Нимфа с большими понтами - Дарья Калинина

— Как это?

— Отец Глеба отнес все свои сбережения и вложил их в финансовую пирамиду, основанную Олегом Сафроновичем, — сказал Коля. — А когда она рухнула, он потерял все деньги.

— Многие потеряли, и не только на финансовых пирамидах, — пожала плечами Кира. — В нашей стране была еще инфляция, дефолт и прочие милые штучки.

— Может, оно и так, — согласился с ней Коля. — Только для Глеба жизнь распалась как бы на две половинки. Одна — до того момента, когда отец отнес свои сбережения в частный банк. А вторая началась после. Первая была вполне счастливой. А вот вторую так назвать никак нельзя. Отец Глеба так разволновался, что рассудок его помешался. Он стал вытворять безумные вещи, стараясь нанести ущерб своему врагу. А когда у него ничего толком не получилось, так разболелся, что даже слег в постель. Вскоре его разбил паралич. Болезнь подточила его рассудок. И он превратился в жуткое полубезумное создание, не способное даже на самые простейшие действия.

— Ужас, — содрогнулась Кира.

— Из всех чувств, которые испытывал отец мальчика, самым сильным оказалась ненависть к человеку, из-за которого, как он считал, в один день превратился в убогого нищего калеку. В живой труп.

— Какая чушь! — фыркнула Кира. — Себя надо было винить, что был таким идиотом!

— Тем не менее отец Глеба до этой простой истины не додумался. И сам Глеб тоже вырос в твердом убеждении, что Олег Сафронович Сенчаков — злой гений, лишивший лично его буквально всего. И конечно же, он должен за свое злодейство поплатиться. А еще лучше поделиться бесправно нажитым богатством.

— С кем? — хмыкнула Кира. — С Глебом?

— Именно.

— Неплохо придумано, — фыркнула Кира.

— Ловкий какой! — добавила Леся, явно излечившаяся от своей любви к Глебу.

— Но основная трудность заключалась в том, что Глеб не представлял, как ему подобраться к деньгам своего врага, — продолжал рассказывать Коля, ловко уминая уже третий мясной пирог.

Подруги со все возрастающей тревогой следили за его челюстями. Пирог на столе оставался всего один. А конца рассказа, судя по всему, еще и не видать. Кира незаметно встала и пошарила в холодильнике в поисках съестного. Увы, там были только блины от поминок, несколько банок паштета, коробка плавленого сыра и помидоры. И как раз в этот момент раздался голос Коли:

— А что, пожевать больше ничего не найдется?

Хмыкнув, Кира извлекла из холодильника эти ингредиенты, разложила на столе и приступила к приготовлению блинчатого слоеного пирога, не скупясь на начинку и прокладывая слоями паштет и блины, сыр и блины, помидоры и снова блины.

— Надеюсь, этого для обжоры хватит, — бормотала она себе под нос.

Коля тем временем продолжал рассказывать:

— Но совершенно неожиданно Глебу повезло. Он познакомился с чудесной девушкой Оксаной. А узнав, как фамилия прелестницы, и услышав имя ее дяди, окончательно понял, что судьба подарила ему так долго вымаливаемый у нее шанс.

— Он женился на Оксане, желая подобраться поближе к деньгам ее дяди, которые считал своими? — воскликнула Кира.

— Так вот почему он все время стонал, что он свою жену не любит и никогда не любил.

— Мол, жениться на ней его вынудили разные там печальные обстоятельства.

— А мы ему не поверили! — подхватила Леся. — А он, выходит, не врал!

— Уж не знаю, любил он Оксану или только ловко притворялся, но своего он добился, — ответил Коля. — Оксана стала его женой. И теперь Глеб был вхож в дом своего врага.

— Но по-прежнему не имел доступа к его деньгам!

— Глеб над этим работал, — ответил ей Коля. — И очень плодотворно.

— Ты имеешь в виду смерть Олега Сафроновича? — подняла голову от приготовления блинчатого пирога Кира.

— Конечно, теперь доказать что-либо будет уже вряд ли возможно, — вздохнул Коля. — А Глеб вряд ли признается в содеянном. Какой смысл ему брать на себя еще одно преступление? Но думаю, что антенна на крыше дома не случайно вышла из строя. А черепица не случайно оказалась плохо пригнанной. И, учитывая, что все это произошло на следующий день после отъезда Глеба и Оксана из дома ее дяди, невольно закрадывается мысль…

— Что Глеб приложил руку к этой смерти! — воскликнула Леся.

— И не к ней одной!

Теперь подруги не сводили горящих глаз с Коли. А тот, видя их неподдельный интерес, даже забыл про еду. И целиком посвятил себя рассказу.

— После смерти Олега Сафроновича главной наследницей всего его немаленького состояния, безусловно, становилась мать Илюши, — продолжал Коля. — Но Глеб тоже не терял даром времени. Находясь в доме своего врага, он пронюхал о его главном сокровище, которое тот прятал где-то здесь. Где именно, не знали ни жена, ни мать Олега. А вот Глебу удалось узнать!

— Как?

— Какое сокровище?

Коля покачал головой.

— Как ему это удалось, я вам сказать не могу, — ответил он. — Вероятней всего, он подслушал или подсмотрел, где его прячет Олег. А вот что это было такое, сказать могу. Эта вещь, по слухам, была наделена магическими свойствами. И к тому же обладала вполне реальной и уникальной музейной ценностью. В среде коллекционеров и антикваров ее знали под именем Куалонг.

— Боже мой! — ахнула Леся. — Ну, конечно! Куалонг!

— Но это же какое-то полулегендарное королевство на Востоке, — сказала Кира.

— Вижу, что вы хорошо осведомлены, — хмыкнул Коля. — Небось тоже прочитали ту брошюрку из библиотеки?

— Да, — признались подруги. — Проштудировали все, что касается этого Куалонга, от корки до корки.

— Так вот, должен вас разочаровать, Куалонгом в настоящее время называется очень крупный брильянт чистейшей воды со слегка кровавым оттенком. Верней, три его части. Якобы этот камень был найден на территории легендарной страны Куалонг, оттуда, собственно говоря, и взялось его название.

— И что же? — Кира слушала, затаив дыхание.

Теперь, когда этот Куалонг обрел осязаемые черты, она готова была слушать о нем часами.

— Ну так вот, впоследствии камень был расколот на три части, из которых и был изготовлен некий магический амулет, который якобы должен был приносить долголетие и плодовитость каждому, кому посчастливилось им обладать.

— И что?

— У Олега Сафроновича долгое время не было детей, — сказал Коля. — А он, как всякий богатый мужчина, мечтал о наследнике. И потому, когда ему во время его вынужденных странствий за пределами России предложили приобрести амулет с подобными чудесными свойствами, Олег Сафронович тут же согласился.

— И купил?

— Приобрел, между прочим, отдав за него значительную часть своих сбережений, — ответил Коля. — Привез в Россию и спрятал.