Семейное дело - Фридрих Незнанский

Спрут — подходящий символ для этих мест, не обозначенных ни на одной популярной схеме. Точно осьминожьими щупальцами, обволакивает тьма догадок и мифов самостоятельный подземный регион, обозначаемый сведущими людьми как «Метро-2».

«Метро-2» относится к числу знаменитейших московских легенд, растиражированных перестроечными журналистами: скрытые тоннели с уверенными стрелами рельсов и сложные соединяющие их переходы, рассчитанные на передвижение пешком или движение автомобилей, дошли до наших дней прямиком из сталинской эпохи с ее повальным энтузиазмом масс и махинациями вождей. Под гром фанфар, под бодрые сообщения радио и газет прокладывались первые линии Московского метрополитена, сначала носившего имя Кагановича — этот труд совершался в условиях полной гласности. В то же время, негласно, еще до официального рождения метро в 1935 году, строились совсем иные пути. Первоначально московское метро состояло всего из двух линий, одна из которых имела самым дальним пунктом станцию «Смоленская», а вторая — «Парк культуры», и обе они сливались на «Охотном Ряду». И эта сугубая, примитивная ясность уже имела засекреченную тень! В проекте второй очереди стояла станция «Советская»: между «Театральной» (в те времена «Площадь Свердлова») и «Маяковской». В процессе строительства по личному распоряжению Сталина «Советскую» приспособили для подземного пункта управления Московского штаба ГО. Возникший вследствие ее закрытия необоснованно длинный перегон в самом центре Москвы ликвидировали только во времена застоя, путем баснословно дорогого строительства станции «Горьковская», ныне «Тверская». Если читатель, проезжая перегон перед «Тверской», даст себе труд внимательно вглядеться в озаряемую вагонным светом темноту, он увидит следы «Советской».

Следующей вехой в развитии «Метро-2» (тогда такое название не могло бы присниться даже в безумном сне) стал проект модернизации «Арбатско-Покровской» для связи Кремля с обоими сталинскими бункерами. Перед войной Сталин планировал построить самый большой стадион, который гордо назывался бы стадионом СССР или стадионом Народов. Не стыдясь заимствовать удачные пропагандистские идеи великого фюрера Гитлера, вождь советского народа со вниманием относился к использованию спортивных мероприятий в пропагандистских целях. Под будущим стадионом, частично все же впоследствии построенным, был возведен бункер для Сталина с небольшим залом для выступлений и тоннелем к трибунам. Были сооружены два автомобильных тоннеля: к Кремлю (причем ворота тоннеля расположены точно под Спасскими воротами) и в район станции метро «Сокольники». К этому бункеру существует также переход от «Измайловского парка». Не один москвич, посещая эту монументально-причудливую станцию, украшенную гигантскими фигурами двух партизан, задавался вопросом: почему на всех обычных станциях количество путей не превышает двух, здесь же — их три? Дело в том, что средний путь на станции должен был выполнять функцию спецпути Сталина во время торжественных мероприятий. Свидетельством этого до сих пор остаются изящные лампочки, освещающие средний путь. Еще один бункер Сталина был построен под его дачей в Кунцеве (туда тоже идет автомобильный тоннель от общественной приемной Минобороны на Мясницкой, 37, через Кремль). Он хорошо известен специалистам МЧС: прямо над ним расположен Центральный региональный центр этого ведомства.

Но вот грянула война. С первых ее дней Сталин, человек весьма осторожный и мнительный, тяжело раздумывал, оставаться ему в опасной столице или отбыть вместе с правительством в Куйбышев (ныне Самара).

Не желая, однако, рисковать ни жизнью, ни престижем главы государства, он отдал приказ построить в Кунцеве бомбоубежище на глубине пятнадцати метров. Для того чтобы полностью обезопасить вождя, в качестве перекрытий использовали чугунные рельсы. Мощное сооружение и сегодня способно выдержать прямое попадание авиационной бомбы. Здесь, в этом секретном схроне, Сталин проводил военные советы; рядом располагалась жилая комнатка со всем оснащением, которое предназначено создавать комфорт. Лифт, предназначенный персонально для генералиссимуса, соединял бомбоубежище с дачей Сталина, под которой и был вырыт бункер. Чтобы исключить случайные встречи Иосифа Виссарионовича с обслуживающим персоналом, было построено несколько коридоров для дизелистов, кухарок и прочих. И этот бункер, и эти коридоры влились в запутанную систему подземного города…

Развивался и креп послевоенный мир, развивалась и крепла Советская страна, не подозревая, что по мере усиления государственного контроля она приближается к гибели. Все последующие генсеки, от Хрущева до первого президента СССР, так и не успевшего долго покрасоваться в новом звании, приняли от Сталина эстафету развития и строительства «Метро-2». Вся система находилась в ведомстве 15-го управления КГБ, так называемых подземщиков, а впоследствии перешло под крыло ФСБ.

В настоящее время система не является правительственным метро, то есть не перевозит высших госчиновников. Основная ее функция состоит в готовности к эвакуации населения в случае ядерной войны, а помимо этого — в перевозке хозяйственных грузов. Строит и поддерживает его закрытое предприятие, куда вербуют людей из обычного Метростроя. А живут они в городке под названием «Одинцово-10».

На основании всего вышеизложенного читатель может сделать вывод, что не такая уж это страшная тайна — «Метро-2». К обслуживанию этой системы причастно значительное число людей. О ней хорошо известно не только работающим на оборону страны, но и ее врагам: приблизительная схема «Метро-2» была описана в ежегодном издании Министерства обороны США по Советским Вооруженным Силам за 1991 год.

Но при этом опрометчиво было бы утверждать, что никаких тайн в «Метро-2» нет. Здесь попадаются неожиданные закоулки, в которых законсервирован дух советских тридцатых — довоенный, пахнущий «шипром» и керосином, воскрешающий мужчин в широких брюках и женщин с косами, уложенными вокруг головы. Здесь не редкость — наткнуться на желто-красный вагон, из передней двери которого некогда высовывался машинист, чтобы крикнуть «Готов!»; здесь можно поднять с земли неведомо сколько провалявшийся картонный билет, дающий право на одну поездку. Кажется, он совсем рядом, этот навсегда отлетевший быт, и стоит отпереть дверцу в стене, чтобы войти в прошлое…

Однако это все лирика. Несравненно важнее то, что «Метро-2», незримо сопровождающее, условно выражаясь, «Метро-1», до сих пор позволяет свободно перемещаться со станции на станцию. Особенно в пределах самых старых линий. Ни о чем лучшем террористам не оставалось и мечтать, поскольку очередной взрыв должен был прогреметь на «Арбатской». В час пик, в восемь утра, когда часть пассажиров еще расслаблена и досматривает, приютившись в тесноте и давке, на обтянутом дерматином сиденье, поздние сны…

Несколькими часами раньше в кабинете Турецкого в Генпрокуратуре состоялся следующий разговор:

— Вот этот участок мы снимали на видео, — кратко прокомментировал Кирилл, завершая чертеж самой старой области «Метро-2». Чертеж был отчетлив и профессионален: не подвела рука художника! Ростислав смотрел на исчерченный карандашом листок, но никаких поправок не вносил. То ли все было точно, то ли Ростик все еще не пришел к окончательному выводу, стоит ли помогать следствию или надлежит и дальше держаться героем. Правда, и хорош же герой — облапошенный юнец!