Куда исчезают поклонники? - Дарья Калинина

Теперь Вика молчала еще дольше.

– Все ясно, – произнесла она наконец. – Знаешь, а я ведь подозревала что-то в этом роде.

– В самом деле? Почему?

– Они очень похожи. Дед Лева и Слава. Разве ты не заметила?

Только теперь Мариша сообразила. Ведь верно! Это сходство Славы с фотографий Льва Илларионовича в молодости буквально бросалось в глаза.

Теперь Мариша мчалась к следователю Прохорову на всех парусах. Ее не смог остановить ни вопрос дежурного внизу, ни его крики, ни шум погони. Мариша ворвалась в кабинет следователя и закричала:

– Я знаю, кто убийца!

В этот момент ее схватили за плечи чьи-то цепкие руки. И поволокли назад в коридор.

– Пустите меня! – отбивалась Мариша. – Я знаю, кто злодей! Дайте же сказать! Пустите! Товарищ следователь, я знаю, кто убил Ваню и Варвару Сергеевну!

– Отпустите девушку!

Следователь наконец-то отошел от первоначального изумления. И теперь сообразил, что Мариша может быть ему очень даже полезна.

– Проходите! – пригласил он изрядно потрепанную и помятую руками дежурного Маришу.

Она метнула на дежурного взгляд победительницы и прошла в кабинет следователя.

– Товарищ следователь, эта особа... Она ворвалась, ничего не объяснила, конечно, я счел нужным ее задержать.

– Иди, Миша! – устало произнес следователь. – Ты еще молодой у нас. Не женатый. Не знаешь, что с женщинами всегда так. А уж со свидетельницами особенно.

Что он имел в виду, Мариша не поняла. Да ей это было и не важно. Ее буквально лихорадило от желания немедленно вывалить следователю свои новости. Ее порадовало, что следователь выслушал ее внимательно, не перебивая. А когда Мариша закончила, он спросил:

– Вы точно уверены в том, что рассказали мне?

– Конечно! Я никогда не выдаю желаемое за действительное.

– Редкий талант. И где я могу поговорить с этими молодыми людьми?

– С Милой и Славой?

– Да. И с их братьями. Или они не участвуют в афере?

– Этого я не знаю. Но Мила сейчас дома. А Слава... Слава едет в Тихвин.

– Зачем?

– За бумагами деда Левы! И что они ему дались, ума не приложу!

– Что за бумаги?

– Мемуары старика.

Мемуары следователя отчего-то не заинтересовали. А вот то, что семья Милы жила в ужасающих условиях, ютясь на жалких метрах, когда их родственник Лев Илларионович единолично обитал в огромной квартире, наоборот, заинтересовало очень.

– Но не думаете же вы, что они и Льва Илларионовича убили? И все это из-за квартиры?!

– В моей практике случалось и не такое, – вздохнул следователь. – Если бы вы только знали, за какой пустяк иной раз родственники убивают друг друга, вы бы ужаснулись! Одна женщина травила свою сестру крысиным ядом в течение почти полугода только за то, что той при разделе наследства их матери достался почти новый комплект постельного белья, на который претендовала старшая сестра!

– Ужас!

– А в другой семье сын убил отца за то, что родитель пригрозил сынку оставить свой вклад в Сбербанке не ему, а сестре.

– Ну, это как раз понятно.

– Так весь вклад составлял пятнадцать тысяч рублей! И было это всего полгода назад!

У Мариши вытянулось лицо. Убить отца, чтобы получить чуть больше пятисот долларов по завещанию! Да, это сильно. Пожалуй, художества Славы и его родни меркнут по сравнению с такими преступлениями. Все-таки Слава охотился за большой трехкомнатной и богато обставленной квартирой, несколькими счетами в банках, в том числе и валютными. Было за что рисковать. Это вам не старый пододеяльник с наволочкой. И не пятнадцать тысяч рублей.

– Мне этот молодой человек сразу показался подозрительным, – признался следователь. – Очень уж активный. И за сестру свою так переживал! А излишняя активность в деле, где имеется труп, всегда подозрительна.

Одним словом, следователь отправился в гости к Миле, чтобы лично переговорить с девушкой. Мариша любезно предоставила следователю адрес, но предупредила, что Мила может и не захотеть общаться со следствием.

– Не захочет добровольно, пригласим повесткой или пошлю за ней машину с мигалкой. Пусть заберут девицу на глазах у всех ее соседей. Думаю, что она не захочет позора.

– Тогда я поеду домой?

– Вы мне больше не нужны, – любезно кивнул следователь. – Очень вам благодарен за предоставленную информацию.

В душе Мариши разлился настоящий бальзам. Как приятно, когда тебя хвалят! Иногда и денег никаких не надо, простая похвала дает куда больше.

Но, приехав домой, Мариша поняла, что где-где, а тут ее хвалить точно не будут. Смайл бродил по квартире с каким-то отрешенным видом. Он рассеянно чмокнул Маришу в щеку и заявил, что купил на ужин пельмени, их они и будут есть. А вообще, ему надо подумать, так что жене лучше оставить его в покое. И заняться пельменями, раз уж у него самого такое задумчивое настроение.

Разумеется, такое начало семейного вечера насторожило Маришу. И вместо того, чтобы заняться пельменями, как велел ей родной муж, она кинулась к телефону и принялась названивать Таечке. Та словно только и ждала, когда ей позвонит Мариша.

– У меня новости! Завтра мы всем коллективом будем отмечать день рождения Катрин!

– Той самой?

– Да. Той самой. Твоей соперницы! Кстати, она сегодня приволокла твоему мужу заливное из цыпленка с обжаренной в сырной панировке брокколи. Представляешь себе?

– Вкусно было?

– Мне перепал один шарик, – призналась Таечка. – Вообще-то я капусту не люблю. Даже совсем ее не ем. Ни цветную, ни красную, никакую. Но Кэт умудрилась так приготовить эти кочанчики, что капусты совсем не чувствовалось. Только хрустящая сырная корочка, а внутри что-то остренькое и пряное.

– А заливное как?

– Там мне ни кусочка не досталось, – с грустью призналась Тая. – Рангом не вышла. Заливное тетки из бухгалтерии пробовали. Сказали, что это было нечто неописуемо прекрасное.

Пока Мариша осмысливала, чем лично ей могут грозить кулинарные способности соперницы, Таечка произнесла:

– И знаешь что?

– Что?

– Отмечать день рождения Катрин мы будем на той самой турбазе, о которой я тебе говорила. Только, оказывается, это не государственная турбаза. А маленькая такая ферма, при которой и находится база отдыха. И хозяин ее – отец Катрин. Он там держит небольшую конюшню, чтобы гости его турбазы имели дополнительное развлечение. И угадай, кто будет для нас готовить?

– Катрин?

– Она и ее мама! Катрин сказала, что она своей матери по части кулинарии вообще в подметки не годится. Так что, думаю, это будет нечто неслыханное. Пир на весь мир!