Французская вдова - Галина Куликова

– Вы всерьез полагаете, что история с исчезающими мужчинами в костюмах имеет отношение к смерти моего брата? – Марина повернулась к Федору лицом. – А как же убитая девушка?

– Пока что у меня нет ни одной версии, – признался тот. – Я побуду здесь, поразмышляю… Кстати, об этой убитой девушке надо разузнать поподробнее. Каким образом ее убили?

– Понятия не имею, – Марина передернула плечами. – Тетки у подъезда говорили, будто на нее напал маньяк. По другой версии, ее ударили по голове и отняли сумочку. А удар оказался смертельным…

– Хм, вопрос важный. Его следует прояснить в первую очередь.

– И как вы будете прояснять?

Федор этого пока еще не знал, но виду не подал.

– У меня есть связи, – туманно пояснил он. – Плохо то, что вы в вещах Виктора ничего для нас интересного не нашли.

– А знаете что? Давайте я привезу вам коробки прямо сюда? Вы все увидите своими глазами. Вдруг я что-то пропустила? Аркадий… То есть мой муж уже интересовался, отчего это я повадилась ходить в гараж. У него, видите ли, было несколько свободных дней… «Как назло», – про себя добавила она.

– И что вы ему сказали?

– Не волнуйтесь, я всегда найду что сказать собственному мужу.

«Ну еще бы, – подумал Федор. – Это означает: не волнуйтесь, врать я умею». Отчего-то ему стало обидно, что Марина обманывает мужа, пусть по мелочи и даже ради благого дела. Впрочем, он ведь никогда не видел этого Аркадия. Возможно, тот противный зануда, которого легче обвести вокруг пальца, нежели заткнуть. Почему она тогда с ним живет? Потому что он такой известный? Ей на вид лет тридцать пять, а ему, выходит, полтинник с гаком? Не такой уж и старик, если разобраться».

Федор решил, что как только устроится на новом месте, сразу же поищет в Сети что-нибудь про известного доктора Аркадия Игнатова. Фамилию Марины он узнал еще накануне, когда заключал с ней договор. Она хотела пустить его просто так, без денег и документов, но Федор уперся. «Я заплачу вам за месяц, и точка, – не допускающим возражений тоном заявил он. – Позже скажете мужу, что случился форс-мажор и квартирант внезапно съехал. Зачем нам с вами лишние сложности?»

Так что теперь он чувствовал себя не каким-то там авантюристом, а полновластным хозяином положения. «Плати за все, что хочешь получить, и окажешься на коне», – подумал Федор. Конечно, в его сознании немедленно промелькнула эпохальная мысль о том, что не все купишь за деньги, но он прогнал ее как непозитивную.

Еще ему ужасно хотелось пригласить Марину на обед, но это было все равно что бросать камушек в темный пруд. Неизвестно, как она к этому отнесется. И второй попытки может не быть. «Нет, лучше немного подождать, – решил Федор. – К женщине, которая по-настоящему нравится, лучше подходить осторожно, а не нестись на нее с шашкой наголо».

– Ну что ж, квартиросъемщик, – улыбнулась Марина, – надеюсь, вы будете держать меня в курсе дела. А коробки я вам сегодня же перешлю.

Вместо ответа Федор подошел и поцеловал ей руку. Вообще-то он редко выкидывал такие фокусы, только если на горизонте появлялась какая-нибудь ископаемая наследница русских дворян с библиотекой, способной заинтересовать любой музей мира. Тогда он начинал ходить вокруг нее гоголем и демонстрировать прекрасные манеры. Что касается Марины, тут он поддался эмоциям, и не прогадал – ей было приятно, это и дурак бы заметил.

Оставшись один, окрыленный Федор сделал круг по комнате и, естественно, остановился возле окна. Отюда открывался самый банальный вид. Соседний дом был прямо по курсу. В некоторых квартирах можно было даже различить двигающиеся фигуры.

