Рандеву с Валтасаром - Чингиз Абдуллаев

Он увидел подъехавшую машину с британским флагом и поспешилк ней. Дронго проводил его взглядом и, войдя в здание, поднялся по лестнице.Прием было в разгаре, когда к нему подошел молодой человек в светло-зеленомфренче. Юноше на вид было лет двадцать пять, у него были пышные светлые усы ипышная светлая шевелюра. С лица его не сходило радостное выражение,свойственное молодым людям.

— Я атташе по культуре украинского посольства, —сказал он, — а вы действительно Дронго.

— Нет, я его двойник, — пошутил он.

— Вы даже не представляете, как много я про васслышал, — восторженно заявил атташе.

Дронго пришлось выпить и с этим атташе, и с двумя консулами,представлявшими соседние республики. Консулы даже сфотографировались с ним напамять, но поспешили удалиться, когда к ним подошли представители Украины —Микола Зинчук, Юрий Семухович, Екатерина Вотанова и Андрей Бондаренко.

— Это тот самый Дронго, — счастливым голосомсообщил атташе. — Я был еще школьником, когда мне рассказывали про вас.

— Не нужно напоминать мне о моем возрасте, —попросил Дронго.

— Вы напрасно так комплексуете, — заметилаКатя, — я ведь знаю, сколько вам лет. А наш атташе — молодой человек,десять лет назад он еще учился в школе.

— Я всегда был вашим поклонником, — неуспокаивался атташе. — Вы даже не можете себе представить, насколько выпопулярны на Украине. Как жаль, что здесь нет украинских женщин. О, вы даже неможете себе представить, как вас любят в Киеве!

— Действительно, не могу, — призналсяДронго, — а из украинских женщин здесь есть одна, но она меня, кажется,недолюбливает.

— Неправда, — улыбнулась Вотанова, — мы дажескучали без вас в Калининграде, попав в другой отель.

— Вот именно, — поддержал ее Андрей.

— Не обращайте внимания на слова дипломатов, —шутливо посоветовал Зинчук, — они всегда все преувеличивают.

— Вы меня успокоили, — кивнул Дронго.

К нему подошла Мулайма Сингх.

— Говорят, что в Мальборке вы зарезали одного ипристрелили другого? — спросила она, лукаво усмехаясь.

— Никого я не резал. И тем более не стрелял. Это все слухи.

— Как вы дрались на мечах с Давидом, я видела. Но когдавы успели устроить дуэль с Альваро Бискарги, я не могу понять. Вы действительноего застрелили?

— Мулайма, ну разве можно говорить такие вещи? Неужелия похож на убийцу?

— Нет, — сказала она, поднимая бокал с шампанским.

Он тоже взял бокал с вином с подноса проходившего мимоофицианта.

— Ваше здоровье, — сказал он Мулайме.

Они чокнулись.

— Почему у вас такое странное имя? — спросилДронго. — Вы не похожи на индианку, хотя это имя встречается только вИндии.

— Мои родители познакомились в Индии, — пояснилаМулайма. — На самом деле бабушка у меня из рода Сингхов, и я взяла еефамилию. Это мать моей матери. А мой дедушка, ее отец, был англичанином. Мой жеотец — датчанин, и они встретились с моей матерью в Калькутте. Вот откуда моиэкзотические имя и фамилия.

— Я был в Калькутте, — сказал Дронго. — Этобыло одно из самых интересных путешествий в моей жизни, но и самых тяжелых. Мнеповезло, я был в этом городе в сентябре. Но там не было воздуха, то есть его небыло совсем! Мы успевали добежать из отеля до автобуса с кондиционером,задыхаясь от влажности. Было полное ощущение, что мы в парной сауне.

— А вы не любите сауну? — вдруг лукаво спросилаона.

— Люблю, — помрачнел Дронго.

«Неужели она вспомнила Ганноверскую сауну?» — подумал он.

— Говорят еще, что вы женоненавистник и гоните всех,кто осмелится к вам постучаться, — продолжала она.

