Каникулы в Простофилино - Дарья Донцова

Я осталась посередине коридора и впервыепосочувствовала Смоляковой. Раньше меня охватывала легкая зависть приупоминании фамилии самой яркой звезды «Марко». Ну какой журнал ни откроешь,повсюду натыкаешься на интервью Милады, она их раздает на любые темы. Кулинария?Пожалуйста, вот вам десять рецептов. Воспитание детей? Легко. Нужно что-то проздоровье? И тут Смолякова на высоте. Но только сейчас мне в голову пришлапростая мысль: когда же Милада работает? Если она целыми днями носится повсяческим пресс-конференциям, телесъемкам и радиопрограммам, то в какое времясуток строчит детективы? Неужели и правда по ночам? Или закручивает сюжет вовремя стояния в пробках? Похоже, Смолякова терминатор. Но я-то обычный человек!

В руке зазвонил мобильный. Не посмотрев на дисплей,я нажала на зеленую кнопочку и мрачно ответила:

– Федор, стою там, где ты велел. Ни шагуне сделала в сторону.

– Сволочь! – прошипело изнаушника. – Отблагодарила по полной программе! Чтоб тебе сдохнуть! Ктопросил в чужом белье рыться?

Я чуть не уронила мобильный.

– Кто это?

– Не прикидывайся, – шипел змеиныйголос. – Неужели не узнаешь?

– Нет, вы, наверное, не туда попали.

– Туда, туда! Вон как все повернулось!Кормили оборванку, одевали, обували, пригрели гадину на груди, а она выросла иначала везде рыться! Сука!

Последнее слово прозвучало знакомо звонко, и яахнула.

– Милочка, ты?

– Верно.

– Что случилось?

– Она еще спрашивает! Передай своемументу недоделанному: может не стараться. Ему ничего не доказать, –зачастила подруга детства. – Да и доказывать нечего. Не-че-го! Не найдетеничего. Ни-че-го! И не отнимете! Желаю тебе всего плохого за все то хорошее,что я для тебя сделала!

Из телефона полетели короткие гудки, япотрясла головой. Что случилось с Милкой? Наверное, она обиделась на меня, ведья ни разу не позвонила подруге со дня похорон дяди Антона и тети Ани. Конечно,поступила некрасиво, но ведь имелась веская причина – я искала человека,который убил родителей Милы, и нашла его. Это Эльза Генриховна. У Милочкипросто снесло крышу. Но на бывшую одноклассницу сердиться нельзя, от горя улюдей часто мутится разум. Надо перезвонить ей, договориться о встрече.

Вздрагивая от внезапно налетевшего озноба, явытащила из телефонной книжки номер Милки.

– Алло, – ответил мужской голос.

– Простите, наверное, ошиблась, –вздохнула я.

– Может, и так. Какой номернабирали? – незлобиво поинтересовался незнакомец.

Я машинально назвала цифры.

– Это мой телефон, – радостно заявилпарень, – вчера купил.

Забыв сказать «спасибо», я набрала домашнийномер Милы. Сначала никто не подходил, затем включился автоответчик:«Здравствуйте. Если вас заинтересовало объявление о продаже данного особняка,просьба обращаться в компанию «ДИТ», к Алексею Мамонову. Звоните по телефону…»

В полном изумлении я отсоединилась. Чтопроисходит? Мила сменила мобильный и выставила дом на торги? Она и впрямь сошлас ума? Ей нужен психиатр!

Телефон вновь затрезвонил.

– Алло, – прошептала я. –Федор?

– Нет, всего лишь родной муж, –ответил Олег. – Хотел узнать, как дела. Когда домой приедешь?

– Думала уже сейчас отправляться, нослучилось нечто непредвиденное, – промямлила я. – Похоже, Милка умалишилась. Позвонила, обзывалась по-всякому…

Куприн кашлянул.

– Ну… не обращай внимания… Иногда дружбаразрушается.

– Ты что-то знаешь?

– Ну…

– Говори!

– Ну…

– Олег!

– Не по телефону же, – заюлилсупруг.

– Через четверть часа буду в кафе«Гут», – закричала я. – Если не хочешь иметь дело со мной, тонемедленно кати на встречу со мной!

– Замечательная фраза, – попыталсясъехидничать Олег, но я, сунув мобильный в карман, уже неслась к машине, забывобо всем на свете.

Очевидно, Олег тоже сразу поехал в кафе,потому что, когда я вошла в небольшой зал, муж уже сидел за столиком.

– Выпей кофейку, – слишком заботливосказал он, – съешь пирожное. А главное – не нервничай.

Я похолодела.

– Что случилось?

– Все замечательно! – фальшивовесело воскликнул Олег.

– Немедленно рассказывай!

Куприн залпом осушил бокал минералки.

– Не отстану, пока не узнаю, чтопроизошло, – мрачно пригрозила я.

Олег кивнул.

– Ладно. Пойми, не хотел тебя волновать.Да и зачем? Хотя, конечно, продемонстрировал позицию страуса. Рано или поздноты все равно начала бы задавать вопросы. Опять же твоя манера писать рукописилишь о лично пережитых приключениях сыграла в моем решении не последнюю роль.

– При чем тут книги? – осведомиласья. – Намекаешь на то, что являюсь не настоящей писательницей, а особой,которая, словно журналист, просто складно описывает происшествия? Но я всегдачестно признавалась: господь не дал фантазии, у меня иной дар!

– Точно, – перебил Олег, – тыгениально вляпываешься в неприятности. Ладно, не дуйся. Я горжусь тобой исчитаю великолепной писательницей. Ну какая разница, где литератор черпаетвдохновение? Один самозабвенно врет, а другому надо непременно походить поулицам, где развернется действие его романа. Читателю неинтересна кухня, емуважен конечный результат. У тебя получаются хорошие детективы. Правда, с точкизрения мента ты допускаешь ляпы, но, с другой стороны, ведь не кропаешь пособиядля школы милиции. Да и материально нам теперь хорошо. Я тут принял решение:раз у жены все получается и ей платят неплохие деньги, мой долг помогать ей.Ну… создавать условия… Понимаешь?

Я чуть не прослезилась.

– Милый!

– Вот поэтому и не стал рассказыватьправду, – неожиданно заявил Олег. – Ты так увлеченно наваяла рукописьпро Эльзу-убийцу! К чему было лезть с ненужными подробностями? Да и размоталосьдело до конца тогда, когда ты уже эпилог завершала. Ну сообщу истину, и что?Бросишься переделывать книгу, изнервничаешься, нарушишь срок сдачи рукописи.Читателю-то фиолетово, как оно на самом деле было, ему хватит Эльзы-убийцы.