Не умирай в одиночку - Георгий Ланской

– Пошли, – прошипела Юлька и потащила меня к кабинету. Пока я отпирала дверь, она приплясывала рядом, словно припадочная. Дверь за нами она тщательно закрыла, а потом, вывалив из своей сумочки все содержимое, она выхватила из нее бумажный пакет.

– Гляди, – сказала она и ткнула пальцем в одолженную мной фотографию.

– Гляжу, – покорно произнесла я. Сумасшедших, как известно, лучше не раздражать, а Юлька на таковую сейчас очень походила. – Что конкретно я должна увидеть?

– Это вот у нас кто? Вон тот, с толстым пузом позади губернатора?

– Это его первый зам, – спокойно разъяснила я. – Юль, может коньячку или валерьянки?

– Коньячку. Но потом. Как бы после всего этого он нам обеим не понадобился. Смотри сюда, что это у него такое на ноге?

Я пригляделась. На ноге заместителя губернатора виднелось что-то темное.

– Кажется, родимое пятно. А что? Или с нынешнего года иметь родимое пятно запрещено законом?

Юлька что-то буркнула и вытащила из пакета фотографию. Она была омерзительной. На фото двое мужчин в масках занимались сексом с молодой женщиной со спутанной гривой темных волос. Женщине, судя по ее виду, происходящее отнюдь не нравилось, лицо было искажен криком, впрочем, его почти не было видно. Фото было смазанным и явно сделанным с видео.

– Смотри сюда, – сказала Юлька и ткнула пальцем в ногу одного из мужчин. Я охнула. На ноге одного из мужчин, грузного и пожилого, красовалось темное пятно.

Я медленно осела с кресло.

– Это что?

– Это фотографии со съемок порнофильма. В главной роли – Наргис Омарова, по прозвищу Гюрза. Через двадцать минут ее приколотят к стене гвоздями и зарежут. А в роли одного из насильников, судя по всему, Николай Степанович Суриков, первый зам нашего губернатора, – безжалостно произнесла Юлька.

– Дай закурить, – простонала я. – Это ж надо… А ты в этом уверена? Да дай же сигарету, черт побери! У меня в сумочке…

Юлька швырнула мне вынутые из сумки сигареты, которые я таскала только для исключительных случаев. После нескольких затяжек, ко мне вернулась возможность соображать здраво.

– Юль, это почти невозможно будет доказать, – сказала я безрадостно. – Что у тебя есть кроме этого родимого пятна? Да он его сведет за две минуты, а потом предъявит девственно чистую ногу на суде. И что? Грош цена твоим доказательствам. Скажет – совпадение.

– Между прочим, Суриков к нам прибыл из соседней губернии, той самой, где совершались все эти преступления прежде. Там он был вторым замом губернатора. А до этого был в высоких чинах в другом городе, где тоже убивали женщин. Как тебе нравится такое вот совпадение? – мрачно осведомилась Юлька. – Я все проверила. А знаешь, кто сопутствовал ему во всех передвижениях? Наш нынешний начальник Управления внутренних дел, господин Чернов. Там он тоже занимал нехилые посты и даже как-то странно, что его столь странно мотыляли по всем областям России. А теперь задай вопрос: почему же до сих пор на неуловимую банду насильников и убийц так и не вышла милиция? Да потому что ее крышевали с двух сторон и зам губернатора, и начальник УВД. Не думаю, что тамошние менты были тупее наших. Просто их работу тормозили изо всех сил. Наверное, и наших так же тормозят. Между прочим, дела об этих убийствах в нашей области до сих пор не объединены в группу.

– Как? – удивилась я. – После всего, что вы рассказали милиции?

– А вот так! Я до сего момента думала, не объединили, потому что милиция у нас – народ необразованный, в чатах не сидит, в Интернете не ориентируется. А оказывается было распоряжение свыше не объединять эти дела, поскольку в этих убийствах ничего общего нет, согласно версии начальства, то бишь Чернова.

