Муму с аквалангом - Дарья Донцова

– Заткнись! – рявкнула Эмма и ушла.

К ужину Томе стало понятно, что характерхозяйки, после того как она предприняла героическую попытку избавиться отсигарет, сильно изменился в худшую сторону. Эмма все пила сладкий чай, надеясьсахаром забить никотиновое голодание. Тамару она опять отправила в домик околопяти вечера. Наутро домработница почувствовала запах дыма. Поняв, что Эмма невыдержала, Тамара, увидев ее, сказала:

– Мой брат водку пил каждый день…

– Хочешь рассказать историю своей семьи? –просипела Поспелова. – Мне совсем не интересно, займись делом.

– Один раз он решил закодироваться, – несмотряна приказ, продолжила Тамара, – неделю не квасил, внезапно получил обострениеаппендицита и очутился в больнице.

– Ты дура! – рявкнула Эмма. – Аппендицит несвязан с выпивкой!

– Совпадение, – кивнула Тамара, – сделалиСашке операцию, а ему совсем худо стало, и тогда врач велел: дайте ему водки, ато помрет!

– И доктор кретин, – нервно перебила ее Эмма.

– Он объяснил, что человеческий организм кзаразе привыкает и без нее не живет, – прошептала Тамара. – Если от вредныхпривычек избавляетесь, то надо медленно, по капельке отвыкать, а не махом, каквы. Курите не три пачки в день, а две, затем одну… Если бросить, как отрубить,плохо вам будет. Вон как у вас голос сел!

– Да пошла ты… – прошипела хозяйка. – Вали накухню!

Тамара на плохо слушающихся ногах поплелась вкухню. Домработница была страшно зла на себя. Ну зачем полезла со своимисоветами? Захотела приободрить больную хозяйку? Она нарушила первое правилоприслуги: не лезь, когда не просят. И видно, Эмме совсем плохо – раньшеПоспелова никогда не ругалась матом, была с Тамарой вежлива, корректна исдержанна. А тут нецензурное выражение…

На кухне Тамара испытала шок: она обнаружилапустую кастрюльку из-под овощного рагу. Эмма ела мало, у нее после аварииболели не только кожа с мышцами, но и желудок. Тушеные кабачки с помидорамибыли приготовлены Тамарой на два дня, хозяйка же истребила еду за один ужин.Кроме того, в мусоре обнаружилась пустая бутылка из-под вина. В доме имелсябар, забитый алкоголем, но Эмма к нему никогда не прикасалась.

Около трех часов дня Поспелова позвалапомощницу и велела ей:

– Съезди за продуктами. Купи йогурты, творог…И почему в доме нет ни ветчины, ни колбасы?

Вот тут Тамара изумилась до остолбенения иснова совершила ошибку.

– Вы же вегетарианка, – напомнила она, – мясодаже не нюхаете.

Эмма встала из кресла.

– Решила мною руководить? Указывать, что мнеупотреблять в пищу?

– Нет, нет, – залепетала Тамара, – но вы самистолько раз говорили… предупреждали… никакого мяса… даже курицы.

– Колбасы! – заорала Эмма. – И ветчины! Немне, гости придут!

– Гости? – оторопела Тамара. – К вам? Сюда?

Поспелова плюхнулась на диван.

– Чем вызвано твое удивление? – понизив тон,спросила она.

– Сколько я у вас работаю, первый раз о гостяхслышу, – ляпнула Тома.

Хозяйка вскочила и заорала:

– Вали в магазин! Убери дом, неряха! Хватитсовать свой нос в мои дела! Живу, как хочу, и не собираюсь перед тобой,поломойкой, отчитываться! Дура! Мерзавка!

Подгоняемая криком, Тамара кинулась в холл.Она обрадовалась, что Эмма послала ее за покупками. Авось, пока она мотается всупермаркет, Поспелова придет в себя.

Два часа, потраченные на хождение по лавкам,Тамара не уставала удивляться произошедшей с Эммой метаморфозе. Домработницанедоумевала до тех пор, пока на кассе ее не спросили:

– Ты сигареты не забыла? Всегда блокамиберешь.

– Нет, – помотала головой домработница, –хозяйка решила бросить курить.

– Ну держись теперь! – покачала головойкассирша. – Моему мужу врач велел про табак забыть, так я чуть с ним неразвелась. Сумасшедшим стал! Орал на детей, меня ударил… Терапевт потомобъяснил: никотин выходить начал, он организм отравляет. Вот когда весь ядвытечет, тогда человек в нормальное состояние вернется. Еле дождалась!

И Тамаре стало ясно: Эмма страдает, какнаркоман, у нее ломка.

Домработница приволокла покупки и вытащилапылесос. Но затеять уборку ей не удалось. Хозяйка вошла на кухню, положила настол конверт и холодно произнесла:

– Тут зарплата за три месяца вперед. Уходи.

– Куда? – не поняла Тамара.

– Мне все равно, – дернула плечом Поспелова. –Ты уволена!

– За что? – удивилась Тома.

– За лень, болтливость и желание руководитьхозяйкой, – отчеканила Эмма. – Час тебе на сборы. Если спустя шестьдесят минутты не уметешься, я вызову полицию!

Тамара заплакала и побежала в домик складыватьнехитрые пожитки…

– Вот стерва! – вздыхала она сейчас. –Прикидывалась нормальным человеком, а потом мурло вылезло. Истеричка ипсихопатка. Вот что с людьми никотин делает! Спасибо, научила меня, я теперь вчастный дом служить не пойду. Кафе, ресторан, фитнес-центр, магазин… вездеуборщицы нужны. Лучше в учреждении с тряпкой прыгать, чем снова нарваться настерву, которая тебя ни за что ни про что взашей из-за собственных капризоввыпрет. Знаете, кого она на мое место взяла?

– Новую девушку? – спросила я.

– Не профессионалку, – фыркнула Тома, – совсеммолодую, неопытную. Она ко мне приходила, хотела поговорить.

– Интересно о чем?

Тамара улыбнулась.

– Место малолетней дурочке замечательнымпоказалось. Платят хорошо, предоставляют жилье, еда за хозяйский счет. Вот онаи боялась, что накосячит, а ее вон турнут, понимала: горничная из нее, как изменя боксер. Пришла опыта поднабраться. Только я на Эмму дико злая была, вот ипослала девчонку вон. С какой радости я должна ей лекции читать? Правильно?

– Наверное, да, – протянула я, – не знаю. Ноодно точно: Поспелова плохо с вами поступила.

Расставшись с Тамарой, я посмотрела на часы имедленно поехала к дому, где Петр Зарубин собрался устроить веселую вечеринкудля особо приближенных людей.