Серебряная пуля - Виталий Гладкий

Я не знаю, откуда, с какой стороны мне ждать напасти. Сразиться со мной лицом к лицу он не посмеет, однако постарается нанести удар из-за угла. Поэтому я обречен. Прости меня, мой мальчик, но я сделал так, что в определенные моменты ты будешь обретать Силу. Как я это сумел — не суть важно. Но Сила — я это предвижу — может тебе пригодиться. Главное другое — со временем ее проявление исчезнет. И это хорошо. Потому что последствия применения Силы для человека, не владеющего оберегом, очень неприятны, а иногда могут быть опасными и весьма болезненными.

В заключение хочу сказать следующее — оберег Вечного Змея твой. Ты заслужил его, если сумел преодолеть все препятствия и вычислил, где он находится. Я догадываюсь, Алексеюшка, что тебе пришлось очень тяжело. Но если ты вышел из всех передряг, то честь тебе и хвала, а также награда в виде долгой жизни. Только прежде хорошо подумай, нужна ли она тебе. Потому что, надев оберег на шею, ты вряд ли снимешь его по доброй воле. Это очень сложно. Кроме того, в конверте лежат рецепты разных настоек. Их нужно пить обязательно. Иначе Сила разрушит тебя изнутри очень быстро.

Все. Прощай, Алексеюшка. Не держи на меня зла».

М-да… Я потерянно глянул на оберег, затем еще раз перечитал написанное… Чудеса, да и только. Попадись мне это послание с того света до того, как началась вся эта история, никогда бы не поверил, что такое возможно. Но теперь приходится верить. И как мне быть?

Я просидел в глубокой задумчивости битый час. Затем решительно порвал на мелкие клочки письмо Африкана, а также листочки с колдовскими рецептами и сжег обрывки. Потом я поставил на место крышку тайника, завертел шурупы, вернул Аиду в гробик, привел его в надлежащий вид, закопал, предварительно углубив могилку, насыпал поверх ящичка камней, и, разровняв место захоронения, уложил на него несколько кусков дерна.

При этом мне на память пришли слова знахарки Анастасии Спиридоновны. Похоже, мое окончательное избавление от колдовских чар и впрямь находится в этом медальоне. Она сказала, что нужно выбросить эту вещь в реку, потом стать под душ и смыть всю грязь, которая на теле, при этом читая «Отче наш». Но теперь я даже прикоснуться к оберегу Африкана боялся, не то что везти, а затем нести его к реке. Пусть лежит там, где ему предназначено лежать его хозяином — под Чертовым Пальцем.

Не нужна мне долгая жизнь! Она приносит удовольствие человеку лишь тогда, когда его окружают друзья-товарищи, любимые женщины, дети, внуки. А когда все они уходят, на кой ляд и Сила, и возможность жить века — среди людей, но в полном одиночестве. Это уже не награда, не дар древних богов, а наказание. Ну нет уж! Может, я и не совсем умный, но не до такой степени, чтобы обречь себя на долгие страдания.

— Кар-р! Кар-р!

Я вздрогнул и дернулся в сторону. Мне показалось, что ворона каркнула мне прямо в ухо. Однако это было не так. Во-первых, каркнула не ворона, а огромный черно-сизый ворон. Во-вторых, он сидел высоко, на самой верхушке Чертова Пальца. Склонив свою большую голову набок, ворон глядел на меня с пристальным вниманием. Казалось, он хочет что-то спросить или сказать мне. Некоторое время мы смотрели друг на друга в каком-то странном оцепенении, затем ворон взмахнул своими мощными крыльями, взлетел в небо, как стратегический ракетоносец, и вскоре скрылся за ближайшей тучкой, послав мне на прощание свое громкое «Кар-р!».

Может, это душа Африкана? Или он сам, превратившийся в птицу? Кто его знает? И вообще, от таких тайн нужно держаться подальше! Я решительно развернулся и потопал вниз, к своей машине. Там меня ждала Мария. Просто Мария. Нет, не просто! В машине меня ждала моя невеста.

«Они жили долго, вместе состарились и умерли в один день». Что ж, сказка ложь, да в ней намек…

Урус-шайтан — прозвище Ивана Сирко, непобедимого кошевого атамана запорожцев, который был характерником. Наибольшие лавры он завоевал в борьбе с турками и крымскими татарами. Выдающийся исследователь Запорожской Сечи Дмитрий Яворницкий насчитал 55 побед И. Сирко при полном отсутствии поражений.