Юлька перестала метаться по комнате и рухнула в кресло, мрачно глядя перед собой. Я тоже молчала. А что тут нужно было сказать? Если верить Юлькиной версии (а не верить ей у меня не было оснований), то все было слишком серьезно. Судя по сдвинутым на переносице бровям, Юлька думала о чем-то похожем.

– Дай мне слово, что ты не полезешь никуда, – потребовала я. – Они тебя сожрут и костей не оставят.

– Да что я, дура, – отмахнулась Юлька. – Я все прекрасно понимаю и боюсь лишнее движение сделать. Только оставлять этого тоже нельзя. Они ведь продолжат убивать, Виль. И никто их не сможет остановить.

– С ментами больше не контактируй, – приказала я. – И Никитосу то же самое передай. Если твои предположения верны, неизвестно кто из них в связке с Черновым и Суриковым. Вряд ли они все делали самостоятельно. У них должны быть помощники для мокрых дел. Такая публика возиться в грязи собственными руками не будет.

– Это точно, – вздохнула Юлька. – Надо в ФСБ стукнуть, пусть они этим делом занимаются. У тебя есть кто-нибудь в ФСБ?

– Сдурела?

– Нет? Жалко. Не могу же я придти туда просто так и рассказать все первому встречному. По закону подлости окажется, что именно он тоже повязан с нашими бандитами.

– Пусть Сашка этим займется. У него связей поболее, чем у вас с Никитой вместе взятых. Или тебя прельщают лавры раскрывшей это преступление?

– Да где там… тут как бы самой не подставиться и ноги при этом унести подальше.

– Кстати о ногах, – обрадовалась я возможности сменить тему, – ты материал про обувь сделала?

Юлька подскочила на месте.

– Тьфу ты, совсем из головы вылетело… Сделала, конечно. Я тебе его еще вчера хотела отдать, принесла на флэшке и забыла отдать с этими фотографиями… Сейчас принесу.

Юлька удалилась, а я села за стол и недолго думая, сняла трубку телефона…

Шмель

Миронов, разумеется, о ходе расследования меня не информировал. И на очередной труп бы тоже не позвал, если бы я волею случая не оказался там раньше его. Тело обнаженной женщины с многочисленными ножевыми ранениями был обнаружен дворничихой одного из ЖКХ в забитом мусором канализационном колодце. Дворничиха подняла визг, на шум сбежались люди, среди которых оказался и я. Надо отметить, что тело нашли неподалеку от моего дома, а я как раз в тот момент возвращался из магазина.

Несмотря на то, что территория, где была обнаружена очередная покойница, тоже не принадлежала к участку Миронова, а также на явное нежелание его начальства объединять дела в единую серию, слова «обнаженный труп женщины с многочисленными ножевыми ранениями» прозвучали, как пароль. Так что вместе с местными милиционерами на месте происшествия оказался и Миронов. Увидев в толпе меня, он совсем не обрадовался.

– Ты как тут оказался? – гневно осведомился он. – Ты просто невозможен. Как только ты где-то появляешься, сразу приходится ждать покойника.

– Вообще-то я тут живу, – счел нужным я обидеться. – И шел в магазин.

– Вот и иди.

– Вот и пойду…

Как же, разбежался… Никуда я, естественно не пошел. Убрался в сторону и наблюдал за действиями милиции. Миронов, естественно, не поверил, что я куда-то уйду, и косился на меня неприветливо. Я ежился, поскольку тепло одеваться не стал, выскочив из дома в тоненьких спортивных штанах, футболке и не слишком теплой куртке, не планируя надолго задерживаться. А тут такое дело… Но уйти было выше моих сил. Милиция оцепила колодец, эксперты лазали вокруг, чего-то фотографировали. Толпа вокруг сгущалась, несмотря на хриплые просьбы милиционера с простецким крестьянским лицом разойтись по домам. После недолгих препирательств, в колодец полез дюжий мужик со зверским выражением лица. Ему бросили веревки и после короткой паузы извлекли вначале скукожившийся в позе зародыша труп, а затем и мужика. Покойную с трудом запихали в пластиковый мешок. Тело, по всей вероятности, пролежало в колодце давно и промерзло насквозь. Я не двигался с места. Миронов не выдержал и сам поманил меня пальцем.