Его кровавый проект - Грэм Макрей Барнет

Также я должен отметить свой долг перед «Проповедями преподобного Августа Гэлбрейта» (1837–1909), вдохновившими похоронную речь его тезки в этой книге. «Полицейские показания» Джеймса Гэлбрейта перефразируют слова преподобного Джона Маккензи из прихода Локкаррон, который написал в своем «Статистическом отчете» в 1840 году: «Всего лишь в середине прошлого века жители этого округа были вовлечены в самое распущенное варварство. Записи пресвитерия, начатые в 1724 году, запятнаны отчетами о черных кровавых преступлениях и демонстрируют картину дикости, свирепости и непристойного потакания своим слабостям, уместную только при варварском состоянии».

Джеймс Брюс Томсон (1810–1873) был реальной личностью, и статьи, упомянутые в книге, можно найти в Интернете. Теории, выдвинутые мистером Томсоном в романе, непосредственно базируются на этих статьях, но его личность и характер — плод моего воображения, как и его мемуары. Точно так же и личность Джона Мёрдока примерно основана на личности радикального реформатора (1818–1903), носившего то же имя.

В 2013 году я получил от Шотландского книжного треста^[64] Премию новым писателям и в долгу перед этой организацией за поддержку и ободрение во время написания данной книги. Также я хотел бы поблагодарить всегда готовых помочь служителей Библиотеки Митчелла^[65] и Национального архива Шотландии в Эдинбурге.

Несмотря на полученные мною помощь и советы, я не претендую на звание эксперта ни по периоду, описанному в книге, ни по жизни Хайленда в целом. Это — роман, потому я позволил себе некоторые вольности в отношении исторических фактов и, по обычаю романистов, кое-что выдумал. Излишне говорить, что за любые погрешности, намеренные или случайные, полностью отвечаю я.

Я глубоко благодарен моему издателю, Саре Хант, за ее удивительный энтузиазм, щедрость и поддержку во время написания этой книги, а Крейгу Хиллсли — за дотошное и чуткое редактирование текста.

От себя лично я хотел бы добавить, что книга не появилась бы на свет, не посещай я часто Уэстер-Росс — и в детстве, и сделавшись взрослым, — и за этот дар я премного благодарен моим родителям, Гилмору и Примроуз Барнетам. Я должен также поблагодарить моего большого друга и главного слушателя, Викторию Эванс, которая всегда щедро тратит свое время; ее комментарии всегда уместны и проницательны.

И, наконец, Джен: спасибо тебе за твое терпение, поддержку, за то, что ты миришься с моей хандрой. Как Уна Макрей, ты — солнечный свет, лелеющий посевы.