Мы - одна бригада - Владимир Колычев

Игнат провел ее за столик. Директор принял заказ и исчез.

– Хорошо ты устроился, Бурлаков, – с легкой усмешкой на сочных губках сказала Антонина. – Индивидуальное обслуживание, владелец ресторана на побегушках...

– Жизнь нынче такая. У кого сила, у того и власть...

– Сила есть, ума не надо?

– Ну это как сказать. Без головы в нашем деле долго не протянешь. Реально без головы можно остаться...

– Какие страсти!

– Ну да, страсти-мордасти...

– И часто бывает по мордасти?

Похоже, Антонина решила его немного подразнить.

– Бывает и по мордасти...

– То-то я гляжу, зубы у тебя золотые... Или это дань моде?

– Какой моде?

– Зэковской. Все уголовники с этими, как их, с фиксами ходят...

Игнату не нравился ее тон.

– Ты хочешь сказать, что я уголовник, – стараясь унять растущее раздражение, спросил он. И сам же ответил: – Да, я уголовник. Уголовник я, да. Четыре года отмотал. Досыта баланды нахлебался... Скажи еще, что я и в школе подавал надежды. Сам хулиган, а отец убийца... А кто меня на свалку выбросил, кто? Дольцев? Дольцев. Я такой-сякой, а он хороший... А чем он лучше меня, а? Чем?

– Я разве говорю, что ты хуже, – смущенно сказала Антонина.

Она поняла, что перегнула палку. Но Игнат уже разошелся. И тормоза не в порядке...

– Но ты же не говоришь, что я лучше.

– Ты хочешь это слышать?

– Нет, я хочу это знать...

– А мне кажется, это нужно заслужить.

– А Дольцев это заслужил? Чем? Тем, что в ателье тебя устроил? Или чем-то другим...

– Бурлаков! – возмутилась она.

– Что, Бурлаков!.. Думаешь, я не знаю, что этот гад еще со школы к тебе клеился.

– Ну клеился, ну и что? Как клеился, так и отклеился...

– Хочешь сказать, что у тебя с ним ничего не было?

– Слушай, а кто ты такой, чтобы я перед тобой оправдывалась?

– По-твоему, я никто? – вспылил Игнат.

Антонина оказалась умнее, чем он. Вместо того чтобы наращивать скандальные обороты, она решила свести их на нет.

– Игнат, может, хватит? – с улыбкой спросила она.

И мягко накрыла своей ладошкой его длань. Игнат вмиг успокоился.

– Не хватит, – покачал он головой. – Все только начинается...

Теперь он взял ее руку в свои ладони. Но Антонина мягко высвободила свою ладошку. Правда, не сразу.

– Игнат, я тебя понимаю. Дольцев твой соперник... по этим, по вашим делам...

– И не только.

– Опять ты за свое... У меня с ним ничего не было... Вот видишь, приходится оправдываться перед тобой. Что бы это значило? – интригующе улыбнулась она.

– Мне бы тоже хотелось это знать...

А еще он хотел знать, где скрывается Дольцев. Но спрашивать об этом Антонину он не рискнул. С его стороны это будет непростительной глупостью. К тому же она все равно ничего не скажет. Даже если знает, где Дольцев...

Владелец ресторана сам лично организовал заказ. Горячие блюда изощренно-извращенного приготовления – осетрина, устрицы, все дела, черная икра в хрустальной вазочке, настоящее французское шампанское...

– Хорошо живешь, Бурлаков, – похвалила его Антонина.

Они уже выпили бутылку шампанского. Она слегка захмелела.

– Стараюсь...

– Хороший ресторанчик. Уютный такой. И повара хорошие... Только скучно...

– Со мной скучно?

– Да нет, вообще скучно. Я люблю когда вокруг народа много...

– На других посмотреть, себя показать...

– Ты угадал...

– Тебе есть что показать.

– Не будь пошлым, Бурлаков!..

– А каким быть, если ты меня заводишь?

– У-у, смотри какой! – развеселилась Антонина. – Уже не скучно...

– Ты знаешь, я тоже люблю, когда вокруг народ веселится... – сказал Игнат. – В Москву хочу, там здорово...

– Я тоже хочу в Москву... Я там однажды была.

– Я тоже. Считай, целый год там пропадал... У меня там дело свое было...

– Дело?!.. А-а, ты про эти дела...

– И про эти, и про те. Я в Прилучье, считай, проездом. Побуду здесь, а потом в Москву. Салон свой верну...

– Какой салон?

– Автосалон. Там иномарки продают... Слушай, а давай вместе в Москву поедем. Я «Мерседес» себе возьму, покатаемся...

– Бурлаков, не трави душу!

– Что, хочешь на «Мерсе» покататься?

– Я много чего хочу...

– Тогда мы с тобой родственные души. Я тоже много чего хочу. Начиная...

Игнат нарочно потянул паузу.

– С чего начиная? – заинтригованно спросила Антонина.

– Ни с чего, с кого... Ты просила меня не быть пошлым... А я и не буду пошлым, я буду честным. Честно тебе скажу... Прежде всего я хочу тебя!

– Ты не просто пошляк. Ты еще и хам!

– Поехали к тебе.

– Ко мне?!.. Ты наглец!

– Какой есть... Ну так что, едем?

– А тебе не кажется, что ты торопишь события? – уступчиво улыбнулась Антонина.

– Жизнь у меня такая. Все по принципу здесь и сейчас. А то завтра может быть поздно...

– Но ведь это твои проблемы, правда?

– И твои тоже. Вдруг завтра атомная война начнется?

– Тогда умру девственницей...

Она сказала об этом всерьез. Но Игнат ей не поверил. Красивая девушка, двадцать один год, и девственница? Так не бывает...

– Что ты так на меня смотришь? – усмехнулась она. – Не веришь, что у меня никого никогда не было...

– Ну почему, верю... – обескураженно пожал он плечами.

– Как ты можешь мне верить, если я сама себе не верю... Конечно же, у меня были мужчины... Но сейчас-то я свободна... В отличие от некоторых... – лукаво погрозила она пальчиком.

Игнату пришлось вспомнить, что он женат. Но разубеждать Антонину в этом он не стал. Как-нибудь в другой раз...

Халдей принес вторую бутылку. В ведерочке, с полотенцем, все как в лучших домах.

– Я думаю, хватит, – мягко запротестовала Антонина.

– Тогда эту бутылку мы заберем с собой, – решил Игнат.

– Зачем?

Она понимала зачем. Но все равно спрашивала. Игнат тоже знал, для чего нужна вторая бутылка. Но не стал отвечать...