Леди Феникс - Татьяна Полякова

- Не ожидал. Как ты меня вычислила? Или в самом деле междунами незримая связь? Я тебя за версту учую, ты меня. Мы будем лучшей парочкой вмире.

- Старика зачем убили?

- Какого старика? - удивился Саша.

- Отца Юли Боковой, она встречалась с братом Каримова.

- Первый раз об этом слышу.

Я была склонна поверить. Какой смысл ему врать?

- Так вот, ребята на тебя сильно осерчали, стало ясно, что сними надо поскорее прощаться, навеки, я имею в виду, не то они возьмутся затебя. Но Каримов сразу после чудесного появления бойцов ОМОНа на складе точнорастворился в воздухе. У него оказался большой опыт по этой части.

- Тебя на складе не было?

- Если бы был, то не дал бы им уйти. Валя тоже залег на дно.Валя так, ерунда, а вот задираться с идейными борцами... Я знал, они появятся,чтобы поквитаться с тобой. И повис у тебя на хвосте, как приклеенный. Да вотбеда, двадцать четыре часа в сутки на ногах долго не выдержишь, а твой дружок,как на грех, убрал своих ребят, то они с тебя глаз не спускали, когда в этом небыло никакой необходимости, то вдруг исчезли, когда я очень нуждался в ихсодействии. Короче, Каримова я прошляпил. Только когда один маячок мигал наместе, а другой стал стремительно удаляться от города, я понял, что-то не так.

- Маячок? - не поняла я.

- Ага. Один в твоей машине, другой в сумке.

- Но...

- Я нацепил его в магазине, - улыбнулся Саша.

А я вспомнила, как незнакомый мужчина нечаянно толкнул меняв магазине, я уронила сумку, а он помог ее поднять.

- Артист, - усмехнулась я.

- Благодарю за комплимент. Конечно, сумка ерунда, у таких,как ты, их десяток, но что делать, пришлось рисковать, одежда в этом смысле ещеменее подходит. К счастью, эта сумка тебе чем-то приглянулась. Похвальнаяприверженность к одной вещи спасла тебе жизнь. Дальше рассказывать или оставимна потом?

- Рассказывай.

- Так вот. С маячками творилось черт-те что, и я здоровосдрейфил, потому что маячок в сумке вполне мог работать и на мертвом теле.Такие мысли радостными не назовешь, и я припустился следом со всей возможнойскоростью. Нервозность скверная штука, мне она сослужила плохую службу. Свернувна проселочную дорогу, я проехал километров десять и налетел на какую-то хрень,оба баллона выстрелили, а я в кювете. Когда очнулся, маячки по-прежнему мигали,а сколько времени я был в отключке, не ясно. Очень скверная ситуация. Мнесрочно была нужна машина, а дорога пуста. Не помню, чтобы я когда-нибудьчувствовал себя так паршиво. Пешком, даже при хорошей скорости, на двадцатькилометров уйдет много времени. А у меня его не было. Стыдно признаться, но ямалость запаниковал. Надо было на что-то решаться. И я позвонил твоему дружку,благо что хоть связь была. Если я до такого додумался, можешь представить, вкаком был состоянии, и припустился бегом. Тагаев показал себя молодцом.Примчался на своем "Хаммере", точно на ракете. В роли спасителя онмне совсем не нравился, но что делать.., лишь бы не опоздать. Тагаев промчалсямимо, а я трусил следом. С маячком творилось что-то невообразимое, он метался,словно сумасшедший, я понять не мог, что происходит.

- Я тоже бегала, - кивнула я. - Без определенного маршрута.

- Понятно, - вздохнул Саша. - Потом он замер на месте, и мнестало очень не по себе. Они, должно быть, услышали шум мотора и не рискнулистрелять. Впрочем, вид у тебя был такой.., они были уверены, что ты труп.Швырнули в овраг, забросали ветками и уехали по другой дороге. Тагаев нашелтебя. Когда я появился поблизости, он выл, сидя рядом с тобой. Признаться, меняэто впечатлило.

- Так это его я слышала?

- Странно, что ты вообще что-то слышала. Его впечатленныетоварищи стояли рядом, уверен, они пережили катарсис.

- Рада, что тебя это порадовало.

- Ничего подобного, я его тоже пережил. - Он подошел, взялменя за руку и долго смотрел в глаза. - Я никогда не забуду той минуты, -сказал тихо. - Вот тогда я понял... Разные глупые мысли бродили в моей голове,- улыбнулся Саша. - Очень разные и очень глупые. И когда самая глупая показаласьсамой желанной, Тагаев вдруг заорал: "Она жива". Я видел его парнейна краю оврага и хорошо слышал его слова. И подумал, что господь меня любит.Тагаев, похоже, мало что соображал, но среди его парней нашелся умник, сказал,что трогать тебя нельзя, вызвал "Скорую". А я припустил назад кдороге. Вот тут мне повезло. Появился какой-то тип на вполне приличной тачке. Яручками помахал, он притормозил, с намерением меня объехать, но у меня былидругие планы. В общем, мы немного потолковали, и он пошел себе своей дорогой, ая поехал. На шоссе разминулся со "Скорой". Я направился в город, аона за тобой. Пока было время, я малость подготовился. Вскоре появилась"Скорая", и Тагаев у нее на хвосте. Я пристроился сзади, и мыблагополучно прибыли в больницу. Тагаева в приемный покой не пустили, а япрошел. Опять удача поперла, две каталки, на одной ты, на другой дядя послеаварии, суета, все бегают без всякого толку. Ну, я тихо вывез тебя, а уподъезда уже ждал мой приятель на другой "Скорой". Десять минут, и тыздесь.

- Зачем? - вздохнула я.

- Что "зачем"? - нахмурился Саша.

- Зачем я здесь?

- Ну, это просто. Там я бы не мог быть рядом, а здесь -пожалуйста.

- Ты бы хоть подумал, каково сейчас моим друзьям?

- Так я им сообщение послал. "Не беспокойтесь, у менявсе прекрасно".

- Ответ получил?

- Ага. Но лучше я о нем умолчу.

Он и вправду был отличной сиделкой, кормил меня с ложки,болтал, чтобы рассмешить, и дремал в кресле, когда я спала. Мы пробыли вместееще три дня. Потом я сказала:

- Раздобудь мне одежду. Клинику засветить ты вряд лизахочешь, можешь быть уверен, я буду о ней молчать. Еще мне нужен телефон.

- Вот как, - усмехнулся он, помедлив. - Я тебя правильнопонял?

- Думаю, да.

- Можно спросить, почему ты так решила?

- Спросить, конечно, можно, - вздохнула я. - Только зачем?Ты и так все прекрасно знаешь.

- Если ты скажешь, что любишь своего Тагаева, я тебе неповерю.

- А я и не буду этого говорить.

- Тогда почему?

Мне было странно, что он задает этот вопрос, но он его задали ждал ответа.