Всегда вчерашнее завтра - Чингиз Абдуллаев

— Ты видел мою спутницу? — возбужденно спрашивал он. — Неженщина, а вулкан, ураган, комета!

— Почему комета?

— В смысле метеора. Мы так здорово играли. Я даже думалснять там номер.

Но в Монте-Карло номера еще дороже, чем в Ницце. И знаешь,кого я там увидел?

Одного типа, с которым сегодня беседовал твой напарникВиктор Николаевич.

— Какого типа? — не понял Дронго.

— Не знаю, я его никогда раньше не встречал. Он играл вказино, но за вход не платил. У него «золотая карточка гостя». Наверное,снимает номер в одной из трех самых шикарных гостиниц Монте-Карло. Если живешьтам, они дают «золотую карточку», по которой можно проходить в казинобесплатно.

— Подожди, подожди, — отмахнулся Дронго, — про казино потомрасскажешь. Ты ничего не путаешь?

— Нет, конечно. Он был там. Я его сам видел. Это тот самыйтип, с которым говорил Потапчук. А где Виктор Николаевич? Я стучался к нему вномер.

— Когда вы приехали из Монте-Карло?

— Час назад.

— Мы едем туда немедленно, — сказал Дронго, — я соберу вещи.

— Уже два часа ночи, — изумился Маир, — куда мне ехать? Ятолько что оттуда.

Дронго посмотрел на часы.

— Верно. Тебе ездить со мной не стоит. Я поеду один.

— Возьми с собой своего Виктора Николаевича, — посоветовалМаир.

Он был немного навеселе. От выигрыша и выпитого шампанского.

— Не получится, — возразил Дронго.

— Что не получится? — не понял Маир.

— Ничего не выйдет. Потапчук умер четыре часа назад.

— Как умер? — Маир испуганно взглянул на Дронго.

— В казино «Рулл». Взял и умер.

Маир вздрогнул. Стал озираться.

— Почему умер? — шепотом спросил он. — Его убили?

— Этого я не знаю. Но он умер и теперь не сумеет поехать сомной в Монте-Карло. Хотя подожди, мне тоже нельзя ехать. Черт возьми, полициярешит, что это я убил своего спутника и теперь хочу сбежать. — Он подошел ктелефону, попросил соединить с полицейским комиссариатом. Когда ему ответили,выяснилось, что дежурный офицер не говорит по-английски. Игнорируя английский,на котором общался весь мир, французы таким образом демонстрировалисвоеобразный вызов.

Наконец нашли офицера, знающего английский язык, и Дронгодолго объяснял ему, что хочет уехать в Монте-Карло и просит на это разрешения.Полчаса ушло на переговоры, пока офицер не понял, что именно желает сказатьненормальный иностранец.

— Вы можете уезжать куда угодно, мсье, — сказал наконецофицер, — главные подозреваемые все у нас. А остальные клиенты казино могут неволноваться. Мы установили, что никто из них не подходил к столу, где сидел вашзнакомый в тот момент, когда ему принесли виски. Бутылку мы тоже проверили, онанормальная.

Значит, яд мог положить только кто-то из сидевших за столом.Поэтому вы все вне подозрений.

— Спасибо, — раздраженно сказал Дронго, бросая трубку. Иначал собирать вещи.

— Ты хочешь прямо сейчас уехать в Монако?

— А ночью разве машины не ходят?

— Ходят, конечно. Можешь дать сто долларов таксисту идобраться туда. Или за десять долларов на поезде. Но зачем тебе понадобилосьтуда так срочно?

— У меня важное дело. — Дронго задумался, потом обратился кМаиру:

— Я попрошу тебя об одной услуге. Завтра утром ты долженприехать в Монте-Карло.

Где-то в десять — в половине одиннадцатого. Сумеешьприехать?

— Конечно. Я прилечу на вертолете. Пятнадцать минут лета.Это же интересно.

— Договорились. Буду ждать тебя. Лучше я позвоню тебе черезчас сюда, в «Негреско». Ты еще не ляжешь спать?

— Через полчаса ко мне придет гостья. Почему я должен спать?Я же не идиот.

Он довольно быстро восстановил равновесие, нарушенноесмертью Потапчука.

Маир был человеком легким и коммуникабельным. Наверное, этобольше всего и ценили в нем его многочисленные подружки. Дронго уже заканчивалсборы, когда в дверь еще раз постучали.

— Я открою, — вскочил Маир, бросаясь к двери.

На пороге стояли Стасюлявичюс и Хургинас.

— Добрый вечер, — поздоровался Стасюлявичюс.

— Вы куда-то уезжаете? — поинтересовался Хургинас.

— Заходите. — Дронго сделал приглашающий жест рукой. — Маир,я тебе завтра позвоню, — сказал он на прощание, и приятель понял, что ему лучшеудалиться.

Он подмигнул Дронго и вышел из номера.

— Что у вас случилось? — спросил Стасюлявичюс. — Говорят, вНицце произошло убийство русского туриста. Мы боялись, что убили именно вас.

— Пока нет. Но убили моего напарника, бывшего сотрудникагруппы полковника Савельева Виктора Потапчука, — пояснил Дронго. — И, судя повсему, вполне может статься, что следующей жертвой окажусь именно я.

Стасюлявичюс устало вздохнул.

— Мы летели через всю Европу, чтобы с вами встретиться.Хорошо, что успели.

— Какие у вас новости? — спросил более нетерпеливыйХургинас.

— Во-первых, у меня несколько часов назад убили напарника…

— О нем мы не договаривались, — вставил Хургинас.

— Во-вторых, — уже не обращая внимания на замечание,продолжал Дронго, — Савельев и Семенов решили устроить своеобразный аукцион,вызвав сюда представителей английской и российской разведок.

Оба литовских гостя быстро переглянулись, перекинулись паройслов на своем языке.

— У вас точные сведения? — спросил Стасюлявичюс.

— Оба посланца предлагали мне сотрудничество, — пояснилДронго, — они считают, что я выполняю заказ неизвестного клиента, чья фамилияможет фигурировать в списках «агентов центрального подчинения».

— Вы их разубедили? — уточнил Стасюлявичюс.

— Я отказался от сотрудничества. Но до этого возникло ещенесколько моментов, о которых я хотел бы вас проинформировать. Судя по всему,против нас действует достаточно мощная организация. Сначала они убрали вашегодипломата в Вильнюсе, потом устранили полковника Лякутиса в Москве. Мне удалосьвыйти на Потапчука, бывшего сотрудника группы Савельева, который подтвердил моеподозрение о том, что Савельев и Семенов остались в живых и сбежали в августедевяносто первого за рубеж. Мы выехали в Киев, чтобы встретиться с Лозинским,но нашли его убитым. Более того, кто-то даже пытал его перед смертью.