Федор снова вспомнил хичкоковский триллер. Там человек в инвалидном кресле раскрыл убийство женщины, наблюдая за соседом. А тут убит сам инвалид! Наверняка убит. Да еще эти странные записи о пропадающих в подъезде напротив мужчинах…

Федор подумал, что записи о неизвестных в костюмах как-то странно прерываются, и сразу появляется запись о том, что «Он все понял». Кто такой этот «он»? Человек, который живет в соседнем доме? И который наконец заметил, что за ним кто-то наблюдает? Или за ним, или за его исчезающими гостями.

* * *

На следующий день Марина прислала курьера с обещанными коробками. Федор уже завез в квартиру все, что планировал, и устроился с удобствами. Для того чтобы работа в магазине шла своим чередом, ему нужны были лишь телефон и компьютер. Кроме того, он не собирался сидеть тут безвылазно. Отчего-то ему казалось, что расследование станет продвигаться стремительно. И лишь когда первая коробка с вещами Виктора была вскрыта и тщательно исследована, в сердце Федора закрались первые сомнения. Вдруг он ничего не найдет? То есть совсем ничего? И наблюдение за соседним домом закончится пшиком? Возможно, маньяк, заманивавший к себе мужчин в деловых костюмах, уже угомонился? Или уехал на дачу до следующей весны…

А что, если Виктор, ожидая, пока кто-нибудь из мужчин выйдет из соседнего подъезда, заметил что-то совсем-совсем другое? Ведь нельзя же забывать и об убитой девушке. Но что он мог заметить? Почему счел это важным?

Федор встал возле окна и принялся внимательно изучать окрестности. Кроме дома напротив в поле его зрения попадало еще одно здание, справа. Ближе всего находился вход в магазин бытовой химии «Чистюлюшка», в витрине которого были выставлены образцы товаров. Над образцами красовались плакаты со слоганами, которые наверняка сочинил некто, нанюхавшийся стиральных порошков. «Постирай бельишка таз и почисти унитаз», «Если парень ты веселый, покупай шампунь для пола», «Крем для чистки ванны для Тани и для Анны». От такой поэзии Федор немедленно содрогнулся. Сам бы он не пошел в такой магазин ни за какие коврижки. Возможно, там даже кассиры говорят стихами.

Вторым видимым объектом была аптека, дверь в нее постоянно открывалась и закрывалась. Вероятно, в этом районе она была единственной и пользовалась популярностью. Высунувшись из окна, Федор поглядел в другую сторону, но увидел лишь забор детского сада – глухой и недружелюбный.

Как ни крути, а дом напротив казался Федору приоритетным. «Допустим, убийца действительно проживает по соседству, – принялся размышлять он. – Нужно будет очень внимательно наблюдать за жильцами. Ведь Виктор смотрел просто так, от нечего делать. А я веду расследование».

Ночью, ворочаясь на раскладушке, Федор представлял, как будет сидеть с друзьями и знакомыми в ресторане или клубе и, поигрывая кубиками льда в стакане с выпивкой, небрежно скажет: «Со мной тут история приключилась. Купил я одну библиотеку и нашел в книжке подозрительную записку. Стал выяснять, кто ее написал, и узнал, что человека этого недавно убили. Полиция убийцу даже искать не стала, и я решил, что сам его найду. И ведь нашел!»

– Моими бы устами да мед пить, – пробормотал Федор, переворачиваясь на другой бок.

Потом лег на спину и открыл глаза. За окном было почти совсем темно, луна нырнула в темный омут и увела за собой звезды, лишь где-то справа, на краю двора, Федор знал, светятся вывески магазина и аптеки, и угрюмый фонарь цедит мертвенный свет на детские качели. От этого света, идущего снизу, двор казался колодцем, полным сосущего страха. Федор закрыл глаза, но свет вползал под веки и тянул к себе. Тогда, отбросив легкое покрывало, доморощенный сыщик вскочил и прошлепал к окну.