Имя мне легион - Антон Леонтьев

В тот момент Маша увидела, как ручка плавно пошла вниз, и окаменела – вот и все, за ней пришли!

– Маша, ты здесь? – услышала она хоть и приглушенный, но знакомый голос.

Олег! Девушка метнулась к двери и воскликнула:

– Да, я здесь! Берегись, Лариса – предательница! Она наверняка работает на Ольгу!

– Я знаю, – ответил Олег. – Меня тоже пытались запереть в комнате в подвале, однако я быстро сообразил, что тут что-то не так. Пришлось применить физическую силу по отношению к женщине, но ничего не поделаешь. Девица пока находится без сознания. Ага, вот, кажется, нужный ключ…

Замок щелкнул, и на пороге возник Олег. Маша кинулась к нему и повисла у молодого человека на шее, а потом поцеловала прямо в губы. Внезапно девушка расплакалась. Олег, гладя ее по голове, приговаривал:

– Маша, ну, не надо… все закончилось… Прошу тебя, успокойся! Нам надо покинуть телецентр!

Девушка взяла себя в руки, вытерла слезы и воскликнула:

– А как же Федор? Ведь его наверняка тоже заманили в ловушку!

– Я обнаружил у девицы, которая под надуманным предлогом выманила меня из студии, только два ключа, – ответил Олег. – От комнаты, куда она намеревалась запереть меня, и от той, где сидела ты. Но ты права, нашему великому журналисту наверняка тоже грозит опасность!

Они поднялись из подвала на первый этаж и направились к студии. Вдруг почти натолкнулись на состоявшую из множества людей процессию. Среди молодых, облаченных в темные костюмы людей выделялся высокий, пузатый мужчина с одутловатым лицом. Маша вспомнила, что уже видела его фотографии в местных газетах. Это был мэр Нерьяновска Борис Егорович Шабунин.

Девушка потянула Олега за рукав, молодой человек приобнял ее – тут раздался крик, и Маша заметила Федора, подлетающего к мэру.

– Господин Шабунин! – вопил журналист. – Борис Егорович! Вы должны знать, что в вашем городе творятся ужасные вещи!

Двое телохранителей оттеснили Федора в сторону, а два других заломили ему руки. Маша вскрикнула, а Олег шепнул ей на ухо:

– Мы не можем помочь ему! А если попытаемся, то достанется и нам. Посмотри, какая свита у мэра – с ними со всеми нам не справиться!

Он увлек девушку по коридору. Маша бросила прощальный взгляд на Федора – телохранители мэра, который уже прошел в студию, наносили ему удар за ударом. Маша отвела взгляд, понимая, что Олег прав: они просто не в состоянии помочь Федору!

Наконец добрались до черного хода. Знакомый милиционер сидел на стуле и попивал чай. Завидев Машу и Олега, мужчина удивился:

– Вы почему так быстро? Мэр только что появился, а вы уже уходите…

На его поясе запищала рация. Милиционер потянулся к ней, и Олег нанес ему удар в солнечное сплетение. Страж порядка упал на пол. Молодые люди кинулись к выходу, толкнули дверь – и оказались вне пределов телецентра.

Позади них послышались крики. Олег увлек Машу в аллею, под одну из елей. Прикрытые доходившими до самой земли ветками с густой хвоей, они наблюдали за тем, как из телецентра выбежали милиционер, а вслед за ним несколько молодых типов, наверное, из охраны градоначальника.

– Ушли, черт побери! – воскликнул милиционер. – Теперь их уже не найти! А все Лариса! Так и передайте Борису Егоровичу – именно она этих людей притащила!

Раздался визг тормозов, и, обернувшись, Маша увидела затормозивший перед зданием телецентра черный джип. Из него выскочили знакомые ей типы, те самые, что пытались похитить ее в Москве и вывезти в Питер на самолете.

Они подошли к милиционеру. Тот, бурно жестикулируя, вопил о том, что во всем виновата Лариса, а сам он ни в чем не виноват. Четырехпалый прикрикнул на него:

– Заткнись!

Милиционер опешил, а затем гневно воскликнул:

– Да ты понимаешь, с кем дело имеешь? И вообще, кто ты такой? Я сейчас тебя задержу! Ну-ка, гражданин, предъявите документы!

Четырехпалый подхватил милиционера за локоть, и тот вдруг стал валиться на землю. Маша заметила в руке типа в черном шприц. Как и ей когда-то, милиционеру впрыснули какую-то гадость!

– Эй, тут стражу порядка стало плохо, – бросил четырехпалый телохранителям мэра. – Позаботьтесь о нем.

А затем оба типа направились в здание телецентра.

Маша чувствовала, что дрожит. Олег, прижав девушку к себе, тихо произнес:

– Нам надо затаиться, пока паника не уляжется.

– А что мы будем делать потом? – пролепетала Маша, чувствуя, что на нее наваливается страх.

Федор наблюдал за суетой телевизионщиков, репетируя речь, с которой обратится к мэру Шабунину. Лариса заверила его, что переговорит с градоначальником и попросит его уделить Федору хотя бы две-три минуты до начала эфира. И журналист был уверен – когда мэр услышит его историю, аудиенция продлится полчаса, а то и час. И он станет героем. Еще бы, ведь именно он, Федор Крылов, предотвратит попытку мерзкого, бесчеловечного, кошмарного биологического эксперимента!

Это сулит ему не только вожделенный пост главного редактора, но и всероссийскую – нет, бери выше, всемирную! – известность, славу, большие деньги, а также всевозможные почести. Не исключено даже, что его наградят, к примеру, орденом «За заслуги перед Отечеством». Интересно только, какую степень дадут? Будь президентом сам Федор, он, конечно, дал бы себе первую. Но Крылов, чуть подумав, пришел к неутешительному выводу, что придется довольствоваться в лучшем случае второй. А то и третьей или вообще четвертой.

Да, Родина его не забудет! Именно его, заместителя главного редактора «Бульвар-экспресса», который в скором будущем займет кресло главного редактора. И вообще, Федор не сомневался, что ему предложат работу в настоящей серьезной газете. Хотя зачем уходить из их таблоида – лучше быть главным в желтом издании, чем одним из мальчиков на побегушках в солидном издании. А когда он наконец-то сделается боссом, то все изменит коренным образом! При нем «Бульвар-экспресс» сделается самой популярной желтой газетой не только Москвы, но и всей России. О нем, Федоре Крылове, будут слагать легенды, студенты факультета журналистики станут рыдать от восторга при упоминании его имени, а студентки предлагать себя в качестве…

– Федяка! – раздался бас Ларисы, выдернув Федора из водоворота приятных мыслей.

Журналист очнулся и понял, что находится не в Кремле, на церемонии награждения, и не на банкете, под руку с двумя поразительной красоты студентками, а в провинциальном телецентре. Около него стояла Лариса и дергала за рукав.

Федор поморщился – придется ведь делить славу с этой вот графоманкой. Нет, свою славу он никому не отдаст! Уж точно не Ларисе! И не пронырливому Олегу! При мысли об Олеге Федор скривился – тот и так захапал себе Машу. И что дурочка нашла в таком слащавом типе? Неужели никто из баб не понимает, что главное в мужчине – его могучий интеллект? А у него, Федора, в наличии и интеллект, и красота, и шарм, и поразительный сексуальный темперамент. Так почему же Маша, несмотря ни на что, выбрала Олега?