Ангел нового поколения - Татьяна Полякова

«Должно быть, он женат», — подумала я. Новскоре мысли о Михаиле меня оставили, я просматривала книгу за книгой, и,странное дело, ни в одной из них не было упоминаний ни о таинственной сектеХранителей, ни о странных событиях в монастыре, ни даже об отставном полковникеМартынове. Видимо, Платонов что-то перепутал, и я просматриваю не те книги.

Я достала телефон и позвонила Платонову. Мненикто не ответил. Это показалось еще более странным, старик — инвалид и, по егословам, всегда дома… Впрочем, день солнечный, он мог отправиться в сад, ателефон с собой не взял. Со все возрастающим недоумением я упрямо просматривалакнигу за книгой, но ничего похожего на рассказы Платонова в них не обнаружила.Еще дважды звонила ему, с тем же результатом.

— Не понимаю, — пробормотала я.

— Что случилось? — спросил Михаил.Он с увлечением читал книгу «Процессы над ведьмами», иногда весело хмыкая.

— Наверное, он брал книги в другойбиблиотеке и просто забыл об этом.

— Со стариками такое случается, —кивнул Михаил. — Ну что, пойдем, или еще посидишь?

— Надо обратиться в музей, — озариломеня. — О бывших владельцах Шахова там наверняка знают.

Я еще несколько раз звонила Платонову, но еготелефон не отвечал. Я терялась в догадках, где может быть старик. Это начиналоменя беспокоить.

В музей мы приехали довольно поздно.Экскурсовод на мои вопросы ответить не смогла, выяснилось, что о Шахове и егобывших владельцах ей ничего не известно. О «Пятом евангелисте» она знает толькото, что можно прочитать в любом справочнике.

— Я ведь экскурсовод, — точнооправдываясь, сказала она. — Научной работой не занимаюсь. Вам надообратиться в музей-заповедник, но сейчас вы вряд ли там кого застанете, ониработают до шести.

Можно было возвращаться домой и завтра вновьначинать поиски, но тут я вспомнила, что мать Юльки работает вмузее-заповеднике, и не раздумывая позвонила ей. Юлька только что вернулась сработы и моему звонку обрадовалась.

— Как дела? Отдыхаешь или работуищешь? — спросила она, поздоровавшись.

— Занимаюсь историей. В пятидесятикилометрах от города есть село, бывшие владельцы которого очень меняинтересуют.

— С чего это вдруг?

— Долго объяснять, но чем скорее явыясню, кто они, тем лучше.

— Это как-то связано… извини. Ну, если тызвонишь мне, значит, хочешь поговорить с мамулей. Без проблем. Ее хлебом некорми, только дай поболтать на исторические темы. А лучше ее вряд ли кто в этомделе сечет. Я ей позвоню…

Через десять минут Юлька перезвонила изаверила, что ее мама, Вера Аркадьевна, ждет меня. Где она живет, я знала, таккак не раз бывала у нее с Юлькой. Она уже лет пять вдовствовала, жила одна(Юльке досталась квартира от бабушки) и все свое время посвящала любимойработе. Наш приход вызвал у нее радость и, вне всякого сомнения, любопытство,на Михаила она поглядывала с интересом.

— Это мой друг, — представив его,сообщила я, ее любопытство лишь увеличилось.

Он выдал свою лучшую улыбку и завоевалрасположение Веры Аркадьевны в рекордно короткие сроки. Нас напоили чаем. Ангелс аппетитом съел предложенный ужин, смущенно глядя на меня и даже вздыхая,после чего я объяснила цель своего визита.

— Шахово, — кивнула ВераАркадьевна. — Действительно, уникальное место. То, что оно пользуетсядурной славой у местных, неудивительно, за многовековую историю имения тамстолько всего произошло. Убийство на почве ревности. Говорят, тень задушенноймужем Прасковьи Антиповой до сих пор можно видеть лунными ночами.

— В их имении находилась икона «Пятыйевангелист», — напомнила я, желая выйти на интересующую меня тему.

— С чего вы взяли? Икона «Пятыйевангелист» долгое время хранилась в церкви Вознесения. После пожара, когдапострадал серебряный оклад иконы, было решено его заменить. Оклад сняли и якобыобнаружили таинственную строку в книге. А дальше потрясающая история, которуювы наверняка слышали: икона исчезает при загадочных обстоятельствах,монаха-иконописца находят мертвым, а на его столе обнаружили копию иконы. Досих пор ученые спорят: была икона четырнадцатого века или это легенда.

— Но у меня есть сведения, что Мартынов,владелец Шахова, как раз и заказал копию иконы.

— Да ничего подобного.

Вот тут и выяснилось, все, что Платоноврассказал нам с Анной, ничего общего с действительным положением дел не имеет.Признаться, после того, как я не обнаружила в книгах никакого намека на тедавние события, это меня не особенно удивило.

— Кто вам все это рассказал? —всплеснула руками Вера Аркадьевна, заинтригованная сверх меры.

— Один человек, по его словам,интересующийся краеведением. Он же сообщил о секте Хранителей во временаразгрома катаров.

— Чудеса. Я не специалист по французскомуСредневековью, но никогда ни о чем подобном не слышала. По-моему, ваш человекувлекся своими фантазиями. Кто он? Какой-нибудь пенсионер, решивший посвятитьсебя истории?

— И пенсионер, и инвалид, —вздохнула я. — Возможно, вы о нем слышали. Его фамилия Платонов.

Выражение лица Веры Аркадьевны мгновенноизменилось, теперь на нем читалось непонимание.

— Вы имеете в виду Николая ИвановичаПлатонова, нашего краеведа? Он издал несколько работ, у него была прекраснаябиблиотека, кое-что их семье удалось спасти после революции.

— Похоже, что это он, — кивнула я.

— И это он вам рассказывал о Шахове?Странно, ничего подобного нет в его работах. Очень интересно, невероятноинтересно. И даже загадочно. О фантазиях здесь и речи быть не может, онсерьезный человек, но… невероятно.

— Вы с ним знакомы?

— В основном по публикациям. Когдаоткрывали экспозицию «Мир русской дворянской усадьбы», ездили к нему, ведьШахово их родовое имение.

— Что? — едва не закричала я, такпоразило меня это сообщение.

— Ну да, его мать Мартынова ОльгаИлларионовна, сестра полковника Мартынова, погибшего в Первую мировую во времяштыковой атаки. Он лично повел солдат…

— Платонов на самом деле Мартынов? И онунаследовал книги из имения?