Ателье царских прикидов - Дарья Калинина

– Но я знаю только про Бубенцова!

– Но когда подумала на него, почему не пошла к следователю?

Полина молчала. И всем стало ясно: она банально струсила. Своя рубашка, как известно, ближе к телу. И наплевав на судьбу подруги, Полина стала спасать себя.

– Ты поступила отвратительно!

– Ну и что?! – выкрикнула Полина, зло сверкнув глазами. – Пускай! Пускай я плохая! Зато я жива!

Мариша уже открыла рот, чтобы сказать этой трусливой лисице все, что она думает о ней, но ее опередила Света.

– Ты поступила очень скверно, – мягко произнесла она. – Но теперь у тебя есть шанс все исправить.

– Да? В самом деле? А как?

– Ты должна все рассказать следователю. И помочь ему и нам поймать настоящего убийцу.

– Что?

– Что слышала!

– Но я… Но как же я смогу?

– Сможешь. От тебя многого не потребуется. Побудешь подсадной уткой. Думаю, что убийца, когда узнает, что похитил не ту девушку, наведается к тебе уже сегодня ночью.

– И я… Я должна буду его поймать?

– Точно!

Упиралась Полина недолго. Все-таки кое-какие зачатки совести в ней имелись.

– Я согласна! – наконец кивнула Полина.

И всей компанией они вернулись к следователю. В отделении того не оказалось, но Свете удалось выяснить его домашний адрес и телефон. Телефон был все время занят. И вся компания явилась к Крошеву домой. Без приглашения.

– Это безобразие! – возмутился он, увидев их у себя на пороге. – Дайте же отдохнуть от вас! Сил нет, как же вы мне надоели!

– Но у нас новости! Полина, давай!

И Полина дала! Следователь слушал, позабыв про остывающие на столе густые щи со сметаной и котлеты с макаронами. Мама Крошева ходила вокруг них кругами и сердито бурчала, постепенно сужая круги и поглядывая на остывающие котлеты.

– Ешь! – наконец не выдержала она. – Погубят тебя твои преступники! Не от пули, так от язвы помрешь! Ох, горе горькое! Ведь просила тебя – иди на адвоката! И чего тебя в следователи-то потянуло? Хотя бы супчику поешь! Раз в день обязательно нужно жидкое есть!

Повинуясь маминым словам, Крошев начал покорно глотать щи ложку за ложкой. Осилил полтарелки и вскочил с места:

– Мама, прости! Не могу. Нужно бежать!

Он в самом деле устремился к дверям. Но мать не сдалась. Она кинулась на перехват. И успела!

– Не пущу! Пока все не доешь, не пущу!

Крошеву, чтобы избежать скандала, все же пришлось под бдительным материнским присмотром доесть свои щи. А котлеты он взял с собой в виде бутербродов, чтобы сжевать по дороге. Маме его это не очень-то понравилось, и она выкрикнула вслед убегающему с котлетами под мышкой сыночку:

– Если будешь так вот на ходу питаться, гастрит тебе обеспечен!

Попрощалась она почему-то с одной только Светой. И совсем уж странно, пригласила ее заходить к ним.

– Ну и мама! Прямо генерал, а не мамаша!

– Генеральша, – скромно поправил Свету Крошев. – У меня папа до генерала дослужился. Умер уже. А мама все никак от своих привычек отучиться не может. Командовать ей теперь некем, денщика ей не оставили. Вот она на мне и отыгрывается.

Да уж, в каждой избушке свои погремушки. Вот и Крошев, вроде бы вполне подходящий жених для одинокой девушки. А попробуй-ка, уживись с его мамой. Света белого невзвидишь.

– А мне она понравилась. Чувствуется, что волевая женщина, просто сына очень любит, – тихо произнесла Света, и Крошев взглянул на нее с благодарностью.

Мариша хмыкнула. Ангелина понимающе крякнула. Одна лишь Полина хлопала ушами и не понимала, что на ее глазах срастается роман двух таких непохожих людей. Может быть, она была и права. Ведь сейчас героиней дня, безусловно, была она.

Полину захватило предвкушение своей ответственной миссии. И ей ни до кого и ни до чего не было дела. Крошев, едва выйдя из дома, развил бешеную деятельность. Во-первых, он позвонил руководству. И получив от начальства добро на опасный эксперимент, начал к нему готовиться.

Следующий его шаг заключался в том, что он позвонил сразу нескольким оперативникам. Потом велел Марише дозвониться до всех сотрудников музея, чьи телефоны у него были. И сообщить им приятную новость, что их пропавшая сотрудница – Полина Беляева – нашлась. Целая и невредимая. И готова заговорить о том, где провела эти дни. И почему.

– Скажешь, что она сидела все эти дни на даче у знакомых. Нет, никуда не пропадала. Ушла в самовольный отпуск. А теперь вышла из подполья и готова сообщить нам интересные новости. Так что, мол, готовьтесь, думаю, завтра следователь объявит нам имя преступника.

Мариша так и говорила. Почти слово в слово. В ответ ей раздавались восторженные и удивленные «ахи» и «охи». Часам к десяти Мариша обзвонила всех.

Так что «сарафанное» радио заработало. И теперь можно было не сомневаться, что уже через пару часов все сотрудники музея и их знакомые будут знать о возвращении Полины. Разумеется, новость дойдет и до преступника.

Все оперативники и Крошев были довольны. Одна Полина пребывала в сомнениях.

– Вы уверены, что все обойдется? – в тысячный раз приставала она к Крошеву.

– Обойдется! – бодро заверял он ее и тут же уточнял: – В любом случае отступать уже поздно!

Затем оперативники проводили Полину до квартиры. И устроились в засаде – ждать, когда преступник явится, чтобы заставить девушку замолчать навеки.

– Всем остальным – спасибо. Все свободны! – сообщил Крошев, недвусмысленно намекая Свете, Марише и Ангелине, что им пора идти.

Света не возражала.

– Я так сегодня устала, – жалобно вздохнула она. – Поеду домой и отосплюсь. Завтра похороны папы. Надеюсь, вы на них придете?

Это она спросила у подруг. Те обещали быть непременно. Ангелина и Мариша отправились по домам. Мариша ехала по ярко освещенному городу и не могла понять, что с ней происходит. Вроде бы все сделано правильно. Засада организована. Преступник вот-вот попадется в сети. Но что-то не давало ей покоя. Проклятая интуиция била тревогу.

– Ну что же это такое?! – простонала Мариша. – Может быть, дома успокоюсь?

Но дома лучше не стало.

Мариша буквально места себе не находила. Нервы у нее были до того взвинчены, что, когда она услышала звонок в дверь, ее буквально подбросило на диване. Она никого не ждала. И потому, не без опаски приблизившись к двери, спросила:

– Кто там?

– Мариша! – ответил ей знакомый голос. – Открывай!

Распахнув дверь, Мариша увидела на пороге Инну. Подруга была красной от злости. Но красной, это еще не все.

– Паршивец! Мерзавец! Уродец! – бушевала она.