Самба с зелеными человечками - Дарья Калинина

— А-а! — протянула Кира. — Только из-за лекарств? Их что, нельзя было в аптеке купить?

— В том-то и дело, что часть из них были привезены из других стран, — сказала Леся. — И в наших аптеках замены им не найти. Это для тебя аллергия — пустяк. А для Дины — серьезная проблема.

— Но все равно я не могу понять еще одну вещь.

— Какую?

— Помнишь, ты пыталась расспросить Олега Семеновича, чьи звонки были зафиксированы в личном телефоне Николая? — спросила у подруги Кира.

— Да, помню, — кивнула Леся. — Как он тогда орал! Ужас!

— Ну да, — подтвердила Кира. — Нам он ничего про эти оставшиеся в памяти номера не ответил, но сам должен был воспользоваться ими.

— И что?

— И если Дина готовила свое преступление в контакте с Николаем, то они должны были перезваниваться хотя бы для того, чтобы скорректировать все детали, — произнесла Кира. — Ведь в офисе «Турграда», я так поняла, Дина появлялась редко. Предпочитая работать у себя дома.

— Да, — кивнула Леся. — Понимаю твою мысль. Но когда Дина звонила Николаю, то всегда соблюдала осторожность. Все ее звонки были сделаны с телефона-автомата.

— Просто геройство! — восхитилась Кира. — С ее-то аллергией каждый раз таскаться к телефону. А когда Николай ей звонил? Что, он тоже к автомату бегал?

— Не хотела тебе говорить, чтобы лишний раз не расстраивать, но раз уж разговор зашел, то скажу, — вздохнула Леся. — В общем, да, бегал. Но, кроме всего прочего, у Николая в этой его личной трубке имелась куча телефонов разных девушек. И Олег Семенович потратил очень много времени, пытаясь выяснить их алиби.

— А искать-то был должен одну-единственную, у которой мама — доктор наук и папа — академик! — укоризненно воскликнула Кира.

— Никто не застрахован от ошибок, — развела руками Леся.

* * *

Однако окончательную картину преступлений нарисовал подругам все же Олег Семенович — тот самый человек, не застрахованный от ошибок. На следующий день после того, как Киру выписали из больницы, Олег Семенович пригласил обеих подруг к себе на разговор.

Кстати говоря, пока Кира лежала с сотрясением мозга, делать что-либо ей было решительно противопоказано. Она могла лишь полеживать и холить свою внешность. И благодаря такому режиму, последствия жуткой косметической маски бесследно исчезли.

Вернее, исчезли их негативные последствия. Новая кожа выглядела превосходно, словно у двухмесячного младенца. Никаких веснушек, морщинок или сыпи. Кроме того, кожа стала необыкновенно нежной, словно бочок у персика. В этом Кира убедилась сама и позволила убедиться Лесе.

— Кажется, у тебя дома еще оставался второй пакетик с этой маской? — задумчиво произнесла Леся. — Дашь мне его? — Если не побоишься, — пожала плечами Кира.

— Шутишь! — обиделась на нее Леся. — После всего случившегося меня уже мало что может испугать.

И она выразительно покосилась в сторону Олега Семеновича, грозный вид которого наводил на подруг некоторый трепет.

— Хочу с вами серьезно поговорить, — сказал он им, меряя свой кабинет огромными шагами взад и вперед.

У подруг вырвался легких вздох. И, не зная, чего ждать, они со страхом уставились на Вещего Олега. Тот, наконец остановившись, тоже пристально посмотрел на подруг.

— Испытательный срок бы обе не выдержали! — четко постановил он. — Сами должны понимать это.

Уф! А подруги-то думали, что речь пойдет о чем-то действительно неприятном.

— Мы понимаем, — довольно равнодушно отозвались они.

Такое удивительное равнодушие к сообщению Олега Семеновича объяснялось сразу несколькими причинами. Во-первых, им звонили с их бывшего места работы, из турфирмы «Орион», и просили вернуться обратно. Звонила им Верочка.

— Но просьба исходит лично от начальства, — конфиденциальным шепотом сообщила она.

— Вот пусть сами и позвонят, — ответила ей чрезвычайно польщенная, но скрывающая свои чувства даже от самой себя Леся.

Видимо, Верочка передала пожелание подруги руководству, потому что тем же вечером Кире уже звонил ее драгоценный Борисов.

— Кира, я был не прав! — сразу же заявил он ей. — И Дима тоже говорит, что я был не прав. Возвращайтесь с Лесей, мы вас ждем.

Подруги решили еще некоторое время помариновать в неизвестности своих друзей. И лишь затем сообщить о своем решении, которое, честно говоря, еще сами не знали, в чем будет заключаться.

А вторая причина, по какой подруги восприняли спокойно заявление Олега Семеновича, заключалась в том, что раскаявшийся в своей горячности Сафаил сделал наконец Кире предложение руки и сердца прямо в больнице, едва только его пустили в палату к больной.

— Работать тебе не придется вовсе! — ворвавшись с огромной охапкой белых, красных и малиновых роз, с жаром пообещал он девушке. — Не допущу, чтобы моя жена поднималась ни свет ни заря и ехала на службу. Выходи за меня, Кира, и ты никогда в жизни не будешь ни в чем нуждаться. Хочешь шубу, куплю тебе шубу. Хочешь машину… Хотя машина у тебя уже есть. Тогда квартиру! Или медовый месяц в тропиках! Хочешь? Только поправляйся. И не расследуй больше никаких убийств.

Аналогичное предложение получила и Леся от своего Артура. К нему прилагалась хорошенькая, юркая, словно зверек, машинка «Фольксваген Гольф» с элегантным букетиком на заднем сиденье.

— Специально для тебя выбирал! — сказал Лесе Артур, имея в виду и машинку, и букетик.

И тут же почти дословно повторил предложение, которое получила Кира от Сафаила. Артур также был готов баловать свою будущую жену любыми подарками, но.., в обмен на некоторые уступки с ее стороны.

— Чтобы больше никаких расследований! — твердо сказал он невесте. — Хватит с вас расследований. В этот раз чуть не убили Киру. А я не хочу, чтобы в следующий раз на ее месте оказалась моя жена. Я не для того на тебе женюсь, Леся, чтобы сразу же после свадьбы овдоветь.

И вот теперь подруги сидели в кабинете Олега Семеновича и с интересом наблюдали за его лицом. Ясное дело, он вызвал их к себе не только для того, чтобы сообщить, что испытательный срок они позорно провалили. Для этого было бы достаточно и обычного визита в отдел кадров.

Хотя выведенная Кирой из строя компьютерная система до сих пор барахлила. И нервно реагировала на любого постороннего человека. Что уж говорить о Кире, которая ее и довела до такого печального состояния.

Так что, возможно, Киру в этот отдел просто больше бы не пустили. Сонир также обходил Лесю с Кирой стороной, словно прокаженных. И если думал, что они не видят, плевал через оба плеча, шепча при этом что-то очень сердитое о светлоглазых дочерях шайтана.

— Так вот, — произнес наконец Олег Семенович, — как я уже сказал, испытательный срок в качестве секретарей вы не выдержали. И хотя Иван Тимофеевич, будучи человеком крайне мягким и снисходительным, соглашался оставить вас у себя в отделе и даже настаивал на вашем повышении, но я не настолько добр. И поэтому…