Перспектива смерти - Ярослав Питерский

На трассе машин было немного. Но проезжая мимо черного авто стоящего на обочине – они слепили фарами салон. Раннее декабрьское утро было больше похоже на ночь. Лишь слабый отсвет на востоке напоминал – тьма скоро растворится.

Молчание нарушил Поляков. Они сидели на переднем пассажирском сиденье и мял в руках пакет:

– Скажи, а ты раньше вот такую сумму, когда ни будь, в руках держал?

Кавказец сидевший за рулем покосился на пакет затем на Виктора:

– А зачем тебе?

– Ну, просто. Я вот не держал.

– А я держал. Правда, два раза. И вот сейчас подержал, – азербайджанец говорил почти без акцента. Послушай, а ты действительно поможешь нам моего брата выручить?

– Ну, надеюсь.

В салоне повисла пауза. Кавказец выбросил в окно окурок и глубоко вздохнул:

– Скажу тебе честно. Я не люблю ментов. И не доверяю им. Но Кабаев дал слово – ты честный мент. И, ты поможешь. А его слово весомое. Почти закон для нашей общины. Он мне как отец. Поэтому я ему верю. Но тебе вот честно скажу – ментов, я не люблю, и ты это знай.

– А почему?

– Что почему?

– Ну, ментов не любишь?

– Они меня чуть зрения не лишили. Один раз в участке так били – два ребра сломали и голову пробили возле виска. Я почти ослеп. Потом лечился долго.

– А за что били то? – хмыкнул Поляков, ему вдруг стало стыдно за тех неизвестных коллег, намявших бока этому азербайджанцу.

– Как за что? Денег хотели. Участковый и еще опер какой-то. Но я им не дал. Вот они меня и били. Шакалы!

Виктор помолчал. Кавказец понял, что немного перегнул. Он вздохнул и тихо сказал:

– Ты извини, если обидел.

– Да нет ничего. Просто и среди нас есть шакалы и среди вас шакалов хватает.

– Ты, о чем? Об азербайджанцах? – вспыхнул негодованием водитель.

– Нет, я о торговцах с рынка, – ехидно ответил Виктор.

– А! Да, этот так, – успокоившись, согласился азербайджанец.

Но Виктор говорил с водителем почти автоматически. Он не произвольно отвечал на вопросы. Голова его была забита совсем другим. Куда – заставят их ехать?! На какой пустырь? Быстрее бы светало! Быстрей! В темноте очень опасно и сложно работать. Даже если у снайпера прицел ночного видения – ему еще надо занять позицию. А это время.

Но темнота словно издеваясь – не хотела отступать. А тут, за городом, на трассе с фарами встречных автомобилей, которые слепят – еще сложней.

Звонок телефона раздался как приговор. Виктор почувствовал, что азербайджанец вздрогнул и засуетился. Поляков этого не видел, но он почти слышал – как забилось сердце у водителя.

Виктор нажал кнопку:

– Да!

– В трубке послышался сухой голос Кабаева.

– Они просят вас выйти на улицу. Одеть, пакет на голову и выйти на улицу. Рахим должен стоять рядом с капотом – вы на обочине с пакетом в руках.

– То есть как? Прямо на дороге? Они ведь говорили – пустырь будет?! – вскрикнул Виктор.

Кабаев секунду молчал, потом сурово ответил:

– Они передумали. Причем они говорят – если через тридцать секунд вы не выйдете – не какого обмена не будет, а голову Гейдара они пришлют позже. Прошу вас – сделайте, как они просят.

– Черт! – Виктор отключил телефон.

Он понял, что препираться бессмысленно. Тридцать секунд. Поляков надеялся, что его хорошо сейчас слышат спецназовцы, которые находились в укрытие за поворотом. Виктор верил, что его слышит и Толстиков. Поляков, почему-то очень этого хотел. Он поймал себя на мысли – что доверяет чутью гебешника.

Водитель со страхом спросил:

– Что? Что говорят?

Виктор схватил азербайджанца за плечо и толкнул:

– Вылезай! Немедленно вылезай и становить возле капота! – Поляков стал натягивать себе на голову белый полиэтиленовый пакет.

Азербайджанец с ужасом смотрел, как он это делает.

– Ну, чего сидишь! – заорал Виктор и ударил водителя в бок.

Тот засуетился и нервным движением рванул за ручку. Мужчина буквально вывалился на улицу. Упав на колени, он суетливо поднялся и подбежал к переду автомобиля.

Виктор надел пакет и постарался максимально приблизить к глазам, дырочки, которые он предварительно прорезал ножницами. Конечно, обзор был не очень, но кое-что можно было рассмотреть. Поляков вышел из автомобиля с пакетом на голове и встал на обочине. В руках он сжимал еще один пакет с деньгами.

Секунды ожидания длились часами. Виктор слышал – как ухало его сердце. Пульс был явно за сотню. Сквозь дырочки Поляков видел лишь краешек темной трассы. Машин не было. Сколько еще ждать? А если они вообще не приедут?

Но через секунду вдалеке показался свет фар встречного автомобиля. Он надвигался с огромной скоростью – слепя Полякова и азербайджанца. Водитель непроизвольно прикрыл глаза ладошкой. В это момент, автомобиль свернул и выехав на встречную полосу, вплотную подъехал к капоту машины, рядом с которой стояли Виктор и азербайджанец.

Визг тормозов.

Секунда, другая. Виктор, вглядывался, но тщетно. Свет фар слепил. Было слышно, что хлопнула дверка. Шаги. Скрип снега. Из подъехавшего авто (Поляков даже не смог разобрать марку) вышел человек. Он, медленно приближался к Виктору. Шаг, еще. Тяжелая рука легла на плечо.

Грубый голос шепнул:

– Пакет держи крепче и пошли со мной, – Поляков почувствовал, как к его лубу придали, что-то железной.

Холод вороненой стали обжигал даже через полиэтилен.

Пистолет. Ребята серьезные Ситуацию поменяли в секунды. Просто – изменили схему передачи. Отход – трасса. Темнота. Погоня – затруднена. До спецназовцев километр, а то и больше. Одно слово – чувствуется почерк профи. Нужно слушаться – а то мозги разлетятся по пакету. Деньги вырвет и уйдет.

– Пошел вперед – шепнул грубый голос.

Виктор, повиновался. Когда они поравнялись с водителем, стоявшим у капота – Поляков услышал хлопок. Что-то рухнуло у ног. Виктор понял – его похититель застрелил азербайджанца. Тот, застонал и что-то причитал. Секунда и еще один хлопок. Все. Тишина.

Господи – как легко он лишил жизни человека!

Но Виктор не испугался. Он взял себя в руки. В спину больно толкнули пистолетом.

– Садись в машину! – приказал похититель.

Виктор сел в салон на заднее сиденье. Похититель рядом. Резкий рывок и пакет с деньгами вырвали из рук. Щелчок переключения коробкой передач и машина дернулась с места – свистя покрышками по обледеневшему асфальту.

Похититель деловито расстегнул Полякову рубашку и пошарив по телу нашел приклеенный микрофон прослушки. Вырвав провода, он открыл окно и выбросил их.