Миллионерша желает познакомиться - Татьяна Полякова

Но дядя Витя проявил настойчивость и заставил меня все-такивспомнить беседу с папой практически дословно. Странно, что я так хорошо всезапомнила.

— Папа сказал: "чертовы врачи накаркали, грудьпобаливает. К чему бы это?

Неужто вправду умру? Дудки… ждать замучаются. Маня, есличто, загляни на почту".

— На почту? — опешил дядя Витя.

— Да.

— Загляни на почту? Причем здесь почта?

— Не знаю. Может, хотел письмо прислать? Хотя на папуэто не похоже. Он никогда ничего нам не писал. Позвонить, еще куда ни шло, но иэто стоило ему больших трудов.

— Тут что-то другое, — затуманился дядяВитя. — Если письмо, зачем же почта?

Есть домашний адрес.

— Папу иногда посещали странные мысли.

— Маня, — вдруг насторожился он, — я как-товстретил твоего отца у Главпочтампта. Он выходил из здания, а я ехал мимо. Ещеочень удивился, торможу, спрашиваю: "Толя, ты чего здесь? " А он: «Посылки отправлял». Вот так и ответил. Посылки…

— Возможно, — пожала я плечами, рассказ совершенноменя не заинтересовал.

— Кому твой отец мог отправлять посылки?

Если честно, ни одна кандидатура не приходила мне в голову.

— Если только самому себе, — хмыкнула я, а дядяВитя при этих словах стал сам не свой, глаза вытаращил и замер с приоткрытымртом, после чего произнес:

— Черт… — И уставился на меня . — Какую почту онимел ввиду?

— Не знаю, — я испугалась за его здоровье, ужочень необычно дядя Витя выглядел. — Должно быть ту, что рядом с нами.

— Немедленно туда. Надо проверить…

— Что проверить?

— Вдруг отец действительно что-то послал тебе? Напочту, до востребования, понимаешь? Дома письмо может взять кто угодно, акорреспонденцию до востребования только ты.

— И что? — разволновалась я.

— Наверняка в письме указания, где лежат деньги.Поехали.

Если честно, не очень-то я верила в письмо и в эти деньги.Если папа на ступеньках Главпочтампта говорил о посылках, так причем здесьписьмо? Но огорчать дядю Витю не хотелось, он ведь для меня старался. Однако,огорчить все-таки пришлось.

— А что, мне вот так запросто отдадут письмо, когда яназову фамилию? — проявила я интерес.

— Нужен паспорт.

Вот тут я его и огорчила.

— Нет у меня паспорта, свистнули. Когда Юру поймали, яочень надеялась, что паспорт вернут, но этот гад его сжег, так как он былуликой. Мне же не везет, — наблюдая за реакцией дяди Вити, добавилая. — Зато у меня есть справка, что я его не теряла, — последнюю фразудядя Витя вряд ли слышал, схватил меня за руку и потащил к двери.

— Поехали.

— Куда?

— В паспортный стол.

И мы поехали. Вы не поверите, но через час уже были готовымои фотографии, а после обеда я получила новенький паспорт. Выдал мне егосолидный дядька в мундире со звездочками (в званиях я не разбираюсь, но яснобыло: чин у него немалый), так что вредная тетка в паспортном столе свою угрозувыполнить при всем желании не смогла. Я была так счастлива, что даже забыла отом, куда мы с дядей Витей спешили. Но он мне напомнил.

— На почту, — рявкнул он шоферу и мы поехали.

На почту дядя Витя отправился вместе со мной, хотя из-засвоей внушительной комплекции двигаться не любил. Я прониклась ответственностьюмомента и тоже заволновалась. Женщина в окошке равнодушно взглянула на мойдокумент и принялась перебирать бумажки в ящике.

— Ничего нет, — сказала она через полминуты. Я неудивилась, но почему-то стало обидно.

— Как нет? — полез в окошечко дядя Витя. —Посмотрите внимательно. Должно быть, я сам посылал.

Женщина терпеливо проверила еще раз и вдруг улыбнулась:

— Ну, конечно, фамилия смешная, Смородина… Извините,действительно были две бандероли. Несколько дней назад мы их отправили пообратному адресу.

— Постойте, куда отправили, почему? — возмутилсядядя Витя.

— Таков порядок. Корреспонденция до востребованияхранится определенное время, затем ее возвращают. Надо вовремя бандероли получать, —закончила она, глядя на меня.

— А вы не помните, куда их отправили?

— Кажется, Главпочтамт, отправляла-то не я…

Не солоно хлебавши, мы покинули почту.

— Попробуем узнать, где бандероли и как их можнополучить, — вздохнул дядя Витя, но к тому моменту у меня повысиласьмозговая активность и я начала размышлять вслух.

— Допустим, бандероли послал папа. Если он указал вобратном адресе нашу квартиру, то бандероли придут к нам.

— Ты не сможешь их получить, нужен паспорт отца.

— Так он у меня есть, — обрадовалась я.

— Как…

— У него было два паспорта. Вы же знаете папу…

— Немедленно домой, — скомандовал дядя Витя и мыпоехали.

По дороге активность моего мозга возросла и я выдвинула воткакую идею. Если дядя Витя встретил папу на Главпочтамте, так может и адреспапа указал вовсе не свой, а Главпочтамт, до востребования? В этом случаеполучить бандероли можем лишь я и папа. Учитывая его лютую ненависть кконфискации…

— Твой отец сумасшедший, — вздохнул дядя Витя, мызабрали папин паспорт и поехали на Главпочтамт.

Дядя Витя с паспортом моего папы отправился к окошку, накотором значилось:

«Выдача корреспонденции до востребования», а я отошла всторонку, потому что очень волновалась. Общение с дамой из окна под номеромсемь заняло у дяди Вити довольно много времени, в продолжении которого яволновалась все больше и больше, вдруг дядя Витя выпрямился, улыбнулся и в егоруках я увидела два свертка. Он кивнул мне и направился к выходу, я бросиласьза ним. В машине дядя Витя не произнес ни слова, только велел шоферу ехать нанашу квартиру, мы поехали, а на коленях у меня лежали два одинаковых свертка.

Наконец мы оказались в квартире. Я торопливо вскрыла первуюбандероль, дядя Витя победно усмехнулся, а я, сказать по правде, растерялась,обнаружив пачки долларов. В каждой бандероли было ровно по двести тысяч.