Значит, эта история еще не кончилась. Очевидно, немецкаяжурналистка рассказала кому-то о своей неудаче, та поделилась с подругой… Оннахмурился. Через несколько дней об этом будет знать вся группа.

— Это тоже неправда, — сказал он твердо, —абсолютная неправда. Наоборот, я очень люблю женщин.

— И если к вам придет женщина, вы ее не прогоните? —спросила она, откровенно улыбаясь.

«Только этого мне и не хватало», — подумал он, хотяМулайма нравилась ему гораздо больше, чем немецкая журналистка, навязавшая емусвое общество в Ганновере.

— Надеюсь, не прогоню, — сказал он, быстро отходяот опасной собеседницы.

Оглянувшись, он увидел, что она пересказывает их разговорМэрриет Меестер и Виржинии Захарьевой. Все трое громко смеялись, поглядывая вего сторону. Если сегодня к нему постучит к го-то из этих женщин, отказать оннс сможет. Нужно раз и навсегда отбить у них охоту стучаться в его дверь! Здесьстолько мужчин. Впрочем, он не прав. Многие женщины в поездке уже нашли себепары. Пикантность ситуации заключалась именно в том, что выбирали не мужчины, аженщины. И, выбирая себе партнера, настолько уверенно шли к цели, что у ихизбранников даже не возникало мысли попытаться хоть как-то избежать этойобременительно-приятной обязанности. И, кажется, он должен был стать последнейжертвой одной из этих дам, все еще колебавшихся в своем выборе. С досады онвыпил бокал вина, затем второй.

Он вышел из мэрии раньше остальных. Такси стояли слева отздания. Он сел в машину и попросил отвезти его в отель «Литва». Приехав вгостиницу, он вошел в кабину лифта и уже собирался подняться к себе, когдаследом вошла девушка, вернее, девочка лет восемнадцати. На ней была краснаямини-юбка, обнажавшая ее длинные ноги. Уже по походке, манере одеваться, покосметике, можно было догадаться, чем именно она занималась в отеле. Дронговдруг осенило. Это, кажется, абсолютно надежный выход.

— И сколько все это стоит? — спросил он, обращаяськ девице.

— А ты откуда? — спросила она, смерив его взглядомс головы до ног.

— Неужели для некоторых стран у вас предусмотреныскидки? — поинтересовался Дронго. — Или у вас есть проценты на каждуютерриторию?

— Веселый ты, — сказала она, оценив и его костюм,и внешний вид. — Четыреста долларов за час. — смело произнесламолодая особа, нагло глядя ему в глаза.

— Нехорошо врать дяде, — строго сказалДронго. — Все это не стоит больше пятидесяти, и ты прекрасно это знаешь.

— Тогда чего спрашиваешь? — обиделась она. —Мог бы сразу свой номер назвать.

— Я еще подумаю, — сказал он. — А где выобычно сидите?

— Спустись в бар. Там нас всех и найдешь, —ответила она.

Он прошел в свой номер, открыл окно. Было достаточнопрохладно. Он вдруг вспомнил давнюю незнакомку из кинотеатра. Конечно, она небыла проституткой. Хотя после той встречи он проверялся у врачей. У той женщиныбыла тайна, которую он никогда так и не узнает. Возможно, в тот момент, именнов тот самый момент, ей нужен был такой мужчина. Посторонний мужчина,иностранец, имени которого она не знала и не хотела знать. Возможно, для нееэто была попытка самоутверждения. Дронго вдруг подумал, что он ведет себя так,словно боится. Боится встретиться с нормальной женщиной. Или изменить Джил? Илиизменить самому себе? А может, он просто не хочет тратить душевные силы надругую женщину? Может, у него и не осталось этих сил? С этой точки зренияпроститутка — идеальная машина для услады тела. Она механически выполняет своюработу и не требует взамен ничего, кроме почасовой оплаты труда. Он вдругповернулся и пошел к лифту. Спустившись в бар, он обнаружил целую компаниюмолодых женщин, сидевших за столиками. На любой вкус. За другими столиками былодовольно много участников их поездки. У стойки бара стояли несколько человек,среди которых он увидел Давида Матевосяна. Он шагнул к нему.