреннем сумраке ему померещилось лицо жены под черным платком.

– Мадлена?.. Как ты меня нашла?..

– Ты забыл закрыть дверь на ключ, – усмехнулась она, приближаясь. – Ты забыл свои обещания. У тебя короткая память, мой друг.

Краснов с ужасом увидел перед собой страшный оскал смерти. Та самая старуха, которая в последние дни преследовала его?.. Он привстал, сжимая в руке пистолет, и рухнул обратно в кресло. По спине тек холодный пот, дыхания не хватало.

– Кто ты? – прошептал Краснов.

– Не узнаешь? – обиженно отозвалась Смерть. – Я пришла, чтобы помочь. А ты как будто не рад?

Краснов отшатнулся, из его горла вырвался сдавленный стон. Безобразная старуха вмиг обернулась юной красавицей.

– Я болен… – выдавил Краснов. – Вчера я получил результаты повторных анализов. Это все меняет…

– Я не боюсь заразиться и умереть. Меня пугает совсем другое.

– Что же?

– Разлука!.. Предлагаю бросить жребий, – молвила гостья, протягивая ему блестящую монетку. – Если выпадет орел, ты стреляешь в себя. Если решка – в меня.

Краснов не успел сообразить толком, о чем идет речь, как она подбросила монетку вверх. Вертящийся в воздухе кругляшок ярко блеснул и с тихим звоном упал перед ним на стол.

– Орел! – воскликнула гостья.

Краснов убедился, что она сказала правду. Монетка лежала гербом вверх, а не решеткой. Выбор сделан…

Он не мог спасовать и медленно поднес пистолет к виску, ощутил легкое касание дула, а остальное произошло как бы само собой. Палец на курке дернулся, в голове раздался взрыв, что-то нестерпимо горячее разлилось внутри, и свет померк…

* * *

Лариса, пошатываясь, вышла из номера. За дверью ее поджидала испуганная горничная.

– Что так долго? Я уж подумала, вам плохо стало…

– Мне показалось, прошло не больше пяти минут, – удивилась Лариса.

– На самом деле вы там пробыли почти полчаса, – прошептала девушка. – Ужасная комната, жуткое кресло! Я бы его выбросила на свалку, а номер закрыла хотя бы на месяц. Вместо этого администратор твердит, что теперь надо раскручивать нашу «Ладогу» как отель с призраком! Представляете? Мол, туристы валом повалят.

Лариса молча кивала, все еще переживая последние мгновения жизни Краснова. Картина прояснилась с необыкновенной четкостью, о которой она и не мечтала.

– Теперь понятно, как погибли Марей и Аверкин…

– У нас в городе эпидемия самоубийств! – горячо поддержала ее горничная. – Трое известных людей покончили с собой один за другим! Давненько я о таком не слышала. Нет, бывает, конечно, что люди сводят счеты с жизнью… но чаще глубокой осенью и в начале весны, когда погода жутко депрессивная. Как им не страшно самим себя убивать?! Бр-рр-р… Я бы не смогла.

Она любила посплетничать и решила, что нашла благодарные уши в лице «психолога». Но Ларисе было не до нее.

– Спасибо за содействие, – вторая денежная купюра перекочевала из сумочки «психолога» в карман словоохотливой Тамары. – И никому не говорите, что пускали меня в этот проклятый номер.

– Я никому ни слова! Клянусь! – заверила ее горничная. – А насчет номера вы правду сказали! Прóклятый он! В прошлом году там пожилая женщина умерла от инфаркта. Перед ней еще случай был…

Девушка семенила за Ларисой, перечисляя несчастья, которые поджидали жильцов в нехорошем номере, но та не слушала, поглощенная тревожными мыслями. Где же Ренат? Почему отключил телефон?

«Мне есть, что тебе рассказать! – думала она. – Краснов раскрыл мне тайну своей смерти. Он видел ее лицо… И остальные двое тоже видели, я уверена. К каждому она нашла индивидуальный подход и не промахнулась! Теперь очередь за Переваловым… а потом и за тобой».

Лариса в который раз набрала номер Рената, услышала, что абонент недоступен, и в отчаянии всплеснула руками.

– Ну, что делать? Как остановить это безумие?

Тамара приняла ее реплику на свой счет и обиженно замолчала.

– Я вам водички принесу, – взяв себя в руки, сказала она. – Вы больше в тот номер не ходите, не то сами, не дай бог, умом тронетесь. А я администратору сегодня же скажу, чтобы батюшку сюда пригласили, пусть нечистую силу выведет и все освятит. Иначе еще кто-нибудь окочурится!

– Батюшку? – опомнилась Лариса. – Ах, да! Приглашайте, хуже не будет.

Горничная побежала за минералкой, но Лариса не стала ее дожидаться…

* * *

Ренат остановил машину у бетонного забора, вышел и в недоумении повернулся к Варе. Она была потрясающе красива в синем облегающем платье и красных туфлях.

– Куда мы приехали? На Обводный? Я не совсем понимаю…

– Я хочу умереть, – твердо сказала она. – Ты мне поможешь?

Он открыл дверцу и подал ей руку, ощущая тепло ее узкой ладони. Это прикосновение опьянило его, лишило рассудка.

– Обручимся на краю бездны? – повторил он слова Вари, которые запали ему в душу.

Она медленно зашагала к Боровскому мосту, соединяющему берега канала. В воздухе клубился туман. Ренат стоял как вкопанный, переживая дежавю. Что это? Странный сон или жуткая явь?